-- Не знаю,-- медленно сказала Джейн.-- По-моему, работа важнее.
-- Ну почему же? Видите ли, у вас такие же взгляды. А по-моему, лучше, когда
за работу получают деньги, но тратят их, доставляя себе удовольствие и ухаживая
за женщиной. На мой взгляд, это и благороднее, и идеальнее.
--Ладно,--Джейн засмеялась.--Я бы скорее хотела быть расточительной и потакающей
собственным желаниям, чем строго выполняющей свой служебный долг. Глядя на меня;
мужчина должен все же испытывать приятные чувства, а не догадываться, что я тороплюсь
на службу.
-- Никому, мадмуазель, не было бы приятно, глядя на вас, узнать, что вы торопитесь
на службу...
Джейн слегка вспыхнула от той искренности, с которой молодой человек произнес
эти слова. Жан Дюпон торопливо продолжал:
-- Прежде я только один раз побывал в Англии. И мне было очень интересно на...
как вы говорите? -- на дознании... увидеть сразу трех молодых, очаровательных женщин,
столь не похожих друг на друга.
-- Ну, и что же вы о них думаете? -- забавляясь, спросила Джейн.
-- Эта леди Хорбари... О, этот тип я хорошо знаю. Очень экзотичный и дорогостоящий.
Таких всегда можно увидеть за столом для баккара: мягкие черты лица, тяжелое выражение,--
и легко можно представить себе, на кого она будет похожа, ну, скажем, лет этак через
пятнадцать. Такие живут ради сенсации. Ради большой игры, ради наркотиков, возможно...
Au fond -- неинтересно!
-- А мисс Керр?
-- Вот она очень-очень английская. Такая будет пользоваться кредитом у любого
лавочника на Ривьере; о, они проницательны, наши лавочники! Ее одежда хорошего покроя,
но похожа на мужскую. И расхаживает она так, будто вся земля принадлежит ей. Она
не самодовольна, нет; просто она англичанка. Знает, откуда что берется и что происходит
в каждом департаменте Англии. Это правда. Я с такими сталкивался в Египте. "Что?
Что это за дребедень? Из Йоркшира? Нет?.. Ну, стало быть, из Шропшира".
Он превосходно имитировал. Джейн посмеялась над протяжным произношением и благовоспитанным
тоном.
-- А теперь обо мне,-- сказала она.
-- А теперь о вас. Я сказал себе: "Как было бы хорошо, если б однажды я встретил
ее еще раз". И вот я сижу напротив вас. Боги порою бывают благосклонны и устраивают
все наилучшим образом.
-- Вы археолог, не так ли? Вы откапываете всякие старые вещи? -- спросила Джейн.
Она внимательно слушала, как Жан Дюпон рассказывал о своей работе. Потом вздохнула:
-- Вы объездили так много стран. Это так интересно. А я, верно, уже никогда ничего
больше не увижу...
-- А вы хотели бы путешествовать, побывать в диких дебрях, в горах? Но вы не
смогли бы там завивать свои волосы.
-- Ах, они у меня от природы вьющиеся,--ответила Джейн, рассмеявшись. Она спохватилась,
взглянула вдруг на часы и, заторопившись, попросила у официантки счет.
Жан Дюпон сказал немного растерянно:
-- Мадмуазель, если вы позволите... я говорил вам, завтра я возвращаюсь во Францию...
Может, вы пообедали бы со мной нынче вечером?..
-- Сожалею, не могу. Меня уже пригласили.
-- Жаль, очень жаль. Не собираетесь ли вы в Париж?
-- Не думаю.
-- А я не знаю, когда снова буду в Лондоне. Печально! -- Он постоял немного,
держа Джейн за руку.-- Я очень надеюсь еще когда-нибудь увидеть вас! -- сказал он,
чтобы выяснить, как отнесется к этому Джейн.
ГЛАВА XIV. НА МЮЗВЕЛЛ-ХИЛЛ
Примерно в то же время, когда Джейн выходила от Антуана, чтоб позавтракать в
Конер-Хаузе, Норман Гэйль произносил сердечно-профессиональным тоном:
-- Боюсь, будет чувствительно... Если будет больно-скажите...--Опытной рукой
он искусно направлял тонкую иглу электрической бормашины.-- Ну, вот и все... Мисс
Росс!
Мисс Росс немедленно оказалась рядом и уже помешивала стеклянной палочкой на
стеклянной пластинке концентрат "Астралита", чтобы придать ему нужную плотность
и оттенок зуба.
Норман Гэйль запломбировал пациентке зуб и спросил:
-- Вы сможете прийти в следующий вторник, чтобы поставить остальные?
Пациентка, отирая салфеточкой рот, пустилась в пространные объяснения. Она, к
сожалению, уезжает, так что следующую встречу придется перенести. Да, разумеется,
тотчас же даст знать, как только вернется. И она поспешно выскользнула из кабинета.
-- Итак,-- вздохнул Гэйль,-- на сегодня, кажется, все.
-- Леди Хиггинсон звонила и просила передать, что отменяет встречу, назначенную
на следующую неделю. Она не сможет приехать. Ах да, и полковник Блант занят в четверг
и не придет.
Норман Гэйль, помрачнев, кивнул. Каждый день то же самое. Звонят. Отменяют назначенные
визиты. Всевозможные извинения, предлоги: уезжает по делам, уезжает за границу,
просто обстоятельства не позволяют прийти... Неважно, какой придумывали предлог.
Подлинную причину Норман Гэйль безошибочно угадал в глазах последней пациентки,
когда взял в руку бор: смятение и паника!.. Он мог бы даже записать на бумаге мысли
той женщины: "Ах, боже мой, ОН находился в том самолете, когда убили эту несчастную...
Иногда люди теряют голову и совершают самые бессмысленные преступления... Как это
ужасно. Такие люди -- фанатики, одержимые мыслью об убийстве, А выглядят они, как
и все, я слышала...
Мне кажется, я всегда замечала в нем что-то странное..."
-- Что ж,-- сказал Гэйль.-- Выходит, следующая неделя будет у нас с вами относительно
спокойной, мисс Росс.
-- Да, почти все визиты отменены. О, вы хоть немного отдохнете. Летом вы так
много работали.
-- Похоже, что и осенью будет теперь не так уж много работы.
Мисс Росс промолчала. От ответа ее избавил очередной телефонный звонок. Она вышла
из комнаты.
Норман, укладывая инструменты в стерилизатор, размышлял: "Ну, в каком же мы положении?
Скажем прямо, все это мне явно вредит. Забавно, а вот Джейн повезло... Дамы валом
валят поглазеть на нее. На меня же они вынуждены смотреть -- но не желают, видите
ли... Скверно себя чувствуешь, сидя в кресле дантиста... А что, если вдруг дантист
разъярится?..
Какая все же странная вещь -- убийство! Полагаешь, что это нечто вполне определенное,
а на деле оказывается совсем не так. Оно влечет за собой всевозможные последствия
-- и самые, казалось бы, неожиданные... Но вернемся к фактам. Как дантист я, кажется,
почти разорен... Интересно, а что было бы, если б они вдруг арестовали эту Хорбари?
Повалили бы мои пациенты толпами обратно? Трудно сказать. Должны же когда-ни будь
начаться неудачи... В конце концов, что за беда? Неважно. А Джейн... Джейн так хороша.
Я бесконечно думаю о ней. Но пока только мечтаю... Пока. Вот досада!--Он улыбнулся:-Чувство
говорит мне, что все будет хорошо. Она подождет... Черт возьми, уеду в Канаду и
попробую делать деньги". Он засмеялся. Мисс Росс возвратилась,
-- Это мисс Лори. Она очень сожалеет...
-- ...Но она уезжает в Тимбукту,--закончил Норман.--Vive les rats. Вам, вероятно,
лучше подыскать себе другое место, мисс Росс. Кажется, наш с вами корабль дал течь
и идет ко дну!
-- О мистер Гэйль! Я и не подумаю покидать вас...
-- Вы славная девушка. Вы не трусливы. Но я говорю серьезно. Если не произойдет
чудо, я разорен.
-- Что-то ДОЛЖНО случиться!--воскликнула мисс Росс.-- По моему, полиции должно
быть стыдно. Они даже не пытаются что-нибудь сделать.
Норман улыбнулся:
-- Я сам хотел бы попробовать что-нибудь предпринять, хотя совершенно не знаю,
что именно.
-- О мистер Гэйль, вы можете! Вы ведь такой умный!
"Я для нее герой,-- подумал Норман Гэйль.-- Такая девушка, как она, могла бы,
пожалуй, стать отличной помощницей! Но у меня другая партнерша на примете..."
В конце того же дня он обедал с Джейн. Он делал вид, будто находится в приподнятом
настроении, но Джейн, достаточно проницательная, не позволила ввести себя в заблуждение.
Она отметила рассеянность Нормана, маленькую морщинку, прорезавшуюся у него между
бровей, напряженную линию рта. Наконец не выдержала:
-- Что, Норман, неважно идут дела? Он бросил на нее быстрый взгляд, затем стал
смотреть в сторону.
-- Да так... не слишком хорошо. Время года плохое...
-- Не надо меня дурачить,--резко сказала Джейн.--Ты думаешь, я не вижу, как ты
волнуешься?
-- Я не волнуюсь. Просто досадно.
-- Ты хочешь сказать, что пациенты... опасаются...
-- ...того, что зубы их лечит возможный убийца? Именно так.
-- Как жестоко и несправедливо!
-- Вот именно! Честно говоря, Джейн, я ведь очень хороший дантист. И я не убийца.
-- Это ужасно! Нужно что-то предпринять, Норман.
-- Именно так и сказала сегодня утром мисс Росс, моя ассистентка.
-- Что она собой представляет?
-- Ох, не знаю. Нескладная такая, крупная, множество костей, лицо, как у овцы,
во всех вопросах ужасающе компетентна.
-- М-да, живописно! --снисходительно согласилась Джейн.
Норман верно воспринял эту реплику, как дань своей дипломатичности. Мисс Росс
в действительности была не столь уж громоздкой, как он ее описал, и у нее были чрезвычайно
симпатичные рыжеватые волосы, однако Норман почувствовал, что лучше будет, если
он не станет упоминать об этом последнем обстоятельстве.
-- Я бы хотел хоть что-нибудь делать,-- сказал он.-- Если бы я был персонажем
из детективного романа, я бы стал искать ключ к этой тайне или, по крайней мере,
принялся бы тайком следить за кем-то.
Вдруг Джейн украдкой дернула его за рукав.
-- Смотри, вон мистер Клэнси. Помнишь, тот писатель? Вот он один сидит у стены.
Мы можем следить за ним.
-- Но мы же собирались в кино?
-- Неважно. Мне кажется, все это неспроста. Это что-то предвещает. Ты же хотел
за кем-нибудь следить! А ведь наперед не угадаешь, что лучше!
Энтузиазм Джейн был столь заразителен, что Норман охотно принял ее план.
-- Ты говоришь, где он устроился обедать? Я не разгляжу, не повернувшись, а оглядываться
не надо...--вполголоса сказал он.
-- Он сидит по одной линии с нами,--так же тихо ответила Джейн.-- Неплохо бы
поторопиться и опередить его или хотя бы постараться расплатиться одновременно с
ним.
Когда м-р Клэнси поднялся и вышел на Дин-стрит, Норман и Джейн следовали за ним
буквально по пятам. Неся на руке пальто и не замечая, что оно волочится по земле,
Клэнси мелкими шажками шел по лондонским улицам. Держался он несколько странновато.
То пускался рысью, то едва плелся и, наконец, вовсе остановился,
Собравшись пересечь какой-то перекресток и уже занеся ногу над краем тротуара,
он вдруг замер и стал похож на "живую картину".
Направление его пути тоже было странным. Он несчетное число раз поворачивал под
прямым углом так что по некоторым улицам прошел дважды.
-- Вот видишь,-- прошептала Джейн возбужденно.-- Он боится, что за ним следят,
и старается сбить нас со следа, иначе зачем он стал бы вот так петлять!
Разогнавшись, они завернули за угол и едва не налетели на преследуемого. Он стоял,
задрав голову, и разглядывал вывеску мясной лавки. Магазинчик был закрыт, но внимание
м-ра Клэнси было поглощено чем-то, и он говорил:
-- Отлично, это как раз то, что мне нужно. Какая удача!
Он извлек из кармана записную книжечку, занес в нее несколько слов и поспешно
зашагал дальше, бормоча про себя что-то непонятное. Теперь он направился прямо в
Блумсбари. Иногда оборачивался, и тогда Джейн и Норман видели, как шевелятся его
губы.
-- Что-то во всем этом кроется,--сказала Джейн.-- Он так растерян, разговаривает
сам с собой и даже не замечает этого!
Когда мистер Клэнси остановился на переходе в ожидании зеленого света, Норман
и Джейн догнали его. М-р Клэнси разговаривал вслух. Лицо его было бледным и растерянным.
Норман и Джейн уловили несколько слов:
-- Почему же она не говорит? Должна ведь быть какая-то причина...
Загорелся зеленый свет. Когда они перешли на другую сторону, м-р Клэнси произнес:
-- А-а... Кажется, я знаю. Ну, конечно! Вот потому-то она и вынуждена молчать!..
Джейн ущипнула Нормана за руку.
Теперь м-р Клэнси пустился аллюром. Пальто его безнадежно волочилось по тротуару.
М-р Клэнси торопливо шагал, не замечая по своей рассеянности двух преследовавших
его людей. Внезапно он остановился у какого-то дома, открыл дверь и вошел.
Норман и Джейн переглянулись.
-- Это его собственный дом,--сказал Норман.-- Блумсбари, Кардингтон-сквер, 47.
Этот адрес он указал на дознании.
-- Ладно,--сказала Джейн.--Позже он, наверное, еще выйдет. Но, как бы то ни было,
мы кое-что узнали. Кто-то, какая-то женщина -- вынуждена молчать или не хочет говорить.
О боже, это становится ужасно похожим на детективную историю.
-- Добрый вечер!--произнес голос из темноты, и невысокий человек шагнул вперед.
В свете фонаря показались великолепные усы:
-- Eh bien,-- сказал Эркюль Пуаро.--Прекрасный вечер для охоты, не так ли?
ГЛАВА XV. БЛУМСБАРИ. КАРДИНГТОН-СКВЕР, 47
Молодые люди были ошеломлены. Первым опомнился Норман Гэйль.
-- Разумеется! -- воскликнул он.-- Это же мсье... мсье Пуаро! Вы все еще пытаетесь
уяснить себе свой характер, мсье Пуаро?
-- А вы все еще помните нашу маленькую беседу! И подозреваете несчастного мистера
Клэнси?
--И вы также!--с завидной проницательностью заметила Джейн.-- Иначе вы не были
бы здесь!
Пуаро задумчиво посмотрел на нее.
-- Думали ли вы когда-нибудь об убийстве, мадмуазель? Я имею в виду-отвлеченно,
хладнокровно и беспристрастно.
-- Я никогда не думала об этом раньше, вплоть до последнего времени.
Эркюль Пуаро кивнул:
-- Разумеется, но теперь вы думаете об этом, потому что убийство коснулось лично
вас. Я же сталкиваюсь с подобными делами вот уже много лет. У меня свой собственный
взгляд на вещи. Как вы полагаете, что самое важное в раскрытии убийства?
-- Найти убийцу,--сказала Джейн.
-- Правосудие,--сказал Норман Гэйль.
Пуаро покачал головой:
-- Есть более важные цели, нежели обнаружение убийцы. А правосудие -- красивое
слово, хотя порою бывает трудно точно сказать, что именно оно обозначает. По-моему,
важно прежде всего установить невиновность.
-- О, конечно,-- согласилась Джейн.-- Это само собой разумеется. Если кто-либо
ложно обвинен...
-- Даже не совсем так. Может и не быть обвинения. Но пока кто-либо кажется виновным
из-за всевозможных сомнений, каждый, кто так или иначе убийству сопричастен, может
в определенной степени пострадать.
