С неожиданной яростью Линда крикнула:
- Нет! Я никогда этого не забуду!
Она вырвалась из объятий молодой женщины и со всех ног ринулась к отелю.
Изумленная Розамунда осталась стоять, как вкопанная.
- Дорогая миссис Редферн, я бы хотел кое-что у вас спросить.
Кристина Редферн взглянула на Пуаро, но мысли ее были явно далеки от него.
- Да?
От Эркюля Пуаро не ускользнуло, что она думала о чем-то другом. Он заметил, что
молодая женщина уже давно не сводила глаз со своего мужа, который ходил взад и вперед
по террасе перед баром. Но на данный момент его не интересовали проблемы их супружеской
жизни. Ему нужно было получить от нее информацию.
- Речь идет о фразе, которую вы на днях произнесли и которая привлекла мое внимание.
Кристина с отсутствующим видом опять следила за Патриком.
Несмотря на это, Пуаро продолжал:
- Это было в тот момент, когда вы отвечали на вопрос начальника полиции. Вы рассказали,
как в то утро, когда было совершено преступление, вы вошли в номер к Линде Маршалл.
Там никого не было, и по вашим словам, Линда, вернулась в тот момент, когда вы находились
у нее. Уэстон спросил вас, где была Линда.
Кристина ответила с легким нетерпением в голосе:
- Я ответила, что она ходила купаться.
- Вы сказали не совсем это. Вы не сказали: "Она ходила купаться", а "Она сказала
мне, что ходила купаться."
- Это одно и то же.
- Нет, и здесь есть одна очень существенная разница! Сама форма вашего ответа
дает некоторые интересные указания о ходе ваших мыслей. Линда Маршалл входит к себе
в пляжном халате и, тем не менее, по какой-то причине вам не сразу приходит в голову,
что она ходила купаться. Что и доказывает произнесенные вами слова: "Она сказала
мне, что ходила купаться." Я хотел бы знать, почему вас удивило то, что она вам
сказала. Потому ли, что в поведении ее что-то говорило об обратном? Потому ли, что
на ней было что-то надето? - Можете ли вы мне это объяснить?
Кристина больше не смотрела на Патрика. Слова Пуаро, видимо, заинтересовали ее.
- Ну, мсье Пуаро, - ответила она, - вы действительно очень сильны! Ведь вы правы!..
Как вы говорите, я и вправду слегка удивилась - я теперь это хорошо помню, - когда
Линда сказала мне, что она ходила купаться.
- Почему вы удивились?
- Я стараюсь вспомнить... Наверное... Да, наверное, из-за пакета, который она
держала в руках.
- У нее был пакет?
- Да.
- Знаете ли вы, что в нем находилось?
- Да, знаю, потому что бечевка, которой он был связан, порвалась и потому еще,
что, как это обычно случается в деревнях, пакет был завернут плохо. Упав на пол,
он развернулся. Там были свечи, и мы вместе собрали их.
- Вот как... - промолвил Пуаро. - Свечи...
Кристина удивленно посмотрела на него.
- Похоже, что это интересует вас, мсье Пуаро. Можно ли узнать, почему?
Он ответил на ее вопрос тоже вопросом:
- Сказала ли вам Линда, зачем она купила эти свечи?
- Мне кажется, что нет, - ответила она, немного подумав. - Может быть, ей было
мало электрического света, чтобы читать в кровати...
- Я уверен, что дело не в этом. В изголовье ее кровати есть лампа, и она отлично
работает.
- В таком случае я не знаю, зачем они ей понадобились!
Помолчав, Пуаро спросил:
- Как она повела себя, когда ее пакет раскрылся на полу?
- Она выглядела смущенной...
- А теперь другой вопрос, - сказал Пуаро. - Заметили ли вы у нее в комнате календарь?
- Календарь? Какой календарь?
- Настенный, отрывной. Думаю, что он был зеленого цвета...
Стараясь вспомнить, Кристина наморщила лоб.
- Мне кажется, что я недавно где-то видела зеленый календарь. Но где? Не могу
вспомнить. Он был бледно-зеленый... Может быть, и в номере Линды, но я в этом не
уверена.
- Во всяком случае, вы календарь где-то видели?
- Да, я точно где-то его видела!
Она немного помолчала и сказала:
- А теперь, мсье Пуаро, объясните мне, что все это значит? Куда вы клоните?
Пуаро вынул из кармана маленький томик в кожаном переплете.
- Вы уже видели эту книгу? - спросил он.
- Кажется, да... Подождите... Да-да, теперь я помню... Я видела ее в книжном
магазинчике в деревне... Линда держала ее в руках. Когда она увидела меня, она тут
же захлопнула ее и поставила на место. Мне захотелось узнать, что это за книга,
но потом я о ней забыла!
Пуаро показал ей название: История колдунов и колдовства с последующим трактатом
об изготовлении ядов.
Кристина с удивлением взглянула на Пуаро.
- Что это значит?
- Дорогая миссис Редферн, - строго произнес Пуаро, - это может значить очень
многое!
Она собиралась еще что-то спросить, но он не дал ей этой возможности.
- Последний вопрос. Принимали ли вы в то утро ванну до того, как идти играть
в теннис?
Она изумленно посмотрела на него.
- Ванну?
- Да, ванну.
- Нет... Я бы не успела. И потом, я бы не стала принимать ванну до игры в теннис,
После, может быть, но наверняка не до.
- Вернувшись с тенниса, вы зашли к себе в ванную?
- Да. Просто, чтобы сполоснуть руки и лицо.
- Ванной вы не пользовались?
- Я совершенно точно помню, что нет.
- Спасибо, - сказал Пуаро и добавил с любезной улыбкой: - Впрочем, это не имеет
значения.
Эркюль Пуаро стоял возле стола, на котором миссис Гарднер разложила свою мозаику-головоломку.
Увидев его, она вздрогнула.
- А, это вы, мсье Пуаро? Вы так тихо подошли, что я вас не слышала. Вы, вероятно,
пришли со следствия?.. Одна мысль, что оно состоится сегодня, так взволновало меня,
что я оказалась ни к чему не пригодной, вот и взялась за эту головоломку. Мне даже
не захотелось пойти посидеть на пляже. Мистер Гарднер вам скажет, что когда мои
нервы в таком состоянии, единственный способ их успокоить - это складывать мозаику...
Но куда же мне положить этот кусочек? Он явно часть ковра, но он никуда не подходит!
Пуаро деликатно взял двумя пальцами маленький кусочек дерева и сказал, разглядывая
его:
- Этот кусочек имеет свое место, дорогая миссис Гарднер, но не то, которое вы
ему определили. Это кусочек кошки!
- Да это же невозможно! Кошка ведь черная!
- Это действительно кошка черная, но кончик хвоста у нее белый. Взгляните!
- А ведь вы правы!.. Какой вы молодец, мсье Пуаро! Но согласитесь с тем, что
люди, которые придумывают эти головоломки, просто злодеи. Можно подумать, что они
нарочно подстраивают ловушки, чтобы ввести других в заблуждение!
Она положила другой кусочек и продолжала:
- Вы знаете, мсье Пуаро, что я вот уже дня два как за вами наблюдаю? Со дня моего
приезда сюда мне хочется увидеть, как вы распутываете уголовное дело. Не подумайте,
что я бессердечная и что мне не жалко этой бедной женщины, которая умерла. Наоборот,
каждый раз, когда я о ней думаю, я вся дрожу... Я как раз сегодня утром говорила
мистеру Гарднеру, что нам надо уехать отсюда, не то я заболею... Он мне ответил,
что теперь, когда расследование закончено, это возможно. Так что мы наверняка завтра
уедем... Поверьте мне, я ни о чем не жалею!.. Но мне хотелось знать, как полиция
определяет, кто виновен. Вы бы мне доставили такое удовольствие, мсье Пуаро, если
бы вы согласились объяснить мне ваши методы!
- Что вам сказать? Всякое расследование похоже на вашу головоломку. У вас есть
куски, которые надо сложить в определенном порядке. Нечто вроде мозаики... Перед
вами лежат маленькие кусочки разных цветов и форм, и как бы причудливо ни выглядел
каждый кусочек, ему надо найти место среди других!
- Это просто потрясающе, мсье Пуаро, вы так прекрасно объясняете.
- Иногда, - продолжал он, - вам попадается кусочек вроде того, который только
что вызвал у вас затруднения. Вы разложили все элементы головоломки, все подобрали
по цветам, а один кусочек остается не у дел и никуда не подходит. А все потому,
что вы думали, будто это часть ковра из белого меха, а на самом деле это часть черной
кошки!
- Как это необыкновенно интересно! Вы собрали уже много кусочков, мсье Пуаро?
- Немало. Каждый человек в этом отеле дал мне свой. Даже вы, дорогая миссис Гарднер...
- Я? - слабо вскрикнула миссис Гарднер.
- Да, вы. Одно из ваших замечаний сыграло для меня большую роль. Можно сказать,
что оно явилось для меня лучом света, озарившим тьму.
- Как это невероятно! Я вас прошу, мсье Пуаро, продолжайте!
- Извините меня, дорогая миссис Гарднер, но остальное я прибегаю для последней
главы.
- Какая жалость! - искренне вздохнула миссис Гарднер.
Эркюль Пуаро тихонько постучал в дверь капитана Маршалла, через которую доносился
стук пишущей машинки.
В ответ раздался короткий возглас, и Пуаро вошел.
Сидя за маленьким столиком, стоящим между окнами, капитан печатал на машинке.
Он сидел спиной к своему посетителю, и его глаза встретились с глазами Пуаро в зеркале,
находившемся прямо напротив него.
- Что вам угодно? - ворчливо спросил он.
- Простите меня за то, что я беспокою вас, капитан. Вы заняты?
- А разве это не видно?
- У меня есть к вам совсем маленький вопрос.
- Я устал отвечать на вопросы! - воскликнул Маршалл. - Я уже ответил на вопросы
полиции, и я совершенно не расположен отвечать еще и на ваши!
- Мне надо спросить у вас только одну вещь, очень простую!.. Когда в то утро
вы кончили печатать на машинке, приняли ли вы ванну до того, как идти играть в теннис?
- Принял ли я ванну? Конечно, нет! Я же за час до этого искупался!
- Благодарю вас. Это все, что мне нужно было знать.
- Но почему вы...
Маршалл передумал, пожал плечами и не стал задавать вопрос.
Пуаро вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.
- Он совершенно свихнулся, - буркнул капитан Маршалл, вновь поворачиваясь к своей
машинке.
Пуаро встретил мистера Гарднера у бара. Держа в каждой руке по коктейлю, американец
явно намеривался направиться к своей супруге, все еще не сложившей своей головоломки.
Он любезно улыбнулся Пуаро и предложил ему коктейль. Детектив поблагодарил его
и отказался.
- Что вы думаете о расследовании? - спросил он.
Мистер Гарднер поставил бокалы на стол и понизил голос.
- У меня впечатление, что эти люди сами не знают, что им нужно. Но тем не менее
мне кажется, что у полиции есть в руках козырь.
Пуаро согласился.
Мистер Гарднер добавил еще более конфиденциальным тоном:
- Между нами говоря, я рад тому, что могу увезти миссис Гарднер. Она крайне впечатлительная
женщина, и события последних дней очень плохо повлияли на нее. Она просто превратилась
в клубок нервов...
Пуаро слушал, но не терял свою мысль.
- Могу ли я задать вам один вопрос? - спросил он.
- Хоть десять, если вам угодно. Я буду счастлив оказаться вам полезным.
- Благодарю вас. Мистер Гарднер, вы опытный человек, и я знаю, что у вас верные
суждения. Не поведаете ли вы мне с полной откровенностью, что вы думаете о покойной
миссис Маршалл?
Крайне удивленный, американец, прежде чем ответить, огляделся по сторонам. Затем
он едва слышно прошептал:
- Я слышал многое из того, что о ней рассказывают. В основном, это дамские сплетни.
Но если вы хотите знать мое личное мнение, то я скажу вам, что она была глупой женщиной...
- Спасибо. Это чрезвычайно интересное замечание.
- Что, наступила моя очередь? - смеясь спросила Розамунда Дарнли.
- Простите?
- Несколько дней назад меня допрашивал начальник полиции, - объяснила молодая
женщина. - Вы же ему ассистировали. А сегодня вы действуете самостоятельно. Личное
расследование, вне официальной полиции. Я за вами уже давно наблюдаю. Вы начали
с миссис Редферн. Потом вы взялись за миссис Гарднер. Из окна холла я видела, как
вы исповедовали ее над этой чудовищной мозаикой. Вот я и подумала: "Сейчас настанет
моя очередь!"
Они сидели на Солнечном карнизе. У их ног море было сине-зеленого цвета. Вдали
оно казалось ослепительно голубым.
- Вы очень умны, мадам, - сказал Пуаро, - и я заметил это еще в день моего прибытия.
Поэтому мне и хотелось бы поговорить с вами о нашем деле.
- Вам интересно узнать, что я обо всем этом думаю?
- Да.
Она выждала несколько секунд и ответила:
- Что ж, мне это кажется довольно просто. Разгадка кроется в прошлом этой женщины.
- Вы так считаете?
- О, речь не идет обязательно об очень далеком прошлом!.. Вот как я это себе
представляю. Арлена была красива, очень красива и очень привлекательна. Но мне кажется,
что мужчины быстро ей надоедали. В числе ее... скажем, "поклонников", нашелся один,
который не смирился со своей отставкой. Поймите меня правильно, я не хочу сказать,
что вы найдете его в радиусе одной мили отсюда. Возможно, это претенциозный и честолюбивый
человек, который считает, что лучше него нет на свете. Я думаю, что он выследил
ее здесь, выждал удобный момент и убил ее.
- По-вашему, это кто-то, пришедший с побережья? - спросил Пуаро.
- Да. И он поджидал ее, спрятавшись в гроте.
Пуаро покачал головой.
- Пошла бы она на свидание с человеком, которого вы только что описали? Я в этом
сомневаюсь. Она бы посмеялась над его претензиями и никуда бы не пошла.
- Она могла не знать, что это он. Он мог поставить под письмом чужую подпись.
- Это возможно. Но вы забываете одну вещь: человек собиравшийся кого-то убить,
не пойдет на риск пройти у всех на виду по дамбе и мимо отеля. Его могли увидеть.
- На этот риск надо было пойти. Мне кажется вполне вероятным, что он пробрался
на остров, никем не увиденный.
- Это действительно не исключено, я с вами согласен. Но он не мог знать заранее,
что его не увидят. Он не мог на это рассчитывать.
- А не забываете ли вы о погоде, мсье Пуаро?
- О погоде?
- Да. В тот день была великолепная погода, но накануне сначала был туман, а потом
пошел дождь. Кто угодно мог незаметно проникнуть на остров! Ему надо было лишь добраться
до пляжа и провести ночь в гроте.
Пуаро долго смотрел на нее и потом сказал:
- Вы знаете, что за вашими словами скрывается очень много возможностей?
Она покраснела и ответила:
- Это просто предположение и больше ничего. А теперь поделитесь со мной вашими
мыслями!
