- Какого вы мнения о слуге? - спросил Пуаро.
- Мне он не очень нравится, хотя я и не знаю почему, - ответила мисс Кэрролл.
Мы подошли к входной двери.
- Вы вон там стояли вчера вечером, мадемуазель, не правда ли? - спросил Пуаро,
указывая рукой на лестницу.
- Да. А что?
- И вы видели, как леди Эдвер прошла через прихожую в библиотеку?
- Да.
- И вы отчетливо видели ее лицо?
- Конечно.
- _Но вы не могли видеть ее лицо, мадемуазель_. С того места, где вы стояли,
вы могли видеть только ее затылок.
Мисс Кэрролл покраснела. Слова Пуаро застали ее врасплох, и она раздраженно сказала:
- Но ведь это одно и то же! Ее затылок, ее голос, ее походка! Абсолютно никаких
сомнений! Говорю вам, это была Джейн Уилкинсон. Я знаю. Таких скверных женщин еще
поискать надо.
И отвернувшись, она торопливо взбежала по ступенькам.
8. ВЕРСИИ
Джепп ушел. Мы с Пуаро завернули в Риджентс-парк и сели на свободную скамейку.
- Теперь я понял, почему вы спросили про розу в зубах, - засмеялся я. - А то
ведь сначала я подумал, что вы сошли с ума.
Пуаро кивнул с серьезным видом.
- Вы заметили, Гастингс, какой опасный свидетель эта секретарша? Опасный потому,
что неточный. Сначала она заявила, что видела _лицо_ той женщины. Я уже тогда подумал,
что это невозможно. Когда человек выходит из библиотеки - да, но не тогда, когда
он идет в библиотеку. Поэтому я и проделал мой маленький эксперимент. Он окончился
именно так, как я ожидал. Но когда я уличил мисс Кэрролл во лжи, она тут же стала
говорить по-другому.
- Она так и осталась при своем мнении, - заметил я. - В конце концов она права
в том, что и голос и походку можно определить безошибочно.
- Вовсе нет.
- Пуаро, я думаю, что и голос и походка являются наиболее характерными особенностями
человека.
- Согласен. Следовательно, их легче всего скопировать.
- Вы считаете...
- А ну-ка вспомните, как несколько дней назад мы с вами сидели в партере театра
и наслаждались пародиями...
- Карлотты Адамс? Да, но ведь она гений.
- Скопировать какую-нибудь известную личность не так уж трудно. Но я согласен,
у этой девушки действительно необычайный дар. Я верю, что она может преображаться
до неузнаваемости без помощи театральной подсветки. Даже на небольшом расстоянии
ее трудно узнать.
Неожиданная мысль мелькнула у меня.
- Пуаро! - закричал я. - Может быть, вы считаете... нет, это исключено.
- Все зависит от того, как на это посмотреть, Гастингс. Ничего нельзя исключать.
- Но зачем Карлотте Адамс убивать лорда Эдвера? Она ведь даже не знала его.
- Откуда вам известно, что не знала? Не утверждайте того, в чем не уверены, Гастингс.
Может быть, между ними была какая-то связь, о которой нам неизвестно. Впрочем, у
меня несколько иная версия.
- Так у вас уже есть соображения на этот счет?
- Да. Я с самого начала подумал, что Карлотта Адамс могла иметь отношение к этому
делу.
- Но Пуаро...
- Подождите, Гастингс. Позвольте напомнить вам несколько фактов. Леди Эдвер безо
всякого стеснения обсуждает отношения со своим мужем и даже заявляет о том, что
могла бы убить его. И это слышим не только мы с вами. Официант слышит это, ее служанка
слышала это, вероятно, не один раз, Брайен Мартин слышит это и, я полагаю, Карлотта
Адамс тоже. К тому же есть люди, которым они могли рассказать об этих угрозах. Затем,
в тот же вечер, все обсуждают прекрасную пародию мисс Адамс на Джейн Уилкинсон.
У кого есть мотив для убийства лорда Эдвера? У его жены.
Теперь предположим, что убить лорда Эдвера хочет кто-то еще. Тогда Джейн станет
для убийцы козлом отпущения, на которого можно бросить все подозрения. В тот день,
когда она объявила о том, что у нее болит голова и она остается дома, _убийца реализует
свой план_.
Надо, чтобы свидетели видели, как леди Эдвер входит в дом своего мужа на Риджент-гейт.
Что ж, "ее" видят. "Она" даже называет свое имя. Ah! C'est un peu trop, ca! [Это
уж слишком! (фр.)] Это вызвало бы подозрения даже у устрицы.
И еще одно замечание, хотя, допускаю, не столь существенное. Женщина, которая
вошла в дом лорда Эдвера вчера вечером, была в черном платье. Джейн Уилкинсон никогда
не носит черного. Мы слышали, как она сама сказала об этом. Теперь напрашивается
вывод, что женщина, которая приходила в дом вчера вечером, была не Джейн Уилкинсон:
она только имитировала Джейн Уилкинсон. Так может, лорда Эдвера убила она?
А вдруг в дом пробралась еще какая-то женщина, и убийство - дело ее рук? И если
так, приходила ли она до визита загадочной "леди Эдвер" или после? А если после,
то что сказала эта женщина лорду Эдверу? Как объяснила свое присутствие? Она могла
бы обмануть слугу, который не знает ее как следует, или секретаршу, если бы та стояла
на каком-то расстоянии от нее, но у нее не было ни малейшей надежды провести самого
лорда Эдвера. Или к тому времени в комнате уже лежал труп? Может быть, лорд Эдвер
был убит до прихода этой женщины, где-нибудь между девятью и десятью часами вечера?
- Остановитесь, Пуаро! - взмолился я. - У меня уже кружится голова.
- Что вы, мой друг. Мы только рассматриваем различные версии. Это как примерка
одежды. "Вот это вам подойдет?" - "Нет, чуть жмет в плечах". - "А это?" - "Да, это
лучше, но тоже чуть-чуть тесновато". - "А вот это?" - "А это слишком свободно".
И так далее, пока мы не выберем то, что нам подходит, - истину.
- Кого же вы подозреваете в этом чудовищном преступлении? - спросил я.
- О, делать выводы еще слишком рано. Надо выяснить, кому выгодна смерть лорда
Эдвера. Конечно, племянник унаследует его состояние, но это слишком очевидный мотив.
А потом, несмотря на категорическое заявление мисс Кэрролл об отсутствии врагов
у англичан, надо все-таки подумать и о возможных врагах лорда Эдвера. Он произвел
на меня впечатление человека, который может нажить их весьма легко.
- Да, это верно, - согласился я.
- Кем бы ни был убийца, наверняка он считает себя в полной безопасности. Помните,
Гастингс, что если бы Джейн Уилкинсон не передумала в последнюю минуту и не попала
бы на ту вечеринку, то алиби у нее не было бы. Она могла бы действительно остаться
в своем номере в "Савое", но это было бы трудно доказать. Ее бы арестовали, судили
- и, вероятно, повесили бы.
Я вздрогнул.
- Одно мне непонятно, - продолжал Пуаро. - Кто-то желает, чтобы ее обвинили в
убийстве, это ясно. Но тогда к чему этот телефонный звонок? Зачем кто-то звонил
ей в Чизвик и, убедившись, что она там, тут же повесил трубку? Похоже, кому-то надо
было знать наверняка, что она на ужине у сэра Монтегю, перед тем, как... перед тем,
как что? Позвонили в полдесятого, видимо, незадолго до убийства. Но сам убийца позвонить
_не мог_, так как он заинтересован как раз в обратном: в том, чтобы Джейн Уилкинсон
отсутствовала на этой вечеринке. Выходит, позвонивший - ее _доброжелатель_? Тогда
кто же это? Все выглядит так, как будто звонок не имеет отношения к убийству.
Голова у меня пошла кругом.
- А может, это и правда случайное совпадение? - предположил я.
- Нет, нет, слишком много совпадений. Полгода назад исчезло письмо. Почему? Да
и многие другое факты тоже остаются без объяснения. И все же есть что-то такое,
что объединяет их.
Он вздохнул, потом продолжал:
- Эта история, которую рассказал нам Брайен Мартин...
- Но она наверняка к делу не относится, Пуаро.
- Вы слепой, Гастингс. Слепой, добровольно не желающий видеть. Поэтому до вас
не доходит суть. Разве вы не замечаете, как из этих разрозненных фактов начинает
вырисовываться определенная картина? Она пока еще очень смутная, но со временем
все прояснится.
Я подумал, что Пуаро слишком оптимистичен на этот счет. Лично я считал, что никогда
ничего не прояснится. Откровенно говоря, я был как в тумане.
- Ваши рассуждения неверны, - неожиданно заявил я. - Я не могу поверить, что
здесь замешана Карлотта Адамс. Она кажется такой э... исключительно порядочной девушкой.
И тут я вспомнил слова моего друга о любви мисс Адамс к деньгам. А вдруг эта
любовь действительно толкнула ее на то, во что я не могу поверить? Я почувствовал,
что в тот вечер в ресторане, когда Пуаро взялся анализировать характеры двух женщин,
он был в ударе. Он предвидел, что Джейн попадет в беду из-за своего эгоистичного
характера и что Карлотту собьет с пути истинного страсть к деньгам.
- Я не думаю, что это сделала мисс Адамс, Гастингс. Она слишком хладнокровна
и уравновешенна для этого. Возможно, ей даже и не сказали про готовящееся убийство.
Карлотту могли использовать и без ее ведома. Но тогда...
Он остановился на полуслове и нахмурился.
- Но даже если и так, она стала сообщницей, - заметил я. - Сегодня, когда она
прочитает в газетах сообщение об убийстве, - то поймет, что...
Хриплый крик вырвался из груди моего друга.
- Быстро, Гастингс! Быстро! Я был слеп и глуп. Такси! Немедленно!
Я уставился на него в изумлении. Пуаро замахал руками.
- Такси! Сию же минуту!
Мимо как раз проезжала свободная машина. Пуаро остановил ее, и мы вскочили внутрь.
- Вы знаете ее адрес?
- Кого? Карлотты Адамс?
- Mais oui, mais oui. Быстрее, Гастингс, быстрее. Дорога каждая минута. Вы что,
ничего не поняли?
- Нет, - ответил я, - не понял.
Мой друг тихо выругался.
- Может быть, в телефонном справочнике есть ее адрес. Нет, вряд ли. Едем в театр!
В театре нам не хотели давать адрес мисс Адамс, но Пуаро настоял на своем. Ее
квартира была недалеко от Слоун-сквер. Мы отправились туда. Пуаро дрожал от нетерпения.
- Только бы не опоздать, Гастингс. Только бы не опоздать.
- Не понимаю, к чему эта спешка? Что все это значит?
- Это значит, что я соображал слишком медленно. Ужасно медленно. А ведь все было
так очевидно. О, mon Dieu [Боже мой (фр.)], только бы успеть!
9. ВТОРАЯ СМЕРТЬ
Я не понимал, чем вызвано такое возбужденное состояние Пуаро, но я слишком хорошо
знал своего друга, чтобы сомневаться, есть ли у него для этого основания.
Мы прибыли на место. Пуаро расплатился с водителем, выскочил из такси и поспешил
в дом. Квартира мисс Адамс была на втором этаже, о чем говорила табличка с ее фамилией,
прикрепленная на доске у входа.
Пуаро взбежал по ступенькам, не ожидая лифта, который был на одном из верхних
этажей. Он позвонил, потом постучал. С некоторой задержкой дверь открыла аккуратно
одетая женщина средних лет. Волосы ее были собраны в тугой узел. Глаза женщины были
красными, как будто она недавно плакала.
- Можно нам видеть мисс Адамс? - нетерпеливо спросил Пуаро.
Женщина посмотрела на него с удивлением:
- Разве вы не слышали?
- Что? Что мы должны были слышать?
Лицо Пуаро стало мертвенно-бледным, и я понял: случилось то, чего он боялся.
Женщина горестно покачала головой:
- Она умерла. Скончалась во сне. Ужасно.
Пуаро прислонился к дверному косяку.
- Слишком поздно, - пробормотал он. Его чувства читались так ясно, что женщина
взглянула на моего друга более внимательно.
- Извините, сэр, вы ее друг? Я не припомню, чтобы вы приходили сюда когда-нибудь.
Пуаро не ответил. Вместо этого он спросил:
- Вы вызывали врача? Что он сказал?
- Что она приняла слишком большую дозу снотворного. Какое несчастье! Такая хорошая
девушка. Все эти проклятые таблетки - они такие опасные. Доктор сказал, что это
был веронал.
Пуаро неожиданно выпрямился. В его облике появилась решительность.
- Я должен войти, - заявил он.
Женщину, по-видимому, охватили сомнения.
- Я не думаю, что... - начала она.
Но мой друг не собирался отступать. Он принял единственно правильное в данной
ситуации решение.
- Вы должны меня впустить, - сказал он. - Я сыщик и должен ознакомиться с обстоятельствами
смерти вашей хозяйки.
Женщина ахнула, отступила, и мы прошли в комнату. С этого момента Пуаро взял
инициативу в свои руки.
- То, что я сказал вам, - большая тайна, - важно заявил он служанке. - Никому
ни слова. Все должны думать, что смерть мисс Адамс - случайность. Пожалуйста, назовите
мне фамилию и адрес доктора, которого вы вызывали.
- Доктор Хит, Карлайл-стрит, 17.
- А вас как зовут?
- Алиса. Алиса Беннетт.
- Я вижу, мисс Беннетт, вы были очень преданны мисс Адамс.
- О да, сэр! Она была такой хорошей девушкой. Я работала у нее с тех пор, как
она приехала сюда год назад. Она была совсем не такая, как все актрисы. Элегантная,
с утонченным вкусом, словом, настоящая леди.
Пуаро слушал внимательно, с сочувствием и ничем не выдавал своего нетерпения.
Я понял, что лучший способ получить нужную информацию - это не подгонять собеседника.
- Для вас это, наверное, ужасное потрясение, - мягко вставил Пуаро.
- О да, сэр! В полдесятого утра, как обычно, я принесла чай в ее комнату. Мисс
Адамс лежала в кровати. Я подумала, что она спит, поставила поднос и стала отодвигать
шторы. Одно кольцо зацепилось. Я сильно дернула и очень удивилась, когда от такого
шума она не проснулась. Я посмотрела на нее, и тут у меня появилось какое-то тревожное
чувство. У мисс Адамс была такая неестественная поза. Я подошла к кровати, коснулась
ее руки. Рука была холодна, как лед, сэр, и я закричала.
Служанка замолчала, и в ее глазах показались слезы.
- Да, да, - сочувственно произнес Пуаро. - Не дай бог пережить такое. Часто ли
мисс Адамс принимала снотворное?
- Время от времени она пила таблетки от головной боли, сэр, такие маленькие,
в бутылочке, но доктор сказал, что вчера она выпила не то, что принимала всегда.
- Кто-нибудь приходил к ней вчера вечером?
- Нет, сэр. Вчера вечером ее не было дома.
- Она не сказала, куда идет?
- Нет, сэр. Она ушла около семи вечера.
- Ага. Как она была одета?
- В черное платье, сэр. Черное платье и черная шляпка.
Мы переглянулись.
- А что-нибудь из украшений на мисс Адамс было?
- Да, сэр. Перламутровое ожерелье.
- И перчатки, да? Серые перчатки?
- Верно, сэр. У нее были серые перчатки.
- Ясно. А теперь опишите нам ее настроение вчера вечером. Она была веселой? Или
волновалась? Нервничала? А может, была печальной?
- Мне показалось, что мисс Адамс была чем-то очень довольна. Все время улыбалась,
как будто услышала хорошую новость.
