- Здесь? Это невозможно! Пламя будет видно сквозь занавески. А потом, подумай
сам, какая здесь образуется температура. Трейлер просто загорится!
- А что, если нам угнать трейлер в горы! Фрэнк говорил, что такая необходимость
может возникнуть, и, очевидно, так и придется сделать. Там мы сможем держать дверь
открытой, когда ты будешь работать. Это тебя устроит?
Джипо вынул платок и приложил к кровоточащей ссадине на щеке.
- С меня хватит. Я хочу домой. Эту заразу открыть невозможно. Понимаешь? Невозможно!
- Поговорим с остальными, - увещевал Блек каким-то скрипучим голосом. - Ну будь
же мужчиной! За этой дверью миллион чистоганом. Целый миллион. Ты только подумай.
- А мне плевать, будь там хоть двадцать миллионов, - ответил Джипо, голос его
прерывался. - С меня хватит. Я же сказал. Ты что, не понимаешь английского языка?
- Успокойся, слышишь! Поговорим с остальными.
Джинни и Китсон возвращались с покупками из городка, находившегося милях в тридцати
от кемпинга, не подозревая, что у Джипо сдали нервы.
Они решили не покупать больше продукты в магазинчике в самом кемпинге: это становилось
опасным. Хозяин, конечно, заметит, сколько продуктов они берут, и догадается, что
для двоих этого слишком много. Теперь они ежедневно ездили в городок.
Последние два дня Джинни и Китсон все время были вместе и наедине.
Джинни все еще не решила, останется ли она с Китсоном, если они получат деньги.
Она знала, что Китсон влюблен в нее, и сама все больше привязывалась к нему. Джинни
чувствовала себя с ним спокойно и в безопасности - иначе, чем с Блеком; это был
совсем другой человек.
Они ехали по шоссе в направлении кемпинга, и девушка исподтишка разглядывала
обращенное к ней в профиль лицо. "Он очень привлекателен, несмотря на перебитый
нос", - подумала она. И ей вдруг захотелось довериться ему.
- Алекс...
Китсон взглянул на нее и снова перевел глаза на дорогу: когда Джинни сидела рядом,
он вел машину очень внимательно и осторожно.
- Тебя волнует что-нибудь?
- Да, по правде говоря, - она поправила рассыпавшиеся по плечам медно-рыжие волосы.
- Ты как-то спрашивал меня, откуда я знаю о броневике и днях зарплаты. Тебе это
еще интересно?
Китсон удивился.
- Мне, конечно, хотелось знать, но, в общем-то, не мое это дело, - ответил он.
- Почему ты вдруг об этом вспомнила?
- Ты очень хорошо ко мне относишься. Большинство мужчин на твоем месте стали
бы приставать ко мне. Я тебе благодарна. И еще я хочу, чтобы ты знал: я не из гангстерской
шайки.
Китсон покачал головой.
- Я никогда так и не думал.
- А Морган думал. Он считал, что я выкрала план ограбления у шайки, с которой
работала, и пришла к нему, чтобы получить долю побольше. Он этого никогда не говорил,
но я знаю: он так думал.
Китсон поежился, ощущая неловкость. Он точно знал, что Морган думал именно так.
- Что ж, все возможно. Я-то так никогда не считал...
- Я знала о выплатных днях и о бронемашине, потому что мой отец работал вахтером
на этом исследовательском полигоне, - негромко сказала Джинни.
- Вахтером? - Китсон бросил на нее быстрый взгляд. - Ну, тогда ты, конечно, могла
быть в курсе дела.
- Я не хочу выгораживать себя, - продолжала Джинни. - Мать моя была дрянная женщина,
и, наверно, во мне тоже много плохого. Она бросила отца, когда мне было десять лет.
Мать постоянно твердила: главное - деньги, без них никогда ничего не добьешься.
Отец был хорошим человеком, но зарабатывал мало. Ко мне относился очень хорошо,
только все равно я всегда думала о деньгах. Когда я выросла, эти мысли стали еще
навязчивее. Они изводили меня. У меня никогда не было хороших платьев. Редко удавалось
сходить в кино. Все свободное время я простаивала у витрин роскошных магазинов и
завидовала людям, которые могут купить то, что там выставлено. А мне так хотелось
все это иметь! Отец иногда говорил о деньгах, которые привозят на полигон, и я думала:
вот бы заполучить. Потом появилась новая машина - броневик. Отец считал просто безумием,
что компания перестала страховать зарплату. Он говорил, что броневик очень просто
угнать, что его можно спрятать в трейлере. Так что это была идея отца. Только не
подумай, что он для себя, даже в мыслях, действительно допускал такую возможность.
Он был совсем другой человек. Но я-то стала все чаще задумываться, как бы угнать
броневик. У меня это просто превратилось в навязчивую идею.
Китсон внимательно слушал. Солнце, как раскаленный огненный шар, скатилось за
горы.
- Отец был тяжело болен, - продолжала Джинни, обхватив сцепленными пальцами колено.
- Ему оставалось два года до пенсии, и он старался дотянуть их, но в конце концов
ему пришлось уйти. Сначала ему дали отпуск за свой счет, но, когда он не вернулся
в положенное время, фирма его уволила. Пенсия погорела. Я ходила к начальнику и
пыталась уговорить его, но он и слушать не стал. Смотрел на меня, как на нищенку.
И вот, когда отец умер, я решила, что расквитаюсь с ними. Убью сразу двух зайцев:
сведу с фирмой счеты и разбогатею. План был мною уже продуман до мельчайших подробностей,
оставалось только найти помощников. Однажды вечером в кафе я случайно услышала разговор
каких-то мужчин о Моргане. Из их слов я поняла, что как раз Морган мне и нужен.
И я пошла к нему. Вот и вся история. План придумал мой отец, но он не собирался
осуществлять его.
- Мне очень жаль твоего отца, - сказал Китсон.
- Да, ему не повезло, - ее руки сжались в кулаки. - Я очень жалею, Алекс, что
затеяла всю эту историю. Знаю, что я дрянная, упрямая, жадная к деньгам. Все я про
себя знаю, но никогда не думала, что дело обернется таким образом. Оказывается,
бахвалиться, что убьешь человека, просто. Видишь такие вещи в кино, и кажется, будто
нет тут ничего особенного. А когда в жизни...
- Послушай, Джинни, - сказал Китсон настойчиво, - почему бы нам с тобой не бросить
это дело? Мы можем уехать в Мексику. Если мы скроемся немедленно, у нас останется
возможность выпутаться из этой истории. Давай уедем.
Джинни секунду поколебалась, потом покачала головой.
- Нет, сейчас я не уеду. Мы могли бросить дело до того, как убили охранника и
водителя. И до смерти Моргана. Теперь, Алекс, я пойду до конца. Но ты уезжай, я
хочу, чтобы ты развязался с этой историей. А я уж должна идти до конца. Есть еще
надежда, что мы добудем деньги. Мне теперь терять нечего. Но ты выходи из игры,
Алекс. Ты не должен был браться за это дело с самого начала, - она посмотрела на
него: - Почему ты согласился? Ты ведь не хотел. Я видела. Почему ты согласился?
Китсон пожал плечами.
- Из-за тебя, - сказал он. - Ты вошла в мою жизнь сразу же, как только я тебя
увидел.
- Мне очень жаль, Алекс, в самом деле жаль.
- Послушай... Если мы добудем деньги, почему бы нам не быть вместе? - Китсон
не сводил напряженного взгляда с дороги. - Я люблю тебя, Джинни, ты первая девушка,
которая так много для меня значит.
- Не знаю, Алекс. Может быть. Давай сначала дождемся денег. Я боюсь всяких осложнений.
Дай мне подумать, хорошо?
От удивления Китсон едва не съехал в кювет.
- Неужели ты подумаешь об этом, Джинни? И можешь согласиться?
Она похлопала его по руке:
- Дай мне подумать, Алекс.
Уже стемнело, когда они подъехали к кемпингу. Китсон, радостно возбужденный разговором
с Джинни, бросил сумку с продуктами на кухонный стол и пошел к трейлеру.
На берегу никого не было, Блек и Джипо могли спокойно пройти к домику. Увидев
их, Китсон сразу понял: что-то неладно. Джипо шагал медленно и тяжело, сгорбившись
и опустив голову. На левой щеке у него кровоточила ссадина. Китсон спросил, в чем
дело, но тот не ответил, он молча вошел в домик и рухнул в кресло.
У Блека глаза нехорошо блестели. Он прошел к кушетке, сразу же протянул руку
к бутылке и налил себе довольно много неразведенного виски. Потом сел и хмуро сказал:
- Сегодня вокруг трейлера слонялся какой-то парнишка. Он пытался заглянуть внутрь.
Китсон повернул ключ в замке двери.
Джинни тоже встревожилась.
- Пока ничего не выходит, - Блек откинулся на спинку кушетки и в упор смотрел
на Джинни. - Вторая цифра пока не собирается стать на место. Джипо дошел с ней до
исступления.
- До исступления! - взвизгнул Джипо. - Я бросаю это дело. Замок меня добил. Слышите,
вы, я выхожу из игры.
- Но ты не можешь бросить дело сейчас, - негромко сказала Джинни. - Что случилось?
- Что случилось? - Джипо стукнул себя кулаком по коленям. - В этом пекле ни одно
живое существо не может работать. Ты не представляешь себе, что делается в трейлере
днем. Три дня я пытался открыть замок. Все зря! И я решил уехать.
- Ты сам говорил Фрэнку, что на это потребуется, может быть, месяц. Как же ты
можешь бросить дело через три дня?
- Оставь его в покое! Я все это втолковывал этому шуту гороховому, пока у меня
не помутилось в голове. Придется сделать, как предлагал Фрэнк, уехать в горы. Там
ты сможешь работать с открытой дверью. Сидеть взаперти невозможно, просто немыслимо!
- Это опасно, - возразила Джинни, - здесь много трейлеров вроде нашего, а в горах,
если нас обнаружат, конечно же, заинтересуются и станут докапываться, кто мы такие.
- Придется рискнуть, - со злостью ответил Блек. - Если Джипо не удастся подобрать
шифр, нужно будет разрезать дверь автогеном, а здесь это сделать невозможно.
- Все дороги еще патрулируются, нас могут задержать, - вставил Китсон. - Потом
неизвестно, потянет ли "бьюик" такой вес по горной дороге. Я бывал в тех краях.
Дороги там плохие, к тому же недели две назад один участок повредила буря.
- Придется пойти на это, - повторил Блек. - Если мы выедем отсюда завтра в полдень,
мы доберемся до горной дороги к вечеру. Надо купить палатку и запастись едой. Жизнь
там будет нелегкой, но как-нибудь перетерпим, пока Джипо не взломает дверь сейфа.
- На меня не рассчитывайте, - крикнул Джипо, - я уезжаю домой.
Блек хотел что-то ответить, но в это время в дверь домика постучали.
Все в испуге замерли. Затем Блек встал, держа в руке пистолет. Джипо покрылся
холодным потом.
Джинни зло прошептала:
- Отправляйтесь в спальню.
Блек схватил Джипо, рывком поставил его на ноги и поволок в спальню. Китсон прошел
через комнату и открыл входную дверь.
У входа стоял Фред Брэдфорд.
- Привет, мистер Гаррисон. Извините, что зашел так поздно. Миссис Гаррисон, наверно,
готовит ужин.
- Да, - ответил Китсон, загораживая дверь. - Что-нибудь случилось?
- Да, вроде бы. Могу я на минутку зайти? Я не задержу вас.
Видя, что Китсон колеблется, Джинни быстро подошла к двери.
- А, вот это кто! Привет, мистер Брэдфорд. Заходите, пожалуйста, - сказала она
улыбаясь. - Я еще и не бралась за ужин, так что ничего не пережарится.
Брэдфорд вошел в гостиную. Он явно чувствовал себя неловко.
- Налей мистеру Брэдфорду чего-нибудь выпить, Алекс, - сказала Джинни.
- Нет, спасибо, я вроде бы не хочу, - он сидел, потирая колени ладонями. - Не
буду отнимать у вас много времени. Мой парнишка гулял здесь у вас днем, - Брэдфорд
в упор посмотрел на Китсона. - Он сказал мне, что в вашем трейлере были какие-то
двое мужчин.
У Китсона на мгновение замерло сердце. Он взглянул на Джинни, не зная, что сказать.
- Это двое наших друзей, - спокойно ответила девушка и улыбнулась Брэдфорду.
- Мы обещали одолжить им трейлер на время отпуска, и они приезжали посмотреть его,
пока мы были в городе.
Брэдфорд облегченно вздохнул.
- Смотри-ка! Я толковал своему парнишке, что дело примерно так и обстоит, но
он и слушать не хотел. Они, говорит он, ссорились, орали друг на дружку. И это его
напугало. Он решил, что они грабители.
Джинни рассмеялась.
- Ну уж это, пожалуй, слишком. Но вообще-то я бы не доверила им свой счет в банке.
Они вечно ссорятся и тем не менее собираются вместе провести отпуск.
- Парнишку моего они здорово напугали, - повторил Брэдфорд. - Я решил, что надо
вам сказать. На этом озере случались кражи и грабежи. Но раз это ваши друзья...
- Большое спасибо, что побеспокоились. Может быть, все-таки выпьете, мистер Брэдфорд?
- Нет, нет, спасибо. Не стану вас задерживать, - в задумчивости он потянул себя
за нос. - Знаете, для своего возраста мой парнишка здорово соображает. У него есть
своя теория насчет пропавшего броневика. Он считает, что машина спрятана в трейлере.
Китсон невольно сжал кулаки и сунул их в карманы брюк.
Джинни заставила себя улыбнуться:
- В трейлере? Почему это пришло ему в голову?
- Наверно, потому, что здесь кругом трейлеры, - снисходительно улыбаясь, ответил
Брэдфорд. - Но скажу вам: мысль неплохая. Парнишка говорит, что полицейские сроду
не додумаются искать бронемашину в таком вот кемпинге. И, наверно, он прав.
- Безусловно. Голова у него работает неплохо.
- Ничего не скажешь. Он хочет, чтобы я заявил в полицию. Думает, что, если броневик
найдут в трейлере, он получит награду. Вы читали, теперь награда уже пять тысяч
долларов? Немалые денежки!
После недолгого молчания Джинни сказала:
- Как-то не верится, что полиция действительно выплатит ему награду, - девушка
улыбнулась, но чуточку напряженно. - Вы ведь знаете, какие в полиции устраивают
махинации с этими наградами.
- Да, конечно. Никак не могу решить, идти ли в полицию. Видите ли, я считаю,
что мальчишка в чем-то прав, но ведь в полиции могут сказать, чтобы я не совался
не в свое дело.
- У вас у самого ведь тоже трейлер, мистер Брэдфорд, и я не удивлюсь, если в
полиции начнут подозревать в угоне броневика вас самого. Помню, отец как-то нашел
жемчужное ожерелье и отнес его в полицию, чтобы получить награду. Они его тут же
арестовали, и потребовалась уйма времени и денег, чтобы снять с него обвинение.
О награде и говорить нечего.
Брэдфорд широко раскрыл глаза.
- Что вы говорите! Я об этом не подумал. Это решает дело. Я туда лезть не стану.
Очень рад, что поговорил с вами. Мне и в голову не пришло, что эта история может
так обернуться.
Он поднялся со стула.
- Мы прощаемся, мистер Брэдфорд, - сказала Джинни улыбаясь. - Завтра уезжаем.
- Завтра? Какая обида. Вам, значит, здесь не понравилось?
- Наоборот, здесь чудесно, но мы задумали длинное путешествие. Сначала поедем
на Стэг-лейк, потом - на Рендир-лейк.
- Неблизкий путь! Желаю счастья. - Брэдфорд попрощался с ними за руку. Он еще
простоял несколько минут в дверях, продолжая разговаривать.
