В приемной редакции я вручил молоденькой секретарше визитную карточку, сказав,
что хотел бы повидать Ральфа Троя. Она вышла и через несколько минут пригласила
следовать за собой. Пройдя по коридору, мы оказались в крохотной комнатенке, где
за письменным столом, заваленным грудами бумаг, сидел, попыхивая трубкой, сероглазый
человек. У него были тронутые сединой волосы и квадратная челюсть.
Увидев меня, он протянул большую сильную руку.
- Присаживайтесь, мистер Брэндон. Я слышал о вас от Холдинга. Он предупреждал,
что вы, возможно, заглянете.
- Я зашел с единственной целью представиться, мистер Трой, - сказал я. - Сегодня
я с пустыми руками, но вскоре, надеюсь, у меня кое-что будет. Я понял из слов Холдинга,
что, если вам дать конкретные факты, вы их опубликуете?
Трой широко улыбнулся, показав крупные белые зубы.
- Моя цель, - сказал он, - печатать правду, и только правду. Этим я и держусь.
Очень рад, что вы зашли. Я могу рассказать много полезного об этом городе. Вы слышали
Холдинга, теперь послушайте меня. - Глубоко забравшись в кресло, он выпустил в потолок
струйку дыма и продолжал: - Через месяц у нас состоятся выборы, предстоит отчаянная
борьба. Прежней шайке, державшей власть в течение пяти лет, нужно победить во что
бы то ни стало. Иначе они пропали. Они могут лишиться всего, если их оторвать от
руля правления. Сан-Рафел - золотое дно на Тихоокеанском побережье. Это излюбленное
место миллионеров. Нигде, кроме Майами, не могут предложить им столько комфорта
и развлечений, как у нас. И в то же время, мистер Брэндон, это земля обетованная
для гангстеров, они, в сущности, контролируют всю городскую жизнь. Их невозможно
уничтожить или выгнать из города, и даже Криди, пожелай он того, не смог бы справиться
с ними. Поэтому он и не особенно тревожится. Рядом с его законными предприятиями
процветает преступный бизнес, и он сам косвенно извлекает из этого немалую выгоду.
Но не подумайте, мистер Брэндон, что Криди какой-нибудь закоренелый негодяй. Это
приличный, даже вполне приличный человек. Но Криди - бизнесмен, и он имеет право
требовать, чтобы деньги давали ему доход. Преступный сброд, обосновавшийся в Сан-Рафеле,
повышает ценность его капиталовложений, поэтому он и не настаивает, чтобы были приняты
строгие меры. Напротив, он готов в какой-то степени поделиться прибылью. Пока казино,
плавучий притон, опера, ночные клубы и кинотеатры - одним словом, все, куда вложены
его деньги, приносит доход, он будет терпеть и взломщиков, и мошенников, и торговцев
наркотиками, и сутенеров. И, прекрасно разбираясь в обстановке, они не покушаются
чрезмерно на его доходы. Сан-Рафел - город коррупции и порока. Я сомневаюсь, что
во всей администрации можно отыскать хотя бы одного человека, который не урвал бы
своей доли пирога.
- И судья Гаррисон собирается навести здесь порядок? - спросил я.
Трой пожал плечами.
- Так он, во всяком случае, обещает. Но будьте уверены, это останется одними
обещаниями. Что-нибудь, возможно, и будет сделано для отвода глаз - упрячут за решетку
одного-двух второстепенных чиновников, пошумят, поразмахивают флагами, но через
месяц-другой от настоящих хозяев поступит команда, и все станет на свои места. Судья
в один прекрасный день обнаружит, что его счет в банке неожиданно увеличился, кто-нибудь
преподнесет ему "кадиллак", и он поймет, что куда спокойней не вмешиваться в естественный
ход событий. Такова система, а не люди. У человека могут быть честные намерения,
но если вдруг запахнет большими деньгами, они улетучиваются, как пар в воздухе.
Я не утверждаю, что можно купить любого, но что судья Гаррисон из этой породы, я
знаю чертовски хорошо.
- Мне казалось, что заправляет преступным бизнесом именно Криди. Если не он,
то кто же?
Прежде чем ответить, Трой некоторое время задумчиво пыхтел трубкой.
- Есть в нашем городе некий Кордец, владелец "Клуба мушкетеров". Для него не
важно, кто победит. Он будет прочно сидеть в кресле при любой администрации. О нем
известно немного: прибыл откуда-то из Южной Америки, ловкий делец, умеет делать
деньги различными темными путями. Если у Криди большой законный бизнес, то у Кордеца
- такой же бизнес, только незаконный. Он-то и есть глава преступного мира в Сан-Рафеле.
Чтобы покончить с гангстерами, надо сначала убрать Кордеца. Однако желающих помериться
с ним силами не находится.
- "Клуб мушкетеров" не единственное, что у него есть?
Лицо Троя озарилось мрачной улыбкой.
- Нет, конечно. Львиную долю дохода он извлекает из предприятий Криди. Возьмите,
к примеру, казино. Его построил Криди и имеет твердый процент с капитала, но Кордец
тоже гребет четверть прибыли - за протекцию. Криди финансировал строительство плавучего
притона, он резонно полагал, что это поможет привлечь в город туристов. И снова
там оказался Кордец со своими двадцатью пятью процентами. Откажись Криди платить
- и его роскошная яхта по неизвестным причинам взлетит на воздух. Криди знает об
этом и предпочитает выкладывать денежки.
Я сидел молча, обдумывая услышанное, хотя ничего нового в рассказе не было. Такое
же положение существовало в Нью-Йорке, Лос-Анжелесе, Сан-Франциско, в других американских
городах. Я думал о том, что за тридцать шесть часов, прошедших с момента смерти
Шеппи, я волею судьбы оказался в центре политической жизни этого чужого для меня
города. Может, Шеппи обнаружил что-нибудь опасное для Кордеца и его банды и гангстеры
расправились с ним? Мне снова вспомнился длинный и тонкий нож - оружие профессионалов.
- Я хотел, чтобы вы получили представление, как обстоят дела, - сказал Трой.
- И еще один совет: будьте осторожны с Холдингом. Доверяйте ему не больше, чем ядовитой
змее. Пока вы действуете в его интересах - он с вами, но стоит сделать неосторожный
шаг, который ему не понравится, - и вы приобретете опаснейшего врага. Остерегайтесь
его!
Заверив Троя, что относительно Холдинга я не питаю иллюзий, я поделился своими
соображениями о связи между Криди и Шеппи. Я изложил все факты, которые мне удалось
собрать, упомянув также о загадочном пакетике спичек.
- Могу поспорить, - сказал я, - что Криди нанимал моего компаньона. Возможно,
он хотел последить за своей женой. Шеппи, я думаю, наткнулся на что-то важное, не
связанное с поручением клиента, и его поспешили убрать. Кто убил, я не знаю, хотя
до разговора с вами полагал, что это дело рук Криди. Теперь мне предстоит пересмотреть
свои выводы.
Трой кивнул в знак согласия.
- Криди не убивал Шеппи. Он может приказать избить кого-нибудь, это я допускаю,
но убийство исключено. - Трой откинулся в кресле. - Ну и историю вы мне рассказали!
Но в ней пока нет ничего, что мы могли бы напечатать. Надеюсь, что вам все-таки
удастся выяснить, кто герой нашего романа. - Он глянул на часы. - У меня дела, мистер
Брэндон, мне надо идти. Я могу дать вам в помощь моего сотрудника Эрэнка Хеппла.
Этот паренек - один из лучших моих людей, у него талант выискивать информацию. Располагайте
им, как и когда угодно, - он неутомим. Для начала, скажем, он может покопаться в
прошлом Хана. Мне всегда казалось, что в этом свободном художнике есть что-то подозрительное.
- Хорошо. - Я поднялся. - Вы не знакомы с кем-нибудь из членов "Клуба мушкетеров"?
- Я?! - Он расхохотался. - Ни с кем абсолютно!
- Я собираюсь побывать там, увидеть все своими глазами.
- Не тешьте себя надеждой, вам это не удастся. Туда допускают лишь членов клуба
и тех, кто ими приглашен.
- Поживем - увидим, - ответил я. - Я буду напоминать о себе. Надеюсь, что через
пару дней смогу дать конкретные факты.
- Если речь будет идти о Криди, информация должна быть абсолютно надежной, догадки
и предположения исключаются, - сказал Трой. - Я не могу позволить себе роскошь судиться
с ним за клевету. Меня попросту вышвырнут из газетного бизнеса.
- Если факты будут касаться Криди, никто не сможет их опровергнуть.
Мы пожали друг другу руки, и я ушел.
На душе у меня стало чуть поспокойнее: теперь, по крайней мере, я знал, что могу
на кого-то рассчитывать.
Глава восьмая
1
У полицейского регулировщика я выяснил, что "Клуб мушкетеров" находится на верхнем
этаже отеля "Ритц-Плаз". Это было неожиданностью: я был уверен, что столь изысканный
клуб занимает отдельное шикарное здание.
- Ты говоришь, это просто несколько комнат на верхнем этаже гостиницы? - переспросил
я. - А я думал, что клуб нечто вроде Тадж-Махала.
Регулировщик снял фуражку и, обтерев пот со лба, покосился на меня.
- Тадж... что? - удивился он. - Ты сегодня с утра так плетешь, приятель?
- Ничего. Просто я думал, что он стоит на отдельном участке и по виду напоминает
дворец.
- Ты можешь думать что угодно, это твое дело. Клуб на двадцать пятом этаже гостиницы,
там, где висячий сад. Но чего тебе беспокоиться? Ни ты, ни я туда не попадем.
Поблагодарив, я вернулся к "бьюику". Посидев несколько минут в машине, вспомнил,
что Гривс работал раньше детективом в "Ритц-Плаз". У меня появилась надежда, что
он подскажет мне способ, как проникнуть туда.
Доехав до ближайшей аптеки, я позвонил ему из автомата.
- Мне нужна твоя помощь, - сказал я. - Если можешь встретиться со мной, я угощу
тебя пивом.
С минуту в трубке слышалось сопение, потом Гривс сказал, что будет ждать в баре
Эла на Третьей улице минут через тридцать.
Прибыв в условленное место, я заказал пива и попросил бармена принести вечернюю
газету.
В ней был отчет о следствии и фотографии Ренкина, напоминавшего Шерлока Холмса
в миниатюре. На последней странице был помещен портрет Тельмы Каузнс. Заголовок
гласил, что полиция энергично продолжает расследовать обстоятельства второго загадочного
убийства на пляже Бэй-Бич.
Я рассматривал фотографию девушки, когда явившийся Гривс тяжело взгромоздился
на скамью напротив меня. Я сказал, что намереваюсь проникнуть в "Клуб мушкетеров".
- У тебя столько же шансов попасть туда, как и в Белый дом, - изрек он.
- На свете нет ничего невозможного, старина. Я хотел бы знать план гостиницы.
Ты работал там и, наверное, еще не все позабыл.
Выпив пива, Гривс поставил кружку на стол и утер рот тыльной стороной ладони.
- Это ничего не даст. К ним на верхний этаж ведут два частных лифта. Когда входишь
в гостиницу, нужно сначала пройти вестибюль, а потом по коридору налево. В конце
его решетка, возле которой круглые сутки дежурят два охранника. Вот тут твое путешествие
и закончится. Они не отопрут решетку, если ты им незнаком. Когда приходит член клуба,
он расписывается в книге и поднимается в лифте. Что происходит потом, я не знаю,
потому что никогда там не был. Советую не ломать напрасно голову: охранники тебя
не пропустят. Иначе их вытурят взашей.
- Есть у них наверху ресторан?
- Один из лучших в Америке. Так, по крайней мере, говорят, самому мне там сидеть
не доводилось. Ну, тебе легче от этого?
- Может, ты еще скажешь, что мясные туши и ящики с рыбой они тоже таскают через
вестибюль гостиницы?
Кружкой пива он почесал свой мясистый нос.
- Кто говорит, что таскают? Они пользуются общим с гостиницей грузовым лифтом.
Он позади здания. Я не знаю, как продукты доставляются в клуб, но видел, что их
отвозят наверх и сопровождающий едет вместе с ними.
Я улыбнулся.
- Вот на это я и рассчитывал. Значит, если я отправлюсь наверх с попутным грузом,
у меня есть шанс попасть в клуб? Не знаешь, кто согласился бы мне помочь? Я не пожалею
пятидесяти монет.
Гривс, погрузившись в раздумье, медленно отхлебывал пиво.
- Ты рискуешь головой, но это твое дело. Есть у меня знакомый малый, который
работал в клубе - Гарри Беннауер. Не знаю, там ли он сейчас... Он был четвертым
барменом или кем-то в этом роде. Гарри всегда сидел без денег: проигрывал на пари,
ввязываясь в глупые споры. Он бы, пожалуй, согласился помочь.
- Узнай у него, - попросил я. - Если он все еще там, не хочет ли он заработать
пятьдесят долларов. Передай, что я буду ждать ровно в семь у грузового лифта.
По лицу Гривса было видно, что к моей просьбе он отнесся без энтузиазма.
- Беннауер может надуть тебя и рассказать обо всем начальству. Тогда тебе несдобровать.
У вышибал в клубе - кулаки, а не пуховые подушечки, знаешь.
- Это моя забота. Ты все-таки узнай.
Гривс пожал плечами и, поднявшись со скамьи, направился к телефонной будке. Я
тем временем заказал еще пива.
Минут через пять он вернулся.
- Я разговаривал с ним, - сказал Гривс. - С деньгами у него сейчас обстоит так,
что за пятьдесят монет он продал бы свою жену. В общем, он согласен. Теперь решай
сам. Я не стал бы связываться с ним: он тебя продаст за твои же деньги.
- Пусть продает. Не убьют же они меня? Ну, на худой конец, выкинут из клуба.
Сказал ты ему насчет семи часов?
Гривс кивнул.
- Беннауер будет ждать возле лифта. Могу поспорить, он тебя одурачит: возьмет
денежки, а клуба ты так и не увидишь.
- Я не дам ему ни гроша, пока не увижу, что нужно. - Я глянул на часы: до семи
оставалось сорок минут. - Ты не подскажешь, что мне прихватить для маскировки на
всякий непредвиденный случай?
Гривс снова погрузился в размышления.
- Побудь здесь, я скоро вернусь, - сказал он и, не вдаваясь в объяснения, вышел
из бара.
Вернулся он примерно через полчаса, неся под мышкой коричневый бумажный пакет.
Сев за столик, протянул свою огромную ручищу:
- Ты должен двадцать монет.
Я достал бумажник и отсчитал четыре пятидолларовые купюры.
- За что?
Он положил пакет на стол:
- Я знаю одного торговца бренди, который спит и видит, как бы ему стать поставщиком
клуба. Шансов у него нет никаких, но он этого не может уразуметь. Я наврал ему,
что ты согласился предложить образцы его товара менеджеру клуба. Вот это пойло.
- Он ткнул пальцем в пакет. - Но ради бога, не вздумай сам пробовать: у тебя по
всему телу пойдут волдыри величиной с помидор. - Порывшись в кармане жилетки, он
положил на стол визитную карточку: - Вот карточка его фирмы, возьми, может пригодиться.
- Огромное спасибо, дружище. Ты здорово меня выручил. Теперь я побежал, не то
опоздаю.
- Если возле "Ритц-Плаз" найдут большой кусок мяса, я буду знать, что это - ты,
- успокоил меня на прощание Гривс. - Ты застрахован?
- Не беспокойся, - бодро ответил я, забирая пакет, - я попадал в переделки и
посерьезней.
