Дело было подвергнуто всестороннему обсуждению. Доктор Томпсон оказался
приятным человеком средних лет, который, несмотря на свою ученость, изъяснялся обычным
языком, избегая специфических терминов.
- Нет сомнения, - сказал заместитель комиссара, - что два письма написаны
одной и той же рукой. Их писал один и тот же человек.
- И мы имеем основание заключить, что этот человек несет ответственность
за эндоверское убийство.
- Верно. Теперь-то мы предупреждены о том, что второе убийство запланировано
на двадцать пятое, то есть на послезавтра, в Бексхилле.
Какие шаги мы можем предпринять? Главный констебль Сассекса посмотрел
на своего инспектора.
- Ну, Картер, что скажете? Инспектор задумчиво покачал головой:
- Трудное дело, сэр. Нет никаких ключей к тому, кем может быть жертва. Если по совести,
то какие шаги мы можем предпринять? - У меня есть предположение, - негромко
сказал Пуаро.
Все повернулись к нему.
- Я думаю, что фамилия намеченной жертвы, возможно, начинается на букву
"би".
- В этом что-то есть, - неуверенно сказал инспектор.
- Алфавитный комплекс, - задумчиво проговорил доктор Томпсон.
- Это всего лишь возможность, не более. Это пришло мне в голову, когда
я увидел фамилию Эшер, четко написанную на вывеске над дверью несчастной женщины,
убитой в прошлом месяце. Когда я получил письмо, в котором упоминается Бексхилл,
мне пришло в голову, что жертву, так же как и место преступления, возможно, выбирают
по алфавитному принципу.
- Это не исключено, - сказал доктор, - с другой стороны, фамилия Эшер
может быть и совпадением... На этот раз жертвой, как бы ее ни звали, может опять
оказаться пожилая владелица лавки. Не забудьте, мы имеем дело с сумасшедшим. И пока
он никак не обнаружил своих мотивов.
- Откуда у сумасшедших мотивы, сэр? - недоверчиво спросил инспектор.
- Как откуда, уважаемый? Железная логика - одна из особенностей остротекущей
мании. Может быть, убийца верит, что ему Богом назначено убивать священников..,
или врачей.., или пожилых владелиц табачных лавок... И за этим всегда стоит совершенно
логичная причина. Мы не должны идти на поводу у этой алфавитной гипотезы. То, что
за Эндовером следует Бексхилл, может оказаться чистой случайностью.
- Так или иначе, Картер, мы можем принять определенные предосторожности,
выявить тех, фамилии которых начинаются на "би", особенно мелких лавочников, и вести
наблюдение за всеми табачными и газетными киосками, в которых работает по одному
человеку. Не думаю, что мы можем сделать что-нибудь большее. Естественно, следует
по возможности следить за всеми незнакомцами.
Инспектор издал стон: - Да ведь школы закрываются, и начинаются
каникулы! На этой неделе люди буквально переполнят городок.
- Мы должны сделать все возможное, - резко ответил главный констебль.
Тут заговорил инспектор Глен: - Я буду держать под наблюдением
всех, связанных с делом Эшер: этих двух свидетелей, Партриджа и Риддела, и, конечно,
самого Эшера. Если они вознамерятся уехать из Эндовера, за ними будет вестись слежка.
Обсудили еще несколько предложений, после чего совещание перешло в отрывочный
разговор и завершилось.
- Пуаро, - сказал я, когда мы шли по берегу реки, - это убийство, конечно,
удастся предотвратить. Он повернул ко мне усталое лицо.
- Сумасшествие одного против рассудка целого города? Мне страшно, Гастингс,
мне очень страшно. Вспомните, как долго продолжались подвиги Джека Потрошителя.
- Это чудовищно, - сказал я.
- Безумие, Гастингс, ужасная вещь... Мне страшно... Мне очень страшно...
Глава 9 Убийство в Бексхилле
Я до сих пор помню, как проснулся утром 25 июля. Было около половины восьмого.
Пуаро стоял у моей кровати и легонько тряс меня за плечо. Одного взгляда
на его лицо было достаточно, чтобы я вышел из состояния полусна и полностью очнулся.
- В чем дело? - спросил я, вскакивая с кровати. Его ответ прозвучал просто,
но те два слова, которые он произнес, были насыщены переживаниями.
- Это случилось.
- Что? - воскликнул я. - Вы хотите сказать... Но ведь двадцать пятое только
началось.
- Это произошло ночью... Или, точнее, ранним утром.
Пока я вставал и торопливо одевался, Пуаро вкратце пересказал мне то,
что ему сообщили по телефону.
- В Бексхилле на берегу обнаружено тело молодой девушки. В ней опознали
Элизабет Барнард, официантку одного из кафе, которая жила со своими родителями в
недавно построенном домике. По заключению врача, смерть наступила между половиной
двенадцатого и часом ночи.
- Они уверены, что это то самое убийство? - спросил я, торопливо намыливая
щеки.
- Под телом найден справочник "Эй-би-си", открытый на Бексхилле. Я содрогнулся.
- Это чудовищно! - Faites attention "Будьте внимательны (фр.).",
Гастингс. Не хватало только еще одной трагедии у меня в квартире! Я
раздраженно стер кровь с подбородка.
- Каков план наших действий? - За нами вот-вот заедет машина.
Я принесу вам сюда чашку кофе, чтобы не задержаться с отъездом.
Двадцать минут спустя мы неслись в полицейской машине через Темзу по дороге
из Лондона.
С нами был инспектор Кроум, присутствовавший на совещании и официально
назначенный расследовать дело.
Кроум был полицейским совсем иного типа, чем Джепп. Совсем еще молодой,
он был молчалив и высокомерен. Хорошо образованный и начитанный, он, на мой взгляд,
был чересчур самодоволен. Недавно ему удалось распутать серию убийств, в которых
жертвами были дети; он терпеливо выследил преступника, который сидел теперь в Бродмуре
"Бродмур - психбольница тюремного типа в графстве Беркшир.".
Кроум, очевидно, был подходящим человеком для того, чтобы расследовать
это дело, но мне казалось, что он сам слишком хорошо это сознает. С Пуаро он обращался
чуть свысока и снисходил к нему, как молодой человек к старичку, а беседу вел в
самодовольной манере выпускника привилегированной школы.
- У меня состоялась длинная беседа с доктором Томпсоном, - сказал Кроум.
- Доктор очень интересуется "цепными" или "серийными" преступлениями. Такие преступления
- продукт особым образом искаженного сознания. Я не специалист и, конечно, не могу
вникнуть в детали, какими они представляются с медицинской точки зрения. Он кашлянул.
- Собственно.., в моем последнем деле.., не знаю, читали ли вы о нем..,
в деле Мейбл Хомер, школьницы из Максвслл-Хилла.., убийца Кеппер оказался необыкновенным
субъектом. До чего трудно было доказать его виновность! А ведь это было уже третье
его убийство! На вид нормальный - вроде нас с вами. Но теперь есть разные тесты,
лингвистические ловушки, знаете ли, последнее слово науки, в ваши времена такого
не было. Раз уж человек себя выдал - он у вас в руках! Он знает, что вы знаете,
нервы не выдерживают, и он начинает выдавать себя направо и налево.
- Это иногда случалось и в мои времена, - заметил Пуаро.
Инспектор Кроум взглянул на него и любезно кивнул: - Вот как?
Некоторое время все мы молчали. Когда мы проезжали Нью-Кросс, Кроум сказал:
- Если у вас есть вопросы по нашему делу, я к вашим услугам.
- У вас, я полагаю, нет описания убитой девушки? - Ей было
двадцать три года. Она работала официанткой в кафе "Рыжий кот"...
- Pas са "Не это (фр.)". Я хотел узнать, была ли она хороша собой.
- Об этом у меня сведений нет, - с холодком произнес инспектор Кроум,
словно хотел сказать: "Уж эти мне иностранцы! Все одним миром мазаны!" В глазах
Пуаро зажегся веселый огонек.
- Вам это не кажется важным? Однако pour une femme "Для женщины (фр.)"
это играет большую роль. Часто внешность определяет ее судьбу! Инспектор
Кроум и здесь прибег к своей излюбленной формуле.
- Вот как? - вежливо спросил он. Снова наступило молчание.
Лишь когда мы подъехали к Севеноукс, Пуаро снова начал разговор:
- Вас информировали, как и чем была удушена девушка? Инспектор Кроум
коротко ответил: - Девушку удушили ее собственным поясом, плотным вязаным
поясом.
Глаза Пуаро широко открылись.
- Ага! - сказал он. - Наконец-то у нас есть вполне определенная информация.
Это ведь кое о чем говорит, не правда ли? - Я пока не видел этого пояса,
- холодно произнес инспектор Кроум.
Меня вывели из терпения осторожность инспектора и отсутствие у него фантазии.
- Эта деталь - клеймо для преступника, - сказал я. - Удушить девушку ее
собственным поясом! Исключительное зверство! Пуаро бросил на меня взгляд,
смысла которого я не понял. В его глазах читалось добродушное нетерпение. Я решил,
что мой друг, должно быть, остерегает меня от излишней откровенности в присутствии
инспектора.
Я погрузился в молчание.
В Бексхилле нас встретил инспектор Картер. Вместе с ним был инспектор
по фамилии Келси, приятный молодой человек с умным лицом. Келси был введен в курс
дела и должен был работать вместе с Кроумом.
- Вы захотите провести самостоятельное расследование, Кроум, - сказал
инспектор. - Поэтому я ограничусь основными пунктами, а потом можете приступать
к работе.
- Благодарю вас, сэр, - ответил Кроум.
- Мы сообщили о смерти девушки ее родителям, - продолжал инспектор. -
Они, конечно, потрясены. Я пока не допрашивал их, чтобы они могли прийти в себя,
так что с ними вам придется начинать с самого начала.
- У девушки есть другие родственники? - спросил Пуаро.
- В Лондоне у нее есть сестра-машинистка. С ней уже связались. Кроме того,
у девушки был молодой человек - собственно, вчера вечером у них было назначено свидание.
- Что удалось извлечь из справочника "Эй-би-си"? - спросил Кроум.
- Справочник здесь, - кивнул инспектор в сторону своего стола. - Отпечатков
пальцев на нем нет. Открыт на странице с расписанием поездов из Бексхилла. По-моему,
новый экземпляр. Вряд ли его часто открывали. И купили его не у нас. Я опросил всех
хозяев писчебумажных магазинов.
- Кто обнаружил тело, сэр? - Полковник в отставке Джером,
ранняя пташка, любитель свежего воздуха. Около шести утра он выгуливал собаку. Шел
вдоль берега в сторону Кудена, потом спустился к морю. Собака отбежала и принялась
что-то вынюхивать. Полковник позвал ее. Собака не идет. Полковник пригляделся и
решил, что дело нечисто. Подошел поближе и посмотрел. Дальше повел себя как надо:
к телу не прикоснулся и сразу нам позвонил.
- Убийство произошло где-то около полуночи? - Между полуночью
и часом - это твердо установлено. Наш убийца - шутник, но человек слова. Сказал
- двадцать пятого и сделал - двадцать пятого, хотя сутки только-только начались.
Кроум кивнул: - Да, это на него очень похоже. Больше никакой
информации? Никто ничего интересного не видел? - Насколько нам известно,
нет. Но пока еще рано. Скоро к нам набегут все, кто вчера вечером видел девушку
в белом в сопровождении мужчины. А поскольку, я думаю, вчера в обществе молодых
людей прогуливалось не меньше четырехсот - пятисот девушек в белом, дел будет невпроворот.
- Пожалуй, сэр, мне пора приступать, - сказал Кроум. - Надо побывать в
кафе и в доме девушки. Я схожу и туда и туда. Келси может пойти со мной.
- А мистер Пуаро? - спросил инспектор.
- Я охотно буду вас сопровождать. - С такими словами Пуаро отвесил Кроуму
легкий поклон.
Мне показалось, что Кроум был этим слегка раздосадован. Келси, который
прежде не видал Пуаро, широко ухмыльнулся.
К сожалению, при первом знакомстве с моим другом люди всегда склонны рассматривать
его как комическую фигуру.
- Как насчет пояса, которым ее задушили? - спросил Кроум. - Мистер Пуаро
полагает, что это важная улика, и, вероятно, хотел бы ее осмотреть.
- Du tout "Отнюдь (фр.).", - немедленно ответил Пуаро. - Вы меня не так
поняли.
- Из этого пояса ничего не выжмешь, - заметил Картер. - Он же не кожаный
- на кожаном остались бы отпечатки пальцев. А этот шелковый, вязаный, идеально подходит
для убийства.
Я поежился.
- Ну что же, - сказал Кроум, - нам пора.
Мы тронулись в путь.
Сперва мы зашли в "Рыжего кота". Это ничем не примечательное маленькое
кафе располагалось у моря. Внутри стояли столики, покрытые скатертями в оранжевую
клетку, и исключительно неудобные плетеные стулья с оранжевыми сиденьями. В подобных
заведениях обычно специализируются на подаче утреннего кофе, пяти различных сортов
чая (девонширского, "Фарм-хауса", фруктового, "Карлтона" и простого) и в обеденное
время - на нескольких блюдах в дамском вкусе, таких, как омлеты, креветки и macaroni
au gratin "Особый вид приготовления макарон (фр.).".
Мы как раз поспели к утреннему кофе. Хозяйка торопливо провела нас в чрезвычайно
запущенную заднюю комнату.
- Мисс.., э... Меррион? - спросил Кроум. Мисс Меррион удрученно проблеяла
своим тонким голоском: - Да, это я. Все это крайне огорчительно. Крайне.
Страшно представить, как это повлияет на работу кафе! Мисс Меррион была
худощавой женщиной лет сорока с клочковатыми оранжево-рыжими волосами и сама разительно
напоминала рыжего кота. Она нервно перебирала оборки и кружавчики, которые украшали
ее костюм, надеваемый, видимо, только на работе.
- У вас отбою не будет от посетителей, - подбодрил ее инспектор Келси.
- Вот увидите! Не будете успевать чай разносить! - Отвратительно, -
сказала мисс Меррион. - Просто отвратительно. Эта история не оставляет веры в человечество.
Впрочем, глаза у нее заблестели.
- Что вы можете рассказать об убитой, мисс Меррион? - Ничего,
- с готовностью сказала мисс Меррион. - Совершенно ничего.
- Давно она тут работала? - Второй год.
- Вы были ею довольны? - Она была неплохой официанткой - работала
быстро и была вежлива с клиентами.
- И недурна собой? - осведомился Пуаро. Мисс Меррион, как делали в таких
случаях и другие, одарила его взглядом, говорившим: "Ох уж эти иностранцы!"
- Она была милой, чистоплотной девушкой, - холодно ответила она.
- Когда она вчера вечером ушла с работы? - спросил Кроум.
- В восемь. В это время мы закрываемся. Ужинов у нас не подают. На ужины
нет спроса. Горячее время у нас кончается около половины седьмого, хотя посетители
заходят и в семь, и позже - съесть омлет и выпить чаю.
При упоминании этих блюд Пуаро содрогнулся.
- Она говорила вам, как собирается провести вечер? - Разумеется,
нет, - твердо ответила мисс Меррион. - Не такие у нас были отношения.
