- Забудьте обо всем этом, - попросил я. - Давайте работать.
До начала восьмого мы убирали кухню, возились с насосами, разбирались с металлоломом,
чинили две приехавшие машины. Только один раз показалась Лола: в четыре часа, одетая
в свое шикарное зеленое платье, она садилась в "меркурий". Машина двинулась по направлению
к Вентворту. Не собралась ли она в полицию? Джонсону я это не сказал, а только поинтересовался,
куда это Лола направилась.
- Она и раньше так делала, когда случались размолвки, - Джонсон поморщился. -
Удирает в кино. Теперь вернется не раньше чем в двенадцать. Что ж, придется управляться
самим, Джек. А ты умеешь готовить?
- Почему бы и нет? Во всяком случае, с цыплятами я управлюсь.
Когда я готовил цыплят, а Карл возился с сандвичами, состоялось еще одно признание
Джонсона: он не очень счастлив с Лолой.
- Моя первая жена была совсем не такой, - сказал он, нарезая тонкими ломтиками
хлеб. - Мы вместе учились в одной школе, вместе росли. Она была моей ровесницей.
А эта - сумасбродка. Работает, конечно, как черт. Но Эмми, моя первая жена, никогда
не стала бы говорить так и тем более не умчалась бы сломя голову... Когда Лола входит
в раж, мне хочется треснуть ее хорошенько...
"Это так же опасно, как стегнуть гремучую змею", - подумал я, но вслух ничего
не сказал.
- Я часто спрашивал себя, откуда она приехала. Этого Лола мне никогда не говорила.
Она грубая, Джек. Должно быть, она вела суровую жизнь. Меня также беспокоит, что
она делает в Вентворте. Честно говоря, я сомневаюсь насчет кино. Когда ты появился,
я рассчитывал, что мы с ней будем ездить в кино вместе. Но стоило мне предложить
это, как она стала говорить, что у нее болит голова. Иногда я думаю... - он не закончил
фразу, покачал головой и замолчал; тяжело ступая, направился к буфету за маслом.
- О чем вы думаете? - спросил я, чувствуя к нему жалость.
- Неважно, - он стал намазывать на хлеб масло. - Думаю, я и так уж слишком разболтался.
К полуночи движение спало. Мы с Джонсоном вдвоем крутились в закусочной. Мои
жареные цыплята имели успех. Я продал десять обедов, и они были неплохи. Наконец,
к бунгало подъехала машина, и из нее вышла Лола. Она сразу же прошла в дом: мы слышали,
как хлопнула дверь ее спальни.
Джонсон покачал головой.
- Так ты считаешь, что лучше поговорить с ней завтра?
- Конечно.
- Может быть, ты и прав. - Он все еще выглядел озабоченным. - Думаю, и мне пора
закругляться. Кажется, мы все убрали.
- Спокойной ночи, мистер Джонсон.
- Спокойной ночи, Джек.
Я слышал, как он шел к бунгало. Свет в комнате жены еще горел, но он погас, едва
Джонсон открыл входную дверь.
Я пошел на веранду закусочной и сел в одно из плетеных кресел, чувствуя себя
усталым, испуганным и больным до изнеможения. Я курил сигарету и сидел в ожидании.
Мне предстояло долгое ожидание. Я представил Лолу - одну в спальне, тоже ожидающей,
когда Джонсон заснет. Интересно, о чем она думает? Что планирует?
Если бы я хранил деньги у себя, вместо того, чтобы отдать их Джонсону, я мог
бы уже сейчас пуститься в путь. Уговорил бы первого же шофера, остановившегося для
заправки, подвезти меня до Тропика-Спрингс. Но без денег я не мог ничего.
Так я и сидел, не зная своей участи.
ГЛАВА 6
Часы на моей руке показывали час сорок. Я совсем изнемог, и вдруг увидел, как
миссис Джонсон выходит из бунгало. На ней была белая рубашка и широкая пестрая юбка,
стянутая на талии и крутящаяся вокруг бедер. Похоже, женщина собралась на свидание.
Лола увидела, где я сижу, по сигарете, зажатой в зубах. Я выкинул сигарету, и
она прочертила красную дугу в темноте. Лола медленно поднялась по ступенькам и опустилась
в кресло рядом.
- Дай мне сигарету, - попросила она.
Я вручил ей всю пачку и зажигалку. Я не мог заставить себя прислуживать этой
злюке.
Она закурила, вернула мне сигареты и зажигалку. Ее пальцы коснулись меня: они
были горячие и сухие.
- Да, задал ты мне задачу. Я была уверена, что имею дело с жуликом, но не додумалась,
что ты такая знаменитость! Беглый взломщик сейфов...
- Какое вам дело до того, кем я был, если я хорошо работаю и делаю деньги для
вашего мужа?
- Я уже об этом подумала.
Она вытянула свои длинные ноги и откинулась на спинку кресла.
- Если я не донесу на тебя, у меня будут неприятности.
- Так вы собираетесь сообщить в полицию?
- Я еще не решила. - Она выбросила сигарету и после долгой паузы сказала: - Это
зависит от тебя. В газете говорится, что ты работал в одной фирме...
Я посмотрел на нее, но не мог видеть ее лица.
- И что из этого?
- У Карла сейф от Лоуренса. Я хочу, чтобы ты его открыл.
Итак, Рикс был прав: она охотится за деньгами Джонсона.
- Вы хотите взять оттуда что-нибудь? Почему бы вам не попросить Джонсона...
- Не будь дураком! - Она сердито скрипнула стулом. - Вспомни, что я сказала сегодня
утром. Теперь все пойдет так, как я скажу... Или...
- Зачем вам, его жене, красть эти деньги?
- Если ты не откроешь сейф, то вернешься в Фарнворт... - Лола скрестила ноги
и погладила юбку. - Я слышала об этой тюрьме. Ну-ну, не вздрагивай так... У тебя
ведь есть выбор. Ну как, откроешь сейф или предпочтешь возвратиться в Фарнворт?
- Значит, Рикс был прав: вы охотитесь за деньгами Джонсона.
- Неважно, что говорит Рикс. Ты собираешься открыть сейф?
- Предположим, я его открою. Что потом?
- Я дам тебе тысячу долларов и двадцать четыре часа на то, чтобы убраться отсюда.
Она, конечно, составила свой план. Я открываю сейф, она дает мне тысячу долларов,
я удираю. Джонсон утром находит сейф открытым. Меня нет. Значит, все деньги взял
я. Никогда и никому не придет в голову подозревать жену. Все, что ей нужно сделать,
так это спрятать где-нибудь свой капитал и ждать. Если меня схватят и я признаюсь,
что это миссис Джонсон похитила деньги, мне вряд ли поверят. Я каторжник, взломщик,
беглец; мое место в тюрьме. Когда вся эта буча уляжется, Лола возьмет деньги и исчезнет.
Милый планчик, и он вполне может удаться.
- А знаете, что Карл собирался сделать с теми деньгами, которые вы собираетесь
украсть? - сказал я, глядя в ее сторону. - Он хотел отправиться в кругосветное путешествие
и вас взять с собой. Неужели вам не хочется поехать в кругосветное путешествие?
- С ним? С этим старым толстым дураком? - В ее голосе звучала злоба.
- Но он любит вас. Неужели вы вышли за него замуж только для того, чтобы ограбить?
- Заткнись! Сколько времени тебе нужно для того, чтобы открыть сейф?
- Не знаю. Может быть, я вообще не смогу его открыть. Этот сейф - крепкий орешек.
Не зная комбинации, открыть его практически невозможно.
- Тогда пеняй на себя, Чет Карсон.
Я решил тянуть время. Конечно, не было такого сейфа Лоуренса, которого бы я не
мог открыть. Но мысль о том, что мой добрый хозяин лишится своих денег, приводила
меня в ужас. Еще больше меня ужасала мысль, что до конца своих дней он будет думать,
что я - вор. Он был моим другом, пожалуй, моим единственным другом. Но если я это
сделаю... А если нет? Предательство или тюрьма? Мне нужно было все обдумать. Ведь
должен же быть какой-то выход.
Все еще занятый этими мыслями, я спросил:
- А где стоит этот сейф?
- В бунгало, в гостиной.
- И как я смогу его открыть, чтобы ваш муж этого не заметил?
- В субботу Джонсон собирается на встречу легионеров. Тогда ты его и откроешь.
Я швырнул остаток сигареты в темноту и тут же закурил новую.
- А что собираетесь делать вы, пока я буду трудиться над сейфом? Наблюдать за
мной?
- Это мое дежурство. Я буду печь пироги на кухне. Я ничего не буду видеть и слышать.
Я понял: мне придется удирать. Да, я потеряю хорошую работу. Зато не предам Джонсона,
а это для меня важнее всего.
- В какое время он уедет и когда вернется?
- Уедет в семь, а вернется около двух.
Отлично, теперь я знаю, что мне делать. Ты, сука, получишь небольшой сюрприз.
О'кей, я открою сейф, а когда ты пойдешь за денежками, то... Это будет небольшой
сюрприз. Но к тому времени я уже буду далеко в горах. Я прослежу за тем, чтобы ты
не смогла воспользоваться телефоном, и я уверен, что ты не сможешь поднять тревогу
до тех пор, пока не вернется Джонсон. А потом, когда я буду далеко, я напишу ему
обо всем и верну деньги. Тогда он поверит мне и узнает, на какой вероломной твари
женат.
А пока я продолжил игру:
- Мне даже страшно подумать о таком. Джонсон чертовски добр ко мне.
- Эти слюнявые разговоры ни к чему, - нетерпеливо сказала Лола.
- Что ж, возвращаться в Фарнворт я не собираюсь.
- Значит, до субботы?
Я сделал вид, что колеблюсь, потом пожал презрительно плечами:
- Придется так сделать.
Она встала.
- И не вздумай обмануть меня, Чет Карсон. Ты пожалеешь, что связался со мной.
Я не из тех, кто прощает.
- Хватит об этом. Я же сказал, что все сделаю.
- Ну, смотри.
Она ушла.
Что ж, карты открыты. Теперь все зависит от того, кто кого перехитрит. Я уверен,
что имею на руках четырех тузов против ее четырех королей.
Следующим утром, моя посуду после ланча, в то время, как Джонсон занимался насосами,
я сказал Лоле:
- Я должен знать, что это за сейф. Хотя бы его номер. Без этого я не примусь
за работу.
Лола презрительно посмотрела в мою сторону.
- Хорошо, я узнаю номер.
Днем, когда Джонсона не было поблизости, она дала мне листок бумаги. Я взглянул
и понял, что Джонсон купил устаревшую модель: эти сейфы легко взламывались; к тому
же дверь запиралась автоматически. Большинство же владельцев предпочитали иметь
ключ. Ладно, все к лучшему. Возня с сейфом отнимет у меня не более десяти минут,
а это очень важно.
В среду, когда мы с Джонсоном работали в гараже, он сказал:
- Я собираюсь в Вентворт, в субботу вечером, на встречу легионеров. Это Лолино
дежурство, и я хотел бы, чтобы ты контролировал ситуацию: вдруг к нам завернет какой-нибудь
хам и грубиян.
Я почувствовал, как сжалось мое сердце. Джонсон доверял мне полностью: он оставлял
свою жену со мной, он хотел, чтобы я присмотрел за ней, защитил в том случае, если
какой-нибудь шофер позволит с ней вольность. Ему и в голову не приходило, что я
могу замыслить дурное.
- Не беспокойтесь, мистер Джонсон.
Он улыбнулся мне.
- Я знаю, Джек. Когда дело идет о мужчинах, я не ошибаюсь.
Четверг был моим выходным днем. Я спросил у Джонсона, могу ли взять его машину.
- Думаю, мне стоит, наконец, взглянуть на Тропика-Спрингс.
- Конечно, бери машину.
- Мне нужны деньги. Можно сотню, мистер Джонсон?
- Я сейчас же принесу.
Я видел, что его удивила сумма, и еще раз мысленно выругал себя за то, что отдал
ему деньги на хранение.
Я спросил, не могу ли что-нибудь сделать для него в Тропика-Спрингс. Он ответил,
что нет, и вручил мне пачку купюр.
- Держись подальше от грязных гостиниц, Джек, и подозрительных пивнушек.
Когда я отъезжал, Лола следила за мной из окна.
"Ты бы смотрела куда мрачнее, если бы знала, какую стряпню я готовлю", - ухмыльнулся
я про себя.
Горная дорога была сложной, со множеством крутых поворотов и, хотя я торопился,
отняла четыре часа. Это обеспокоило меня. Сокращалось время для побега. Я не мог
воспользоваться самолетом. Аэропорт - первое место, которое полиция возьмет под
контроль. Кроме того, маловероятно, чтобы в такой ранний час был самолет до Нью-Йорка.
Джонсон уедет в семь. Я открою сейф, возьму деньги в половине восьмого, а без
четверти буду уже в пути. Таким образом, у меня остается время для поезда.
Выйдя из бюро путешествий, я зашел в магазин и купил себе желтовато-коричневые
брюки и серый спортивный пиджак, который можно разглядеть за милю. Купил также шоколадную,
как негр, шляпу и пару легких туфель. Еще я купил большой чемодан, а в аптеке -
черные очки и краску для волос. Все это я спрятал в багажнике. Лола обязательно
даст полицейским мои приметы, так что мне надо иметь запасной вариант.
Довольный и уверенный, что я обо всем позаботился, я выехал из Тропика-Спрингс
и направился домой. В том месте, где дорога круто уходила в пустыню, рос густой
кустарник и колючий кактус. Я остановил машину, вытащил чемодан и засунул его в
самую середину зарослей. Я мог легко найти его, а чужой вряд ли будет шарить по
кустам.
Я вернулся на станцию около семи, как раз в то время, когда нужно было помочь
с обедами. Мы продали восемнадцать обедов. Наконец, Джонсон ушел спать, оставив
меня смотреть за насосами, а Лолу - заканчивать уборку на кухне. Около половины
двенадцатого, когда я сидел возле насосов и просматривал газету, ко мне подошла
Лола.
- Что ты делал в Тропика-Спрингс? - спросила она, пристально глядя на меня.
- А что я должен был там делать? - ответил я в тон даме. - Успокойтесь - я ездил
туда, чтобы купить билет на самолет до Сан-Франциско.
- Ты собираешься в Сан-Франциско?
- А какое вам дело?
Она безразлично пожала плечами.
Я откинулся на спинку стула. Еще один день - и я больше никогда не увижу станцию.
Я успел полюбить это место. Я гордился им не меньше Джонсона. Его я тоже теряю...
Весь остаток ночи я просидел, погруженный в мрачные размышления. Неизвестно,
что я буду делать через неделю. Смешно, что мне придется таскать с собой чемодан
денег, которые я, в конце концов, верну Джонсону. С такими деньгами я мог бы отправиться
куда угодно, купить бензоколонку где-нибудь во Флориде, жениться и провести остаток
своих дней в тепле и уюте. Нет, я не мог обмануть Джонсона. Я обязан вернуть эти
деньги, и если не сделаю этого, возненавижу себя.
В субботу, около шести вечера, Джонсон вышел из закусочной и подошел ко мне.
- Собираюсь трогаться, Джек. Ты в порядке?
- Все будет в норме, мистер Джонсон.
- Я думаю, что вернусь не раньше двух. На этих сборищах после деловой части устраивается
еще и небольшая вечеринка. - Он подмигнул мне. - Не говори об этом Лоле.
- Вы неплохо проведете время, - сказал я, так и не сумев выдавить из себя улыбку.
Я чувствовал себя отвратительно. Через час он уйдет из моей жизни, и я больше
никогда его не увижу.
Оставшись один, я проверил наш фургончик, которым мы довольно часто пользовались.
Бензобак был полон, имелся и запас масла. Именно на этом фургончике я собирался
удрать.
