- Этот вопрос надо обдумать. Если вас это интересует, я подготовлю вам нужный
материал.
Глаза Голда вонзились в меня, как буравчики.
- Материал? Мне это непонятно.
- Нужно обработать бумаги, - сказал я, внезапно почувствовав злобу и раздражение.
- Как только найдется время для обработки, я дам вам материал для просмотра.
Толстяк, не мигая, уставился на Кэрол. Она не подняла головы.
- Нет, меня это не устраивает, - настаивал киномагнат. - Расскажите мне о ваших
замыслах. Ведь вы же писатель, не так ли? Вы сказали, что у вас есть какие-то идеи.
Вот и изложите мне их.
И зачем я только сел за этот стол! Я чувствовал, что Питер с любопытством ожидает
развязки диалога. Кэрол мяла в руках кусочек хлеба, ее лицо горело. Голд продолжал
упорно смотреть на меня, поглаживая толстой рукой челюсть.
- Я не могу говорить на эту тему здесь, - сказал я. - Если вы, действительно,
заинтересованы, я могу прийти в ваш офис и поговорить с вами.
К столу подошло несколько официантов. Они начали сервировать стол перед тем,
как подать второе. Голд немедленно потерял всякий интерес ко мне и начал травить
официантов. Он придирался ко всему, даже к температуре посуды, в которой подавали
еду. В течение нескольких минут вокруг стола были беготня и суматоха. В конце концов,
Голд угомонился и начал с волчьей жадностью пожирать еду, словно выдерживал голодовку
по крайней мере несколько дней. Питер, поймав мой устремленный в пространство взгляд,
попытался улыбнуться. Пока Голд ел, нельзя было помышлять ни о каких разговорах.
Кэрол и Питер молчали, и я решил последовать их примеру. Мы ели в полнейшей тишине.
"Интересно, - подумал я, - будет ли Голд пытаться выудить у меня мои замыслы после
того, как покончит с едой? Наверное, он уже не станет говорить на эту тему". Я был
зол на себя за то, что упустил хорошую возможность. Но мне нечего было сказать ему.
Я должен быть благодарен официантам, которые так своевременно отвлекли его от расспросов.
Голд нетерпеливо оттолкнул от себя пустую тарелку и вынул из кармана жилетки зубочистку.
Ковыряя в зубах, он оглядывал переполненный зал.
- Вы читали книгу Клива "Ангелы в трауре"? - внезапно спросила Кэрол.
Голд нахмурился.
- Нет, - резко ответил он, - и вам это известно.
- Тогда я думаю, вам следует прочитать ее. Содержание непригодно для фильма,
но можно написать интересный сценарий. В книге есть одна хорошая идея.
Ее слова поразили меня. Я посмотрел на Кэрол, но она не обращала на меня внимания.
- Какая идея? - на желтом лице Голда появился интерес.
- Идея в том, что мужчины всегда предпочитают распутных женщин, заставляя порядочных
женщин страдать.
Я был поражен. В моей книге не было ничего подобного.
- Неужели мужчины действительно предпочитают распутных?
- Конечно, - ответил Голд, сжимая пальцами зубочистку. - Мисс Рай права, и я
объясню, почему. Мужчины предпочитают распутных потому, что приличные женщины слишком
скучны.
Кэрол покачала головой.
- Не думаю. А ты, Клив?
Я не знал, что ответить. Я никогда не думал об этом раньше. Мне вспомнилась Ева.
Я подумал о ней и Кэрол. Ева была распутницей, Кэрол была приличной женщиной, откровенной,
честной, надежной. Она жила, соблюдая все правила этики. Ева вообще не представляет,
что такое этика. Я бросил Кэрол и солгал ей для того, чтобы провести несколько минут
с Евой. Зачем я это сделал? Если бы я знал это, я мог бы ответить на вопрос Кэрол.
- У распутниц, - начал я, - есть такие достоинства, которых нет у приличных женщин.
Вернее, это скорее недостатки, а не достоинства. Эти женщины возбуждают в мужчинах
примитивные инстинкты. Мужчинам тяжелее сдерживать свои инстинкты, чем женщинам,
поэтому мужчины и бегут к распутницам. Но, вместе с тем, распутницы нужны им на
очень короткий срок. Сегодня мужчина с ней, а завтра уходит и бросает ее.
Кэрол резко оборвала меня:
- Ты говоришь чепуху, Клив, и сам прекрасно это знаешь.
Я в упор посмотрел на нее и увидел на ее лице такое выражение, которого не видел
никогда раньше. В ее взгляде была боль, злоба и вызов.
- А я согласен с мистером Фарстоном, - сказал Голд. Он вытащил из портсигара
большую сигару и принялся разглядывать ее. - Мужчины не в состоянии сдерживать свои
инстинкты.
- Дело не в инстинктах, - выпалила Кэрол. - Я скажу вам, почему мужчины предпочитают
распутниц. - Она посмотрела на Питера, словно желая исключить его из числа своих
слушателей. - Я говорю о большинстве мужчин. Если они сбились с правильного пути,
они, как неразборчивые щенки, бегут за первой встречной. А меньшинство придерживается
стандартных моральных принципов и не отступает от них ни на шаг.
- Дорогая Кэрол, - сказал я, понимая, что это выпад против меня, - для твоих
речей не хватает только трибуны.
- Она была бы очаровательным оратором, - констатировал Голд. - Пусть она продолжит
свою речь.
- Мужчины предпочитают распутных женщин, чтобы удовлетворить свое тщеславие.
Эти женщины весьма декоративны. Они испорчены и привлекательны одновременно. Мужчины
любят, когда их встречают в обществе таких женщин. Друзья начинают завидовать этим
смельчакам... Бедные идиоты! Распутницы, как правило, глупы. Мозги им ни к чему.
Достаточно хорошенького лица, красивых ног, шикарных туалетов и готовности отдаться.
- Значит, ты считаешь, что мужчины хорошо себя чувствуют только в обществе дур?
- Тебе это хорошо известно, - бросила Кэрол. - Не думай, что тебе удастся обмануть
меня. Ты как раз и принадлежишь к большинству.
Голд улыбнулся.
- Продолжайте, - попросил он. - Ведь вы еще не кончили.
- Мне больно смотреть, когда шлюхи обводят вашего брата вокруг пальца. Мужчин
интересует только внешний вид, наряды и тело. Если у женщины нет хорошенькой мордашки,
ей не пробиться в Голливуде. Это просто отвратительно.
- Не надо об этом. Лучше давайте о распутницах, - вмешался Питер. В глазах его
был живой интерес.
- Мужчина не терпит, когда женщина знает больше, чем он. Это еще один шанс для
распутниц. Они ленивы по натуре, и у них нет времени ни на что, кроме распутства.
Единственная тема их разговоров - они сами, их туалеты, их неприятности и их внешний
вид. Мужчинам это нравится: в обществе таких женщин они чувствуют себя на высоте.
Мужчины кажутся себе богами, в то время как шлюхам они кажутся до смерти надоедливыми.
Им эти мужчины нужны только для того, чтобы весело провести время и вытянуть из
них как можно больше денег.
- Очень интересно, - заметил Голд. - Но как вы увязываете эти рассуждения с фильмом,
понять не могу.
- Этот фильм - сатира на мужчин, - подытожила Кэрол. - "Ангелы в трауре" - прекрасное
название. Мы не будем касаться содержания романа. Возьмем только название и напишем
великолепную сатиру на мужчин. Представьте себе, как женщины заинтересуются подобным
фильмом. В конце концов, большинство наших зрителей - женщины.
Голд обратился ко мне:
- Что вы на это скажете?
Я во все глаза смотрел на Кэрол. Она подала прекрасную идею. Более того, она
оживила мое воображение, которое иссякло после того, как я написал последнюю книгу.
Теперь я знал, что мне надо делать. Это было как озарение. Надо создать историю
Евы. Я напишу сценарий об этой противоречивой, странной женщине.
- Прекрасная мысль! - возбужденно ответил я. - Я готов приняться за сценарий.
Кэрол отчужденно посмотрела на меня и закусила губу. Когда же наши глаза встретились,
я понял, что мои намерения разгаданы этой проницательной женщиной. Я отвернулся
от нее и продолжал:
- Кэрол правильно сказала: это великолепная идея и интересная тема.
- Вы не будете сердиться, если я уйду? У меня ужасно разболелась голова, - с
этими словами Кэрол неожиданно поднялась и оттолкнула от себя стул.
Прежде чем я успел сообразить, Питер подошел к мисс Рай.
- Ты слишком много работала, Кэрол, - сказал он. - Мистер Голд, вы извините ее,
правда?
В карих глазах Голда появилось сонное выражение.
- Идите и ложитесь спать, - сказал он, адресуя слова мисс Рай. - А вы, Питер,
проводите ее домой. Мы же с мистером Фарстоном посидим здесь еще немного.
Я проигнорировал относящееся ко мне предложение и встал.
- Я провожу ее, - вызвался я, чувствуя одновременно злобу и тревогу за нее. -
Пойдем, Кэрол...
Она покачала головой.
- Останься с мистером Голдом, - распорядилась она, не глядя на меня. - Питер,
я хочу домой.
Когда она повернулась, чтобы уйти, я взял ее за руку.
- Что случилось? - спросил я, стараясь говорить спокойно. - Я чем-нибудь обидел
тебя?
Кэрол Рай посмотрела на меня долгим взглядом, обиженным и сердитым.
- Я ухожу, Клив, спокойной ночи. Неужели ты не понимаешь?
"Она все знает, - подумал я. - Ей все известно. Я ничего не могу скрыть от нее.
Она видит то, что творится у меня внутри, словно я стеклянный".
Наступило неловкое молчание. Голд, не отрываясь, смотрел на свои толстые руки,
нахмурив сонное лицо. Питер поднял горностаевую накидку и стоял, ожидая Кэрол.
- Мы встретимся в клубе, - сказал Теннет на прощанье.
И они ушли. Я снова сел за стол. Голд задумчиво смотрел на белый пепел своей
сигары.
- Женщины - странные существа, не правда ли? - спросил он. - Между вами что-то
есть?
Я не хотел обсуждать свои с Кэрол взаимоотношения с человеком, которого я едва
знал.
- Мы просто давние друзья.
- Она подала хорошую мысль. Сатира о мужчинах. И название удачное "Ангелы в трауре".
Что вы об этом думаете?
- Я хочу написать сценарий о проститутке, - ответил я Голду, и мысли мои при
этом были заняты Кэрол и Евой. - Описать мужчин, которые прошли через ее руки, ее
влияние на них, ее отношения с ними и то, как она становится другим человеком.
- Кто же делает ее другим человеком?
- Мужчина... Кто-то, кто сильнее ее.
Голд покачал головой.
- Психологически это неверно. Кэрол согласилась бы со мной. Другим человеком
ее могла бы сделать только женщина.
- Я с вами не согласен, - упрямо настаивал я. - Если бы проститутка полюбила
какого-нибудь мужчину, она переродилась бы и жила бы только для него одного.
Голд стряхнул пепел с сигары в тарелку.
- У нас с вами разные мнения на этот счет. Как вы представляете себе эту женщину?
- Я знаю одну такую женщину. Она абсолютно реальна, и я хочу изучить ее.
- Продолжайте. - Дым кольцами поднимался от сигары Голда, частично скрывая от
меня его лицо.
- Женщина, которую я хочу описать в сценарии, зарабатывает себе на жизнь проституцией.
Распутница безжалостна, эгоистична и очень опытна. Она отброс общества, аморальна
и интересуется только своей собственной персоной. Мужчины не имеют для нее никакого
значения. Единственное, что интересует ее в них - это их деньги. - Я стряхнул пепел
сигареты в пепельницу. - Такова моя героиня.
- Интересно, - согласился Голд, - но слишком сложно. Вы сами не знаете, о чем
вы говорите. Такая женщина никогда никого не полюбит. Для нее чувство любви потеряно.
- Он поднял голову и в упор посмотрел на меня. - Вы сказали, что знаете такую женщину?
- Я встретил такую женщину. Я еще не могу утверждать, что знаю ее, но сделаю
все возможнее, чтобы изучить глубже.
- Вы решили провести с ней эксперимент?
Я не хотел раскрывать свои карты. Толстяк мог обо всем рассказать Кэрол.
- Только для того, чтобы написать о ней, - беспечно ответил я. - Чтобы создавать
живые образы, писатель ведь должен встречаться с разными людьми.
- Понятно. - Мокрые губы Голда Рекса сжали сигару. - Вы хотите заставить эту
женщину полюбить вас?
Я посмотрел на своего собеседника более пристально, чем делал это раньше.
- Нет, у меня есть дела поинтересней, - резко ответил я.
- Я хочу, чтобы вы правильно меня поняли, - сказал он. - Вы сообщили, что выбрали
эту женщину в качестве героини вашего сценария. Вы также предположили, что, если
бы она полюбила, она переродилась бы и жила бы только своей любовью. Так? - Я кивнул.
- Тогда как же вы можете быть уверены в том, что психологически правы, если не проведете
с ней эксперимента? Я, например, читаю, что, с психологической точки зрения, это
совершенно невозможно: такая женщина вообще не способна любить. Это подсказывает
мне мой жизненный опыт, а вы разводите какие-то странные теории.
Я выпрямился, внезапно почувствовав в этих словах ловушку. Мне оставалось или
признаться в том, что хочу провести эксперимент, или отказаться от своих слов.
- Хорошо, не отвечайте мне, - сказал Голд. - Сейчас я выскажу вам свое мнение
на этот счет. Прежде чем приниматься за какие-то дела, всегда полезно уточнить детали.
- Он сделал знак официанту. - Давайте выпьем немного бренди. Бренди как раз то,
что нужно для подобного разговора. Вы заинтересовали меня, мне нравится название
"Ангелы в трауре", импонирует, что фильм будет сатирой. Я уже давно не ставил психологических
фильмов, а они всегда приносят хорошие доходы. Женщины просто обожают такие ленты.
Тут Кэрол абсолютно права: основная часть посетителей кино - женщины. - Он сунул
руку во внутренний карман пиджака и вытащил портсигар. - Не хотите ли закурить,
мистер Фарстон?
Я взял длинную сигару, несмотря на то, что мне не хотелось курить. По-видимому,
Голд предлагает свои сигары как знак особой милости только тем людям, которые пришлись
ему по душе.
- Такая сигара обходится мне в пять долларов, - сказал он. - Их специально изготавливают
для меня. Надеюсь, она доставит вам удовольствие.
Официант принес бренди. Голд поднес к носу бокал в форме шара и вдохнул аромат.
- Великолепно! - пробормотал он и обхватил бокал обеими руками.
Торопиться мне было некуда. Я аккуратно отрезал кончик сигары и прикурил. Сигара
действительно была прекрасной.
- Меня интересует сценарий, основанный на фактическом материале, - продолжал
Голд, - и занимает ваша мысль создать героиню, взяв ее с живого прототипа. В таком
случае сценарий должен быть правдоподобным. Вам остается только одно: приглядеться
к вашей знакомой и как можно точнее описать ее на бумаге. Изучайте ее! Поставьте
себя на место героя вашего сценария. Но прежде чем начать воплощение замысла пером,
пройдите через все это сами.
- Послушайте, мистер Голд... - начал я, но он сделал мне знак молчать.
- Вначале выслушайте меня. Возможно, ваши надежды не оправдаются и все произойдет
совсем не так, как вы предполагаете. Но это несущественно. Важно только одно: все
должно быть оправдано с психологической точки зрения. Вы - человек светский. Вы,
вероятно, пользовались в прошлом большим успехом у прекрасного пола. Женщина, которую
вы выбрали в качестве героини своего сценария, будет вам достойным противником.
Почему бы вам не попробовать влюбить ее в себя? Это будет необычайно интересный
эксперимент.
