Ответа не было!
Глава 8
Яркие лучи утреннего солнца проникли сквозь шторы. В кухне заурчал включившийся
холодильник. Я вздрогнул и посмотрел на часы. Было 5.45. Меня переполняло отчаяние.
Я понял, что прибыл слишком поздно, чтобы спасти Гленду. Теперь я был уверен, что
Бенни убил ее и где-то зарыл труп. Это произошло в то время, когда я находился вместе
с Гарри в моей квартире. Мои опасения, что Клаус прикажет убить ее, оправдались.
Я думал о ней, единственной женщине, которая была так мне дорога. Я вспоминал ее
глаза, волосы, неповторимый аромат ее великолепного тела. Ее могли зарыть только
здесь. Нужно было найти ее могилу.
Я вышел из дома и осмотрелся. Где? В сарае? Войдя туда, я замер на месте. Фургон!
Он стоял посередине сарая. Я подошел и заглянул внутрь. Униформа охранников лежала
на переднем сиденье. Я глянул на часы. Через час или немногим меньше эти два человека
начнут действовать и будут представлять определенную опасность. Если, как и договорено,
они погонят фургон в банк, то что они предпримут, когда обнаружат, что не могут
попасть вовнутрь? А если их заметит охрана? Ведь это автоматически означает, что
будет подан сигнал тревоги.
Мой мозг лихорадочно заработал. Испортить двигатель? Нет, вначале нужно найти
могилу Гленды. Я осмотрел все в сарае, но определенно она была похоронена не здесь.
И в тот момент, когда я направлялся к двери, чтобы покинуть сарай, я услышал шум
двигателя подъезжающей машины. Я осторожно выглянул наружу. Рядом с моей машиной
стоял потрепанный "крайслер". Из него вышли двое мужчин, которые должны были сыграть
роль охранников. Они замерли, увидев меня. Я приветствовал их небрежным жестом руки.
Они видели меня в компании с Гарри, и я надеялся, что эти люди примут меня за полноправного
члена банды. Более высокий с подозрением смотрел на меня.
- Все идет нормально?
Я облегченно перевел дух. Определенно они думали, что я работаю на Клауса.
- Операция на время отменяется, - заявил я, держа палец на спусковом крючке пистолета.
- Босс приказал мне приехать сюда и предупредить вас. Она переносится на неделю.
Они переглянулись.
- Вы хотите сказать, что фургон будет находиться здесь еще неделю? А деньги?
- агрессивно спросил меньший.
- Но ведь вам уже заплатили. Через неделю босс поговорит с вами.
Они переглянулись, потом низенький, улыбаясь, сказал:
- Прекрасно. Скажите боссу, что мы всегда в его распоряжении.
- Я передам ему это.
Усевшись в машину, парочка укатила.
Целый час я провел, осматривая всю территорию, прилегающую к ранчо. Нигде не
было видно свежей земли. Усталый и обескураженный, я вернулся в гостиную. Было семь
утра. Я рухнул в кресло, находясь в состоянии, близком к отчаянию. Неужели она мертва?
Итак, я остался один. Бегство вместе с Глендой было бы волнующим приключением, но
перспектива бежать одному не вызывала у меня энтузиазма. Стараясь не думать о Гленде,
я проанализировал ситуацию, в которой оказался.
Клаус и трое его сообщников заперты в бункере с сейфами. У них не было ни единого
шанса выбраться оттуда. Но у меня тоже положение еще то. Как только на сцену выйдет
полиция, копы сразу поймут, что проникнуть туда они смогли только с моей помощью.
Только я мог помочь гангстерам проникнуть в бункер самого надежного банка в мире!
Но вдруг мне все это стало безразлично. Без Гленды я не хотел пребывать в состоянии
постоянного страха. Билл! Как я смогу ему все объяснить? А Менсон? Ведь нужно сообщить
ему, что в его самом надежном банке в мире в настоящий момент хозяйничают гангстеры.
Но все же в первую очередь я должен поговорить с Браннингамом. В страхе забыв, что
еще нет даже восьми утра, я набрал его домашний номер. Через некоторое время сонный
голос недовольно осведомился:
- Кто это?
Я много раз встречался с женой Браннингама на коктейлях. Высокая, худая, старавшаяся
не показывать своего возраста женщина лет пятидесяти, она страшно заботилась о своем
здоровье. Именно она ответила на мой телефонный звонок.
- Извините меня, миссис Браннингам. Это Ларри Лукас.
- Ларри Лукас? Не ожидала. Вот уже месяц как я вас не видела. Как поживаете?
Надеюсь, у вас все в порядке? Хотела бы я, чтобы у меня было все в порядке.
Когда Мэри Браннингам начинала говорить, ее очень трудно было остановить.
- Противный мальчишка, вы меня разбудили! Позвольте сказать одну вещь: уже месяц,
как я так хорошо не спала. У меня болят руки. Фаррел храпит, и я целыми днями не
могу сомкнуть глаз. Я проконсультировалась на этот счет у доктора Шульца, но он,
представьте себе, заявил, что я в прекрасной форме. Ну и врач! Я с трудом таскаю
ноги! Что вы на это скажете, Ларри? Вчера я против воли приняла три таблетки снотворного!
И знаете, что произошло? Я даже не сомкнула глаз! Они не произвели на меня ни малейшего
действия! Я ужасно страдала... Боже мой! За что такие страдания! Вы верите в Бога,
Ларри? Думаю, да. Так вот, я обратилась к Богу и тут же уснула. В первый раз за
последние месяцы я спала так крепко, и ваш звонок меня разбудил.
- Миссис Браннингам, - как можно более вежливо сказал я, стараясь не закричать
на нее, - прошу извинения, что разбудил вас, но мне крайне необходимо поговорить
с мистером Браннингамом. У меня очень важное дело.
- Вы хотите поговорить с Фаррелом?
- Да, - по моему лицу стекали крупные капли пота.
- Это в самом деле так серьезно?
- Серьезнее некуда, миссис Браннингам. Мне нужно срочно с ним связаться.
- Но ведь сегодня воскресенье, Ларри, отнюдь не понедельник. А ведь в понедельник
у меня назначена встреча с парикмахером. В девять утра. Я так занята...
- Сегодня воскресенье.
- Зачем вы повышаете тон, Ларри? У меня и так нервы на пределе. Что может произойти
серьезного в банке? Тем более, что по воскресеньям он закрыт! По крайней мере, я
так думаю.
Я с трудом сдерживался.
- Мне нужно срочно переговорить с мистером Браннингамом. Не скажете ли вы, где
я могу его найти?
- Он уехал играть в гольф. Вы что, не знаете, что по воскресеньям Фаррел играет
в гольф? Или, по крайней мере, он говорит мне, что играет в гольф. - В ее голосе
начали проскальзывать обиженные нотки. - Он никогда не говорит со мной о делах.
Знаете, временами он ведет себя, как и все мужчины после двадцати пяти лет супружеской
жизни...
- Вы не знаете, где я могу его найти? - с раздражением прервал я этот словесный
фонтан.
- Если дело серьезное, хотя я не понимаю, какие могут быть дела в воскресенье,
вы можете спросить о его местонахождении у секретарши. Она в гораздо большей степени
в курсе дел моего мужа. Это ужасно, не так ли? Девчонка знает больше, чем...
- Благодарю вас, миссис Браннингам, - я положил трубку.
Через несколько минут я нашел домашний номер Лоис Шелтон в телефонном справочнике
и тут же позвонил Лоис. Она почти немедленно сняла трубку.
- Это Ларри, Лоис. Мне нужно срочно дозвониться до Браннингама. Вы не знаете,
где он?
- Это действительно так важно?
- Ничего нет важнее. Вопрос касается банка в Шаронвилле. Я не могу сказать больше.
Мистер Браннингам хотел бы, чтобы все было в секрете. Мне нужно как можно скорее
переговорить с ним.
- Я посмотрю, смогу ли я связаться с ним. Дайте мне ваш номер, я перезвоню.
- А вы не могли бы сообщить мне его номер?
- Нет, я вас вызову.
Я продиктовал ей номер, записанный на телефоне.
- Вы уверены, что дело не может подождать до завтра? Ф.Б. всегда выходит из себя,
когда его беспокоят по пустякам.
- Он будет вне себя, если вы не сообщите о том, что я хочу с ним поговорить.
Торопитесь, Лоис, я жду.
Положив трубку, я принялся терпеливо ждать.
Ожидая звонка, я вдруг вспомнил о фотографиях, которые прислал мне Клаус. Скорее
всего, они должны были находиться где-то здесь. Я обыскал ящик стола. Один из них
был заперт, и я отправился на кухню в поисках нужного инструмента. Найдя отвертку,
я вернулся в гостиную и за несколько минут открыл ящик. Там лежали копии моих записей
и мое послание Браннингаму. В конверте я обнаружил фотографии, которыми меня шантажировали,
и негативы. Я прошел на кухню, зажег газ и уничтожил все вещественные доказательства,
за которые мог получить длительный срок тюремного заключения.
Звонка Лоис все не было. От нечего делать я обыскал все шкафы и обнаружил лопату,
упакованную в пластиковый мешок. Именно этой лопатой выкопали могилу Марша. Я взял
тряпку, протер лопату, затем протер письменный стол, подлокотники кресла и телефонную
трубку. Это было все, что можно было сделать.
На моих часах было 8.05. Я подумал о Клаусе, Джо, Бенни и Гарри, запертых в бункере
с сейфами. Затем мои мысли вернулись к Гленде. Сидя за письменным столом, я погрузился
в воспоминания.
Телефонный звонок оторвал меня от размышлений. Я схватил трубку. На сей раз это
была Лоис.
- Очень жаль, мистер Лукас, но он не отвечает. Я звонила три раза. Или он не
хочет снимать трубку, или его нет.
- Позвоните еще, - нетерпеливо сказал я. - Это очень важно. Я подожду.
- Но я не могу. Моя мать больна, и я хочу пойти навестить ее. Мой поезд отходит
буквально через несколько минут.
- В таком случае дайте мне его номер. Я позвоню сам.
- Не могу. - Помолчав, она добавила: - Ларри, он не играет в гольф. Время от
времени он проводит уик-энд, не играя в гольф. Надеюсь, я выразилась достаточно
ясно?
Я едва верил своим ушам. Вот это да! А ведь я всегда считал Браннингама человеком
высоких моральных и нравственных принципов!
- Мне на это наплевать! Разговор не терпит проволочек. Это очень важно. Происходят
вещи, которые могут отразиться на репутации банка. Большего я сказать не могу.
- Я не лишусь его доверия, если сообщу вам номер его телефона?
- Будьте уверены, он вас только отблагодарит, - уверил я ее. - Вы знаете, как
он доверяет мне. Скажите мне его номер. Это очень серьезно.
Помолчав, она все же сказала нужный номер, добавив при этом:
- Мне нужно сразу же уйти, иначе я опоздаю на поезд.
Она повесила трубку. Я нацарапал номер на блокноте, лежащем на письменном столе.
Это был номер Пенсильвания-Бейн, маленького пляжа в тридцати километрах от Шаронвилла.
Мы с Биллом как-то собирались арендовать там бунгало, рассчитывая, что там можно
будет спокойно поработать, а по воскресеньям еще и позагорать на пляже. Я даже съездил
однажды туда, но испугался, что вопли многочисленных детишек, отдыхающих там, помешают
мне работать. Это место я очень хорошо помнил: пальмы, виллы, несколько очень уютных
ресторанов. Когда агент по продаже недвижимости показал мне несколько бунгало, я
пришел к выводу, что они, скорее всего, служат гнездышком для влюбленных парочек,
а в других отдыхают семейные пары, приехавшие на уик-энд. Агент с сожалением сообщил
мне, что самые уединенные бунгало сняты на весь сезон.
Дрожащими пальцами я перелистал телефонный справочник. Вот и требуемый номер.
Мисс Шейла Бенс. 14. Морской бульвар.
Любовница Браннингама!
Сняв трубку, я набрал номер. Ждал целую минуту, но трубку никто не снял. Я посмотрел
на часы. Половина десятого! Мне позарез нужно было встретиться с Браннингамом. Ведь
должен же я рассказать ему всю историю. Мне было наплевать на то, что он подумает
обо мне, наплевать на то, что время от времени он обманывает свою жену, чтобы утешиться
в объятиях другой. Мне казалось, что, если я расскажу ему все, он мне поможет. Выйдя
из дома, я уселся в машину и, включив двигатель, направился в сторону Пенсильвания-Бейн.
Меня не покидала мысль о четырех запертых в бункере. По крайней мере, смерть Гленды
будет отомщена. Я выехал на магистраль и понесся в нужном направлении. Все шоссе
было забито машинами, направлявшимися в сторону океана. На крышах автомобилей были
привязаны лодки, в каждом окошке виднелись веселые личики детей, но мне было не
до веселья. Все с нетерпением ждали встречи с водой. Обычное утро во всех приморских
городках.
Наиболее популярным пляжем был Литл Коф. После него на шоссе стало несколько
посвободнее. Только одна машина свернула к пляжу, на который направлялся и я. Автомобиль
остановился на берегу залива, и из него выскочило четверо ребятишек. Визжа от восторга,
они помчались к воде. Родители не спеша направились к бунгало.
Я поехал дальше, разыскивая стоянку. Я не имел ни малейшего понятия, где может
находиться Морской бульвар. По песчаной дорожке шел относительно молодой человек.
Я остановил машину и спросил:
- Вы не подскажете мне, где находится Морской бульвар?
- Морской бульвар? - он поскреб волосатую грудь. - Езжайте прямо, потом повернете
налево. Там и есть начало бульвара.
- Благодарю.
- Пустяки, - махнув рукой, он направился к морю.
Едва я нажал на стартер, как услышал крик. Волосатый тип бежал обратно.
- Извините, вы спрашивали Морской бульвар?
- Да.
- Я ошибся, старина. Вам нужно повернуть направо.
С каким бы удовольствием я придушил его.
- Так я должен повернуть направо?
- Да, это так, старина, - он снова почесал грудь, потом спросил: - У вас есть
дети, старина?
- Нет.
- Тогда вы не знаете, что такое счастье.
Я рванул с места почти на предельной скорости.
Виллы, стоящие вдоль дороги, становились все шикарнее. Никаких номеров не было
и в помине. Только названия: "Ты и я", "Гнездо", "У себя". Чего только не придумают
богатые бездельники.
Я остановил машину и вышел. Пройдя сотню метров, я заметил девочку лет двенадцати,
которая каталась на створках ворот большой виллы. Она с улыбкой и интересом наблюдала
за моим приближением.
- Хэлло, - сказал я.
- Хэлло, - отозвалась она.
- Я ищу виллу номер 14 по Морскому бульвару. Ты не знаешь, где она?
- Вам нужна Шейла?
- Да. Ты ее знаешь?
Она сделала гримасу.
- Мама не разрешает мне с ней разговаривать. Но я с ней здороваюсь, когда мамы
нет дома.
Стараясь выудить побольше информации, я спросил:
- А почему мама не хочет, чтобы ты с ней здоровалась?
Девчонка смешно наморщила носик.
- Моя мама очень строгих правил. Она считает ее шлюхой. И это только потому,
что у Шейлы много друзей.
- А где она живет?
Хитрая улыбка появилась на ее лице.
- На вашем месте я бы не ходила туда. Ее старый толстый индюк теперь там: старый
противный тип. Но вот ее возлюбленный великолепен! Когда Шейла бывает одна, а мамы
нет дома, я плаваю с ней в бассейне.
