Ганс Христиан Андерсен. Принцесса на горошине
Жил-был принц, и хотелось ему взять за себя тоже принцессу, только настоящую.
Вот он и объездил весь свет, а такой что-то не находилось. Принцесс-то было вволю,
да были ли они настоящие? До этого он никак добраться не мог; так и вернулся домой
ни с чем и очень горевал, - уж очень ему хотелось достать настоящую принцессу.
Раз вечером разыгралась непогода: молния так и сверкала, гром гремел, а дождь
лил как из ведра; ужас что такое!
Вдруг в городские ворота постучали, и старый король пошел отворять.
У ворот стояла принцесса. Боже мой, на что она была похожа! Вода бежала с ее
волос и платья прямо в носки башмаков и вытекала из пяток, а она все-таки уверяла,
что она настоящая принцесса!
"Ну, уж это мы узнаем!" - подумала старая королева, но не сказала ни слова и
пошла в спальню. Там она сняла с постели все тюфяки и подушки и положила на доски
горошину; поверх горошины постлала двадцать тюфяков, а еще сверху двадцать пуховиков.
На эту постель и уложили принцессу на ночь.
Утром ее спросили, как она почивала.
- Ах, очень дурно! - сказала принцесса. - Я почти глаз не сомкнула! Бог знает
что у меня была за постель! Я лежала на чем-то таком твердом, что у меня все тело
теперь в синяках! Просто ужасно!
Тут-то все и увидали, что она была настоящею принцессой! Она почувствовала горошину
через сорок тюфяков и пуховиков, - такою деликатною особой могла быть только настоящая
принцесса.
И принц женился на ней. Теперь он знал, что берет за себя настоящую принцессу!
А горошину отправили в кунсткамеру; там она и лежит, если только никто ее не украл.
Знай, что история эта истинная!
Ганс Христиан Андерсен. Цветы маленькой Иды
- Бедные мои цветочки совсем завяли! - сказала маленькая Ида. - Вчера вечером
они были такие красивые, а теперь совсем повесили головки! Отчего это? - спросила
она студента, сидевшего на диване.
Она очень любила этого студента, - он умел рассказывать чудеснейшие истории и
вырезывать презабавные фигурки: сердечки с крошками танцовщицами внутри, цветы и
великолепные дворцы с дверями и окнами, которые можно было открывать. Большой забавник
был этот студент!
- Что же с ними? - спросила она опять и показала ему свой завядший букет.
- Знаешь что? - сказал студент. - Цветы были сегодня ночью на балу, вот и повесили
теперь головки!
- Да ведь цветы не танцуют! - сказала маленькая Ида.
- Танцуют! - отвечал студент. - По ночам, когда кругом темно и мы все спим, они
так весело пляшут друг с другом, такие балы задают - просто чудо!
- А детям нельзя прийти к ним на бал?
- Отчего же, - сказал студент, - ведь маленькие маргаритки и ландыши тоже танцуют.
- А где танцуют самые красивые цветы? - спросила Ида.
- Ты ведь бывала за городом, там, где большой дворец, в котором летом живет король
и где такой чудесный сад с цветами? Помнишь лебедей, которые подплывали к тебе за
хлебными крошками? Вот там-то и бывают настоящие балы!
- Я еще вчера была там с мамой, - сказала маленькая Ида, - но на деревьях не!
больше листьев, и во всем саду ни одного цветка! Куда они все девались? Их столько
было летом!
- Они все во дворце - сказал студент. - Надо тебе сказать, что как только король
и придворные переезжают в город, все цветы сейчас же убегают из сада прямо во дворец,
и там у них начинается веселье! Вот бы тебе посмотреть! Две самые красивые розы
садятся на трон - это король с королевой. Красные петушьи гребешки становятся по
обеим сторонам и кланяются - эго камер-юнкеры. Потом приходят все остальные прекрасные
цветы, и начинается бал. Гиацинты и крокусы изображают маленьких морских кадетов
и танцуют с барышнями - голубыми фиалками, а тюльпаны и большие желтые лилии - это
пожилые дамы, они наблюдают за танцами и вообще за порядком.
- А цветочкам не может достаться за то, что они танцуют в королевском дворце?
- спросила маленькая Ида.
- Да ведь никто же не знает об этом! - сказал студент. - Правда, ночью заглянет
иной раз во дворец старик смотритель с большою связкою ключей в руках, но цветы,
как только заслышат звяканье ключей, сейчас присмиреют, спрячутся за длинные занавески,
которые висят на окнах, и только чуть-чуть выглядывают оттуда одним глазом. "Тут
что-то пахнет цветами" - бормочет старик смотритель, а видеть ничего не видит.
- Вот забавно! - оказала маленькая Ида и даже в ладоши захлопала. - И я тоже
не могу их увидеть?
- Можешь, - сказал студент. - Стоит только, как опять пойдешь туда, заглянуть
в окошки. Вот я сегодня видел там длинную желтую лилию; она лежала и потягивалась
на диване - воображала себя придворной дамой.
- А цветы из Ботанического сада тоже могут прийти туда? Ведь это далеко!
- Не бойся, - сказал студент, - они могут летать, когда захотят! Ты видела красивых
красных, желтых и белых бабочек, похожих на цветы? Они ведь и были прежде цветами,
только прыгнули со своих стебельков высоко в воздух, забили лепестками, точно крылышками,
и полетели. Они вели себя хорошо, за то и получили позволение летать и днем; другие
должны сидеть смирно на своих стебельках, а они летают, и лепестки их стали наконец
настоящими крылышками. Ты сама видела их! А впрочем, может быть, цветы из Ботанического
сада и не бывают в королевском дворце! Может быть, они даже и не знают, что там
идет по ночам такое веселье. Вот что я скажу тебе: то-то удивится потом профессор
ботаники - ты ведь его знаешь, он живет тут рядом! - когда придешь в его сад, расскажи
какому-нибудь цветочку про большие балы в королевском дворце. Тот расскажет об этом
остальным, и они все убегут. Профессор придет в сад, а там ни единого цветочка,
и он в толк не возьмет, куда они девались!
- Да как же цветок расскажет другим? У цветов нет языка.
- Конечно, нет, - сказал студент, - зато они умеют объясняться знаками! Ты сама
видела, как они качаются и шевелят своими зелеными листочками, чуть подует ветерок.
Это у них так мило выходит - точно они разговаривают!
- А профессор понимает их знаки? - спросила маленькая Ида.
- Как же! Раз утром он пришел в свой сад и видит, что большая крапива делает
листочками знаки прелестной красной гвоздике; этим она хотела сказать гвоздике:
"Ты так мила, я очень тебя люблю!" Профессору это не понравилось, и он сейчас же
ударил крапиву по листьям - листья у крапивы все равно, что пальцы, - да обжегся!
С тех пор и не смеет ее трогать.
- Вот забавно! - сказала Ида и засмеялась.
- Ну можно ли набивать ребенку голову такими бреднями? - сказал скучный советник,
который тоже пришел в гости и сидел на диване.
Он терпеть не мог студента и вечно ворчал на него, особенно когда тот вырезывал
затейливые, забавные фигурки, вроде человека на виселице и с сердцем в руках - его
повесили за то, что он воровал сердца, - или старой ведьмы на помеле, с мужем на
носу. Все это очень не нравилось советнику, и он всегда повторял:
- Ну можно ли набивать ребенку голову такими бреднями? Глупые выдумки!
Но Иду очень позабавил рассказ студента о цветах, и она думала об этом целый
день.
"Так цветочки повесили головки потому, что устали после бала!" И маленькая Ида
пошла к своему столику, где стояли все ее игрушки; ящик столика тоже битком был
набит разным добром. Кукла Софи лежала в своей кроватке и спала, но Ида сказала
ей:
- Тебе придется встать, Софи, и полежать эту ночь в ящике: бедные цветы больны,
их надо положить в твою постельку, - может быть, они и выздоровеют!
И она вынула куклу из кровати. Софи посмотрела на Иду очень недовольно и не сказала
ни слова, - она рассердилась за то, что у нее отняли постель.
Ида уложила цветы, укрыла их хорошенько одеялом и велела им лежать смирно, за
это она обещала напоить их чаем, и тогда они встали бы завтра утром совсем здоровыми!
Потом она задернула полог, чтобы солнце не светило цветам в глаза.
Рассказ студента не шел у нее из головы, и, собираясь идти спать, Ида не могла
удержаться, чтобы не заглянуть за спущенные на ночь оконные занавески: на окошках
стояли чудесные мамины цветы - тюльпаны и гиацинты, и маленькая Ида шепнула им:
- Я знаю, что у вас ночью будет бал!
Цветы стояли, как ни в чем не бывало, и даже не шелохнулись, ну да маленькая
Ида что знала, то знала.
В постели Ида долго еще думала о том же и все представляла себе, как это должно
быть мило, когда цветочки танцуют! "Неужели и мои цветы были на балу во дворце?"
- подумала она и заснула.
Но посреди ночи маленькая Ида вдруг проснулась, она видела сейчас во сне цветы,
студента и советника, который бранил студента за то, что набивает ей голову пустяками.
В комнате, где лежала Ида, было тихо, на столе горел ночник, и папа с мамой крепко
спали.
- Хотелось бы мне знать: спят ли мои цветы в постельке? - сказала маленькая Ида
про себя и приподнялась с подушки, чтобы посмотреть в полуоткрытую дверь, за которой
были ее игрушки и цветы; потом она прислушалась, - ей показалось, что в той комнате
играют на фортепьяно, но очень тихо и нежно; такой музыки она никогда еще не слыхала.
- Это, верно, цветы танцуют! - сказала Ида. - Господи, как бы мне хотелось посмотреть!
Но она не смела встать с постели, чтобы не разбудить папу с мамой.
- Хоть бы цветы вошли сюда! - сказала она. Но цветы не входили, а музыка все
продолжалась, такая тихая, нежная, просто чудо! Тогда Идочка не выдержала, потихоньку
вылезла из кроватки, прокралась на цыпочках к дверям и заглянула в соседнюю комнату.
Что за прелесть была там!
В той комнате не горело ночника, а было все-таки светло, как днем, от месяца,
глядевшего из окошка прямо на пол, где в два ряда стояли тюльпаны и гиацинты; на
окнах не осталось ни единого цветка - одни горшки с землей. Цветы очень мило танцевали:
они то становились в круг, то, взявшись за длинные зеленые листочки, точно за руки,
кружились парами. На фортепьяно играла большая желтая лилия - это, наверное, ее
маленькая Ида видела летом! Она хорошо помнила, как студент сказал: "Ах, как она
похожа на фрекен Лину!" Все посмеялись тогда над ним, но теперь Иде и в самом деле
показалось, будто длинная желтая лилия похожа на Лину; она и на рояле играла так
же, как Лина: поворачивала свое продолговатое лицо то в одну сторону, то в другую
и кивала в такт чудесной музыке. Никто не заметил Иды.
Вдруг маленькая Ида увидала, что большой голубой крокус вскочил прямо на середину
стола с игрушками, подошел к кукольной кроватке и отдернул полог; там лежали больные
цветы, но они живо поднялись и кивнули головками, давая знать, что и они тоже хотят
танцевать. Старый Курилка со сломанной нижней губой встал и поклонился прекрасным
цветам; они совсем не были похожи на больных - спрыгнули со стола и принялись веселиться
вместе со всеми.
В эту минуту что-то стукнуло, как будто что-то упало на пол. Ида посмотрела в
ту сторону - это была масленичная верба: она тоже спрыгнула со стола к цветам, считая,
что она им сродни. Верба тоже была мила; ее украшали бумажные цветы, а на верхушке
сидела восковая куколка в широкополой черной шляпе, точь-в-точь такой, как у советника.
Верба прыгала посреди цветов и громко топала своими тремя красными деревянными ходульками,
- она танцевала мазурку, а другим цветам этот танец не удавался, потому что они
были слишком легки и не могли топать.
Но вот восковая кукла на вербе вдруг вытянулась, завертелась над бумажными цветами
и громко закричала:
- Ну можно ли набивать ребенку голову такими бреднями? Глупые выдумки!
Теперь кукла была точь-в-точь советник, в черной широкополой шляпе, такая же
желтая и сердитая! Но бумажные цветы ударили ее по тонким ножкам, и она опять съежилась
в маленькую восковую куколку. Это было так забавно, что Ида не могла удержаться
от смеха.
Верба продолжала плясать, и советнику волей-неволей приходилось плясать вместе
с нею, все равно - вытягивался ли он во всю длину, или оставался маленькою восковою
куколкой в черной широкополой шляпе. Наконец уж цветы, особенно те, что лежали в
кукольной кровати, стали просить за него, и верба оставила его в покое. Вдруг что-то
громко застучало в ящике, где лежала кукла Софи и другие игрушки. Курилка побежал
по краю стола, лег на живот и приотворил ящик. Софи встала и удивленно огляделась.
- Да у вас, оказывается, бал! - проговорила она. - Что же это мне не сказали?
- Хочешь танцевать со мной? - спросил Курилка.
- Хорош кавалер! - сказала Софи и повернулась к нему спиной; потом уселась на
ящик и стала ждать - авось ее пригласит кто-нибудь из цветов, но никто и не думал
ее приглашать. Она громко кашлянула, но и тут никто не подошел к ней. Курилка плясал
один, и очень недурно!
Видя, что цветы и не глядят на нее, Софи вдруг свалилась с ящика на пол и наделала
такого шума, что все сбежались к ней и стали спрашивать, не ушиблась ли она? Все
разговаривали с нею очень ласково, особенно те цветы, которые только что спали в
ее кроватке; Софи нисколько не ушиблась, и цветы маленькой Иды стали благодарить
ее за чудесную постельку, потом увели с собой в лунный кружок на полу и принялись
танцевать с ней, а другие цветы кружились вокруг них. Теперь Софи была очень довольна
и сказала цветочкам, что охотно уступает им свою кроватку, - ей хорошо и в ящике!
- Спасибо! - сказали цветы. - Но мы не можем жить так долго! Утром мы совсем
умрем! Скажи только маленькой Иде, чтобы она схоронила нас в саду, где зарыта канарейка;
летом мы опять вырастем и будем еще красивее!
- Нет, вы не должны умирать! - сказала Софи и поцеловала цветы. В это время дверь
отворилась, и в комнату вошла целая толпа цветов Ида никак не могла понять, откуда
они взялись, - должно быть, из королевского дворца. Впереди шли две прелестные розы
с маленькими золотыми коронами на головах - это были король с королевой. За ними,
раскланиваясь во все стороны, шли чудесные левкои и гвоздики. Музыканты - крупные
маки и пионы - дули в шелуху от горошка и совсем покраснели от натуги, а маленькие
голубые колокольчики и беленькие подснежники звенели, точно на них были надеты бубенчики.
Вот была забавная музыка! Затем шла целая толпа других цветов, и все они танцевали
- и голубые фиалки, и красные ноготки, и маргаритки, и ландыши. Цветы так мило танцевали
и целовались, что просто загляденье!
Наконец все пожелали друг другу спокойной ночи, а маленькая Ида тихонько пробралась
в свою кроватку, и ей всю ночь снились цветы и все, что она видела.