А если Люси уже мертва?
Я даже сел.
Может, он уже убил ее?
Открылась дверь, вспыхнула лампочка под потолком. Щурясь от яркого света, я повернулся
к двери.
Раймондо вошел в комнату, закрыл за собой дверь. В руке он держал стакан с какой-то
жидкостью, судя по цвету, виски с содовой.
- Как дела, солдат? - он приблизился к кровати.
- Все нормально. Тебе что до этого?
- Ты должен выспаться. Ожог болит?
- А как ты думаешь?
Он взглянул на мою грудь и скривился.
- Я принес тебе снотворное, - он поставил стакан на столик у кровати, положил
рядом бумажный кулек.
Я подумал о Диасе, подпрыгивающем на волнах, летящем над водой. Без таблетки
я бы не заснул. А не выспавшись и не отдохнув, не попал бы в Диаса.
- Она жива? - спросил я.
Раймондо оцепенел.
- О чем ты, солдат? - он понизил голос до шепота.
- Кого ты дуришь? - также шепотом продолжил я. - После того, как я убью Диаса,
мы с Люси, похоже, тоже отправимся к праотцам. Или он уже убил ее?
- Такое просто невозможно, - в его голосе не чувствовалось уверенности, и он
отвел глаза.
- Так ли?
- Послушай, солдат, Саванто - большой человек. Он сделал много хорошего. Он помогает
беднякам. Он помогает своему сыну. Если он дает слово, то держит его.
- От человека, который способен на такое, - я указал на клеймо, - можно ждать
чего угодно.
- Он должен был привести тебя в чувство, солдат. Ты же никак не хотел понять,
что к чему.
- Она жива? - повторил я.
- Ты хочешь поговорить с ней? - он вытер со лба пот. - Я могу рискнуть. Мне это
дорого обойдется, солдат, но, если ты хочешь, я соединю тебя с ней.
Я задумался. Во всяком случае, он не сомневался, что Люси жива. Меня это вполне
устроило.
- Не надо, - я посмотрел на него. - И вот что я тебе скажу. Я думаю, он больше
не доверяет тебе. И боюсь, что скоро ты окажешься в таком же положении, что и я.
- Не болтай ерунды! - но я заметил мелькнувший в его глазах страх. - А теперь
слушай, солдат! Ты должен убить Диаса. Иного выхода у тебя нет! - тут он торопливо
оглянулся и повысил голос. - Выпей эти таблетки. Тебе надо выспаться.
Открылась дверь, и на пороге появился Карло.
Я высыпал на ладонь таблетки из кулька, сунул их в рот, запил из стакана. Убедившись,
что я их проглотил, Раймондо повернулся и двинулся к двери.
Карло отступил назад.
- Тебе что-то надо? - резко спросил Раймондо.
Карло глупо улыбнулся:
- Я не знал, где ты.
Раймондо выключил свет:
- Теперь ты знаешь.
Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
Через несколько минут я уже крепко спал.
Глава 7
- Ты проснулся, солдат?
Я открыл глаза. Комнату заливал солнечный свет. Я оторвал голову от мокрой от
пота подушки. Раймондо стоял у кровати, глядя на меня.
- Я проснулся.
С усилием сел и опустил ноги на пол. Соображал я туго, все еще сказывалось действие
таблеток.
- Который час?
- Почти двенадцать, - он поставил на столик чашку с дымящимся черным кофе. -
Как ты себя чувствуешь?
Грудь саднило, но резкая боль уже прошла.
- Нормально.
- Диас приехал вчера вечером. Наверное, ему уже надоело валяться с ней в постели.
Если нам повезет, он сегодня появится в бухте.
Я не ответил, и Раймондо ушел. Я пил кофе, курил, затем сунул голову под холодный
душ, следя за тем, чтобы вода не попала на ожог.
Побрился. Чувствовал я себя действительно неплохо, сон освежил меня. Я надел
брюки и рубашку из легкой хлопчатобумажной ткани. Клеймо выглядело ужасно, но кожа
вокруг не воспалилась. Я начал застегивать пуговицы, но прикосновение материи к
ожогу заставило меня скривиться от боли. Пуговицы пришлось расстегнуть.
Я вышел на веранду. Раймондо сидел у стола, с сигаретой в тонких губах. Я сел
рядом.
- Где Карло?
- Я нашел ему работу. Забудь о нем. Как самочувствие? - он взглянул на клеймо,
затем - на меня.
- Нормально.
- Правда?
- У меня все в порядке, - резко ответил я.
- И у твоей жены тоже, солдат.
Тут уже я уставился на него.
- Сказать-то легко.
- У нас кончилось виски. Я ездил туда сегодня утром, чтобы пополнить запас. Я
ее видел. Цела и невредима.
Едва ли он врал.
- Тимотео - наследник Саванто, - продолжил Раймондо. - Он пользуется большим
влиянием.
- А при чем тут он?
Раймондо пригладил густые черные волосы.
- Тимотео опекает ее. Тебе не о чем беспокоиться.
Мне вспомнился разговор с Люси. С той поры, казалось, прошла целая вечность,
но эхо наших голосов отдалось в ушах.
Выходит, он влюбился в тебя. Так?
Похоже, что да. Ты не возражаешь, Джей?
Нет, если ты не ответишь ему взаимностью.
Мне стало не по себе.
- Теперь все зависит только от тебя, - добавил Раймондо. - К вечеру ты можешь
стать богачом. Ты... - он замолчал, увидев идущего к нам Карло. Встал. - Так чувствуешь
себя неплохо?
- Да.
- Скоро они приедут... Давай поедим.
Карло поднялся на веранду, и они ушли в дом. Я остался сидеть, поглядывая на
белый песок, серебрящийся под лучами солнца.
Тимотео не выходил у меня из головы.
Мы думаем одинаково, говорила Люси. После появления Саванто ты стал совсем другим,
тоже ее слова.
Вернулся Раймондо, поставил на стол тарелку с сандвичами.
- О чем задумался, солдат? - спросил он, усаживаясь.
- Когда ты отстанешь от меня со своими глупыми вопросами? - огрызнулся я.
Раймондо не обиделся.
- Ты лучше поешь. Кто знает, когда нам удастся пообедать. Хочешь пива?
- Почему бы и нет?
Пока он ходил за пивом, я заставил себя забыть о Тимотео.
За едой мы оба молчали. Когда тарелка и банки опустели, я поднялся из-за стола.
- Пойду приготовлю ружье.
- Тебе помочь?
- Не надо.
Я почистил и зарядил ружье, установил на него оптический прицел, навернул на
ствол глушитель. Тут в дверях появился Раймондо.
- Все в порядке, солдат?
Вот когда я понял, что нервничает он куда больше меня. Я тоже волновался, но
он просто не находил себе места.
- Конечно, - с ружьем в руках я прошел к лестнице, поднялся на крышу, положил
ружье на бетонный парапет под навесом. Посмотрел на пустынную бухту. Появится ли
сегодня Диас? Скорее всего, да, но наши ожидания могут оказаться напрасными. Если
его не будет, Саванто того и гляди вообразит, что я предупредил его об опасности.
И тогда он, как и обещал, выместит зло на Люси.
Вслед за мной на крышу поднялся Раймондо.
- Какие проблемы?
Он меня достал своими вопросами.
- Ради Бога, оставь меня в покое, - рявкнул я. - Ты выведешь меня из себя!
- Мне тоже нелегко, солдат. Я несу такую же ответственность, что и ты.
- Ты это понял только сейчас?
Я пересек крышу, взглянул на густую листву дерева над головой, его крепкие ветви.
Встал на парапет, ухватился за одну из ветвей, подтянулся, залез на нее. Подъем
не составил труда. Ветви росли часто, каждая легко выдерживала мой вес. Поднявшись
футов на десять, я сел на ветвь, привалившись спиной к стволу. Листва полностью
скрыла крышу, зато бухта была как на ладони.
- Ты меня видишь? - крикнул я Раймондо.
Я услышал его шаги. Последовала долгая пауза.
- Ничего не видно, кроме листьев. Пошевелись.
Я поболтал ногами.
- Я тебя слышу, но не вижу.
Медленно, осторожно я спустился вниз: ни одна ветвь не покачнулась, не зашуршал
ни один лист. Я как бы репетировал спуск к Тимотео. У свидетеля Саванто не должно
было возникнуть и тени подозрения, что Тимотео на крыше не один.
Я спрыгнул на крышу около Раймондо.
- Ты действительно меня не видел?
- Я даже не слышал, как ты спускался.
Я взглянул на часы. Десять минут до прибытия Тимотео. Я подошел к парапету, оглядел
бухту. Ко мне присоединился Раймондо.
- Ты сказал, что видел мою жену. Что она делала? - я не смотрел на него.
Он замялся.
- Делала? - чувствовалось, что ему не хочется отвечать. - Разговаривала с Тимотео.
Говорить он мастер. Если его кто-то слушает, он будет заливаться соловьем.
Мы думаем одинаково.
- Она не выглядела... несчастной?
- Можешь не беспокоиться о ней, солдат. Она в полном порядке.
- Что ты имел в виду, назвав Тимотео наследником Саванто?
- Когда старик умрет, Тимотео станет во главе "Маленьких братьев".
- Он этого хочет?
Раймондо пожал плечами.
- Старик так решил. Из Тимотео получится хороший лидер. Он умен. Образован. Просто
ему не повезло, что он попал в такой переплет. Ему надо помочь.
Мы оба услышали шум автомобильного мотора, перешли на другую сторону крыши.
Черный "кадиллак" со знакомым, похожим на шимпанзе, шофером, приближался к дому.
Тимотео, в черной шляпе и больших солнцезащитных очках, сидел на заднем сиденье.
Рядом расположился один из мужчин, которых я видел с катера Нэнси. Мускулистый,
смуглый, в белых брюках и рубашке.
- Вот и он, - Раймондо двинулся к люку.
- Пришли его сюда. Я подожду здесь.
Он кивнул и спустился по лестнице.
Я сел на парапет. Вскоре из люка показалась голова Тимотео, в неизменных черных
очках. Вслед за ним на крышу поднялся мужчина в белом. Я оглядел его. Такие встречались
мне в армии, наглые, непокорные, уверенные в себе. Он остался у люка.
Увидев меня, Тимотео остановился как вкопанный. Его черные очки смотрели прямо
на меня.
Хотя ожог и причинял при прикосновении боль, оставшись один, я застегнул рубашку.
Я не хотел показывать ему, что сделал со мной его отец. Пока не хотел.
Кровь бросилась мне в лицо. Будь моя воля, я бы избил его до полусмерти. Передо
мной возникли он и Люси, идущие бок о бок вдоль берега. После появления Саванто
ты стал совсем другим.
- Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, что должно здесь произойти? - прорычал я.
Он молчал, его лицо блестело от пота.
- Суть идеи состоит в том, - говорил я медленно, четко выговаривая каждое слова,
будто обращался к идиоту, - что твой кузен будет кататься на водных лыжах. Он...
- Да, я знаю, - прервал он меня осипшим голосом.
- Ты знаешь? Вот и прекрасно, - меня охватила ярость. Из-за этого мерзавца, не
способного постоять за себя, меня шантажом заставили расхлебывать заваренную им
кашу. Я двинулся на него. - Ты знаешь? - повторил я. - Ты знаешь, что меня принудили
убить человека, потому что тебе не хватает для этого духа? Ты знаешь, что твой папаша
шантажом добился моего согласия, и теперь, убив твоего кузена, я до конца дней буду
мучиться угрызениями совести? Ты все это знаешь, не так ли, трусливый болтун?
Мужчина в белом внезапно оказался между мной и Тимотео.
- Заткни свою грязную пасть! - рявкнул он.
Я уже дрожал от ярости. И вложил в удар всю силу. Если б он достиг цели, мужчина
лег бы трупом. Но он увернулся.
Тут появился Раймондо. Втиснулся межу мной и мужчиной в белом и схватил меня
за руки.
- Остынь, солдат.
Я вырвался и отступил назад.
- Займись им. Пусть он хоть выглядит, как убийца, - я отошел на пару шагов в
сторону, чтобы видеть Тимотео. Тот стоял, не шевелясь. - Как ты себя чувствуешь,
убийца? Ты гордишься собой? Легко говорить с моей женой, не так ли, убийца? Я бы
хотел, чтобы она оказалась здесь и увидела, как я убью человека, изнасиловавшего
и заклеймившего твою девушку, потому что тебе не хватает мужества сделать это самому!
- я уже орал. - Хотел бы я, чтобы она присутствовала при этом!
Раймондо заступил между нами.
- Остынешь ты или нет, солдат?
Я взял себя в руки.
- Ладно, - я глубоко вздохнул. - Уведи его отсюда. Меня тошнит от одного его
вида.
Мужчина в белом коснулся руки Тимотео. Тот повернулся и, как робот, двинулся
к люку. Спустился по лестнице.
Я сел на парапет, тяжело дыша. Раймондо устроился рядом, то и дело озабоченно
поглядывая на меня.
- Этот слизняк действует мне на нервы, - прервал я затянувшуюся паузу. - Я уже
в норме. Когда они приедут, приведи его и Лопеса сюда. Пусть Лопес покрутится здесь,
а затем уйдет на веранду. Скажи Тимотео, чтобы он позвал меня, когда останется один.
С дерева крыши мне не видно. И постарайся, чтобы он выглядел как убийца. Если он
будет таким, как поднялся сюда, Лопес не поверит, что он способен убить и муху.
- Хорошо. А как ты сам?
Я хмуро глянул на него.
- Я его убью, если тебя это интересует.
Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, затем он кивнул.
- Мне жаль, что ты попал в такую передрягу, солдат. Я понимаю, что пользы тебе
от этого никакой, но хочу, чтобы ты это знал.
- Тут ты прав. Пользы от этого никакой.
В молчании мы просидели минут двадцать, глядя на дорогу.
- Они едут, - Раймондо вскочил.
До нас донесся шум приближающегося автомобиля.
- Сделай все, чтобы он выглядел как убийца, - я встал на парапет, полез на дерево,
добрался до ветви, на которой сидел раньше, уселся на ней, свесив ноги.
- Не видно меня? - крикнул я вниз.
- Нет, - ответил Раймондо, а после паузы добавил: - Удачи тебе, солдат.
Я привалился спиной к стволу. Что делается внизу, я не видел: слишком густой
была листва. Я слышал голоса, хлопанье дверец автомобиля. Я узнал голос Саванто,
но не мог понять, что он говорит: разговор шел на испанском. Ему отвечал грубый
голос, который я слышал впервые. Я догадался, что он принадлежит Лопесу, свидетелю.
Потом на крышу поднялись люди. Говорили они по-испански. Я так и не дождался,
чтобы Тимотео произнес хоть слово. Похоже, он все еще пребывал в трансе. Наконец,
заскрипели ступени деревянной лестницы. Я понял, что они ушли, оставив Тимотео одного.
Взглянул на часы. 14: 45. Еще четверть часа, и на воде появится Диас... если вообще
появится.
Капли пота катились по моему лицу. Я думал о выстреле. О том, как поймаю в перекрестье
оптического прицела голову Диаса. О глухом хлопке, который вырвется из глушителя,
когда я нажму на спусковой крючок. О Диасе, который уткнется в воду с дыркой в голове.
Я замер, прислушиваясь. На крыше царила полная тишина. Остался ли Тимотео один?
Я не решился спуститься, не получив его сигнала.
Но вот до меня донесся его шепот.
- Мистер Бенсон...
Ребенок, зовущий мамочку, со злостью подумал я, взялся за ветвь рукой, готовясь
спускаться, и обомлел.
