- Ничем не запятнан, мистер Хеддон. Ни разу не сидел. В настоящее время служит
инструктором по стрельбе в регулярной армии. Выглядит вполне прилично, - Арт очень
желал пристроить брата и потому добавил: - Я ручаюсь за него, мистер Хеддон.
Сказав это, он тут же пожалел. А вдруг Майк не оправдает надежд? Не хотелось
бы терять такого клиента, как мистер Хеддон. До сих пор все было нормально, но стоит
один раз дать маху - и мистер Хеддон порвет с бюро всяческие отношения. Тогда, можно
не сомневаться, остальные клиенты тоже постепенно откажутся от услуг Арта.
От волнения Арт покрылся потом. Однако назад дороги уже не было.
- Отлично, - произнес Хеддон. - Мне это подходит. Пусть твой брат даст о себе
знать в воскресенье, двадцать третьего числа: подойдет в десять часов к Корнелию
Ванце. Отель "Савой", Майами.
- А "пушка"?
- Он ее получит от Ванце. И еще одно, Беннон. Мне не нужен головорез. Никакого
насилия не будет. Никакого убийства. Просто мне нужен отличный стрелок.
- Понял. Когда оплата, мистер Хеддон?
- После окончания операции. Месяца через два. И помни, это очень важное дело!
Если ты меня подведешь, пеняй на себя! - Хеддон повесил трубку.
Тут же в контору влетела Бет.
- Я все слышала! - возопила она, красная от возмущения. - Ты спятил, Арт! Такое
дело доверить неотесанному солдафону! Да у нас полным полно отличных стрелков! Зачем
связываться с дилетантом?!
- Заткнись! - огрызнулся Арт. - Он мой брат. И он нуждается в помощи. А сейчас
убирайся!
Бет набрала побольше воздуху, но стерпела и молча покинула кабинет.
Арт набрал номер отеля "Мирадор" и попросил соединить с Майком Бенноном. Майк
тотчас же отозвался.
"Бедняга, - подумал Арт. - Он, наверное, целыми днями просиживал у телефона,
ожидая моего звонка. Хорошо, что я могу помочь ему".
Он передал Майку предложение Хеддона. Майк дрожащим от волнения голосом ответил:
- Я знал, что ты поможешь мне, Арт. Большое тебе спасибо. Я не подведу. Но у
меня одна проблема. Совершенно нет денег.
- Не волнуйся, Майк. Я пришлю тебе три тысячи. Раздобудь себе униформу шофера,
но настоящую, понял? Ты должен выглядеть на все сто процентов. Мой заказчик - важная
шишка.
После некоторой паузы Майк неуверенно спросил:
- Арт, никого не надо будет убивать?
- Нет. Это слова клиента.
- Хорошо, Арт. Я тебя не подведу. Спасибо.
Арт повесил трубку и откинулся в кресле. Он никак не мог решить, кто он: святой
или идиот.
Глава 2
Заранее зная, что ей предстоит увидеть, Анита Цертис мысленно выругалась и, собравшись
с духом, вошла во вторую ванную комнату апартаментов отеля "Спаниш-бей".
Эти апартаменты, самые дорогие и роскошные, занимал Уилбур Уорентон, сын Сайласа
Уорентона, техасского нефтяного короля. Уилбур недавно женился на Марии Голен, латиноамериканке,
отец которой владел несколькими серебряными рудниками. К огорчению Аниты Цертис,
Уилбур решил провести медовый месяц не где-нибудь, а именно в Парадиз-Сити.
Уилбору исполнилось двадцать девять, но он все еще не был пайщиком нефтяной компании
своего отца. Сначала он обучался в Гарварде, где получил диплом экономиста, потом
отслужил в армии в звании майора, изрядно помотался по белу свету и однажды, на
яхте своего отца, познакомился с Марией.
Отец Уилбора, этот "мешок с деньгами", никого не любил, кроме себя и своего сына.
Жена Сайласа умерла во время родов. Свою любовь к жене Сайлас перенес на сына. Когда
Уилбор сообщил отцу о своем намерении жениться и представил ему Марию, старик Сайлас
не на шутку встревожился. Он критически осмотрел будущую невестку: хорошая фигура,
смуглая кожа, чувственные губы и соблазняющие глаза... Приданое? Это куда интереснее:
отец Марии очень богат. И Сайлас решил не вмешиваться в планы молодых. В конце концов,
сыну виднее. Бабенка, несомненно, очень хороша в постели, решил про себя Сайлас,
а, в случае развода, формальности можно будет решить очень быстро. Криво ухмыльнувшись,
Сайлас взглянул на Марию, отечески похлопал ее по плечу и изрек:
- Дорогуша, я хотел бы иметь внуков. Надеюсь, ты не заставишь меня ждать слишком
долго?
Мария сделала вывод, что Сайлас Уорентон - противный и вульгарный старикашка.
Однако вслух произнесла:
- Зачем торопиться? Мы молоды, счастливы, свободны. Дети доставляют множество
хлопот. С этим мы еще успеем.
Анита Цертис работала горничной в отеле "Спаниш-бей". Черноволосая кубинка двадцати
трех лет. В ее обязанности входила ежедневная уборка комнат, смена белья и прочие
мелочи.
Анита быстро навела порядок в ванной комнате Уилбора: здесь никогда не было проблем,
Уилбор во всем соблюдал чистоту и порядок, чего нельзя было сказать о Марии.
"Ну и неряха, эта избалованная сучка!" - подумала Анита, окинув взглядом ванную
комнату Марии.
На полу там-сям валялись мокрые салфетки. Зеркало вымазано тушью, пудрой, губной
помадой. Даже на плитках пола виднелись следы помады. Вода в унитазе, конечно же,
не спущена...
"Кошмар! - привычно подумала Анита. - Она настоящая свинья!"
Анита собрала с пола мокрые салфетки. Занимаясь уборкой, она думала о своем муже
Педро. Они поженились два года назад, и Педро настоял на переезде во Флориду, где
надеялся поправить свои дела. В Гаване ему определенно не везло. А здесь? Аните
удалось получить место горничной в "Спаниш-бей". Педро же смог найти работу уборщика
улиц. Денег хватало лишь на самое необходимое.
Анита любила своего мужа страстно и самозабвенно. Терпеливо выслушивала его постоянные
жалобы, безропотно сносила переменчивое настроение, старалась всячески угодить.
Она боготворила своего кумира и отдавала ему все заработанные деньги. Жили они в
однокомнатной квартире в одном из бедных районов города. Анита настолько любила
Педро, что ей и в голову не приходило, что он обыкновенный тунеядец. Довольно скоро
Педро бросил свою работу мусорщика. Запал иссяк; теперь больше всего Педро хотел
вернуться на ферму сахарного тростника, принадлежащую его отцу. Но для этого нужны
были деньги, деньги...
Анита всегда очень внимательно выслушивала сетования мужа и всякий раз просила
его немного подождать. Она обещала брать на себя дополнительную работу и заботиться
о Педро. Педро лишь молча улыбался. Так время и шло.
Продолжая убирать ванную комнату, Анита размышляла о том, чем сейчас может заниматься
ее муж. Он сказал, что пойдет в город искать работу, но Анита не была уверена в
том, что Педро именно так и поступит. Обычно к концу недели он спускал все деньги,
которые Анита с таким трудом зарабатывала. Частенько денег не хватало даже на то,
чтобы купить риса. Педро же, вместо того, чтобы помочь, только жаловался. Анита
опять утешала его и искала дополнительный заработок.
Пока Анита драила ванную комнату, Педро Цертис сидел в одном из замызганных баров
в компании своего приятеля Роберто Фуентеса. Друзья, попивая пиво, уныло беседовали.
Фуентес жил в этом районе уже третий год. Низенький толстый кубинец с постоянно
злыми глазками, он сумел найти себе скромный заработок, который хоть как-то позволял
ему сводить концы с концами: Фуентес помогал убирать и ремонтировать яхты. Чем-то
ему нравился Педро, и он всегда охотно выслушивал его вечные жалобы.
В этот вечер Фуентес решил, что Педро наконец-то созрел для настоящего дела,
которое может принести несколько тысяч долларов. Фуентес полагал, что риск предстоящей
авантюры можно свести к минимуму, если Педро согласится взять этот риск на себя.
Идея была настолько заманчива, что ее хотелось осуществить немедленно.
Понизив голос, Фуентес спросил:
- Педро, ты не против немного подзаработать? Что ты скажешь насчет тысячи долларов,
а?
Педро, лениво взглянув на друга, произнес:
- Тысяча долларов? Хм, с такими деньгами я мог бы вернуться с женой на ферму
моего отца. А что надо делать?
Фуентес улыбнулся.
- Пора самому устраивать собственную жизнь, а? Тысяча долларов... Неплохая сумма.
Педро кивнул.
- Ближе к делу. Что ты имеешь в виду?
- Ты ведь знаешь, где я снимаю комнату? Большой многоквартирный дом на Коралл-стрит.
- Знаю.
- Там семьдесят квартир. Каждый квартиросъемщик вносит шестьдесят долларов в
неделю. Итого четыре тысячи двести долларов.
- Ну и что?
- Мы могли бы с тобой взять эти деньги. Тебе это будет так же просто, как приласкать
собственную жену.
Глаза Педро вспыхнули.
- Ну-ка, расскажи подробнее!
Фуентес понизил голос:
- В этом доме проживает управляющий Абе Леви. Каждую пятницу он собирает плату.
Потом возвращается к себе, оформляет счета, а на следующее утро относит денежки
в банк. Уже несколько лет он делает это в одно и то же время. Я следил за ним. Леви
- просто дерьмо. Если ему пригрозить "пушкой", он тут же хлопнется в обморок. Надо
выбрать удачный момент, когда он считает деньги. Это очень просто, Педро!
Кубинец заметно оживился.
- Черт побери, мне это нравится! Значит, завтра?
- Да, - кивнул Фуентес, по-прежнему улыбаясь. - Но Леви ты возьмешь на себя.
Если он увидит меня, то сразу узнает. Тебя же он никогда не видел. Я останусь снаружи,
ты вполне справишься сам. Договорились?
Педро нахмурился.
- Выходит, ты ничем не рискуешь, да?
- Здесь вообще нет никакого риска. Ни для меня, ни для тебя. Ты входишь, достаешь
"пушку", Леви падает в обморок, ты забираешь деньги и уходишь. Все.
- За это я должен получить две тысячи, - решительно произнес Педро.
Фуентес вздохнул.
- Нет, Педро. Я ведь могу найти и кого-нибудь другого. Мы с тобой друзья, поэтому
я решил тебе помочь. Две тысячи многовато.
- Полторы! Или ищи себе другого помощника.
Фуентес снова вздохнул, потом улыбнулся.
- Хорошо, давай обсудим все еще раз.
Вернувшись домой, Анита обнаружила Педро лежащим на кровати. Педро дымил сигаретой
и довольно улыбался.
У Аниты было свободное время до восьми вечера. Потом ей надо было идти в отель,
чтобы еще раз произвести уборку. Сейчас было чуть больше пяти. Анита очень устала,
но увидев улыбку Педро, приободрилась.
- Ты нашел работу? - воскликнула она. - Признавайся, я ведь вижу это по твоему
лицу!
- В субботу мы улетаем в Гавану, - важно сообщил Педро. - У меня будут деньги
на билеты, и еще останется, чтобы помочь отцу.
Анита изумленно уставилась на мужа.
- Но как?
Педро усмехнулся, сунул руку под подушку и вытащил оттуда револьвер 38-го калибра.
- С этой штукой все возможно.
У Аниты потемнело в глазах. Она поняла, что Педро действительно способен на отчаянный
поступок.
- Дорогой, не надо! Прошу тебя, не делай этого!
Педро спрятал револьвер и злобно произнес:
- Мне осточертела такая жизнь! Мне нужны деньги, понятно? Я все обсудил с Фуентесом.
Никакого риска. В субботу уедем. У меня будет полторы тысячи долларов.
- Риск всегда есть, - слабо возразила Анита.
- Никакого! - раздраженно перебил ее Педро. - Все уже решено! Приготовь-ка мне
лучше что-нибудь поесть!
Работая в отеле, Анита имела доступ на кухню ресторана. Там она познакомилась
с одним из поваров, которому иногда позволяла некоторые вольности. За это повар
снабжал ее остатками еды. Сейчас, глядя на мужа, Анита сжимала в руках большой пакет.
Педро, с утра еще ничего не евший, буквально пожирал пакет глазами.
- Милый, ты действительно решил кого-то ограбить?
- Заткнись! Я же сказал, дай поесть!
Анита вздохнула и отправилась на кухню.
Детектив Том Лепски любил пятницы. Если не случалось ничего особенного, Том уходил
с работы и конец недели проводил дома. У Лепски была очаровательная жена Кэролл,
которая постоянно требовала помощи по хозяйству. Тома не пугали домашние обязанности.
Они являлись гораздо меньшим злом, нежели томительные дежурства в полицейском участке
Парадиз-Сити.
Том взглянул на часы. Через десять минут рабочий день закончится. Кэролл обещала
приготовить на ужин паштет из курятины и ветчину. Том любил вкусно поесть, а это
блюдо было его любимым.
Макс Якоби, детектив второго класса, печатал на машинке рапорт об угоне автомобиля.
Том и Макс хорошо сработались.
- Паштет из курятины и ветчина! - громко произнес Лепски. - Что может быть лучше!
Якоби прекратил печатать.
- Порою я тебе завидую, Том, - произнес он. - В отличие от тебя я даже по праздникам
обедаю в кафе-автомате. Обед в пакете! Представляешь?
Лепски, самодовольно усмехнувшись, сказал:
- Придет и твое время, Макс. А обеды в пакетах, конечно... это пошло.
На столе зазвонил телефон. Том схватил трубку и рявкнул:
- Лепски слушает!
- Лепски? А зачем так орать?
Том узнал голос жены.
- Ах, это ты, дорогая, - проговорил он уже совсем другим тоном.
- Да, это я, - ответила Кэролл. - Том, тебе следует быть повежливее, когда ты
разговариваешь по телефону.
- О'кей, - согласился детектив и ослабил узел галстука. - Минут через двадцать
буду дома. Как там паштет?
- Том, я как раз по этому поводу и звоню. У меня была Мэйвис. Рассказывала мне
о своем муже. Ты не представляешь, что этот тип себе позволяет! Это просто ужас!
Лепски беспокойно заерзал.
- Хорошо, хорошо, расскажешь мне, когда я приду домой. Так как там паштет?
Кэролл замолчала, потом произнесла:
- Понимаешь, Том, пока Мэйвис рассказывала мне о Джо, я совсем забыла, что паштет
стоит в печи. Том, этот Джо невыносим! Я просто онемела от изумления.
Лепски нервно забарабанил пальцами по крышке стола.
- Ты забыла, что поставила в печь этот чертов паштет?
- Том, не ругайся, пожалуйста.
Лепски нервно схватил карандаш и сломал его пополам. Якоби, перестав печатать,
навострил уши.
- Что с паштетом? - простонал Лепски.
- Том, мне очень неприятно... Не кипятись. Я звоню тебе, чтобы попросить тебя
заскочить в бар и купить что-нибудь поесть. У нас дома нет ни крошки.
И с этими словами Кэролл повесила трубку.
Лепски швырнул трубку на рычаг и гневно зыркнул на Якоби, который тут же снова
застучал на машинке. Тяжело дыша, Лепски направился в комнату дежурного, чтобы расписаться
там об уходе с работы. По дороге он столкнулся с Джо Бейглером.
Джо Бейглер - высокий, тучный, веснушчатый человек, был заместителем Террела
- начальника полицейского управления. Сейчас он был за главного.
