И, вымыв руки и лицо
Прохладною водой,
Они спешат, они ползут
Одна вослед другой
За Плотником и за Моржом
Веселою гурьбой.
А Морж и Плотник шли и шли
Час или два подряд,
Потом уселись на скале
Среди крутых громад,
И Устрицы - все до одной -
Пред ними стали в ряд.
И молвил Морж: "Пришла пора
Подумать о делах:
О башмаках и сургуче,
Капусте, королях,
И почему, как суп в котле,
Кипит вода в морях".
Взмолились Устрицы: "Постой!
Дай нам передохнуть!
Мы все толстушки, и для нас
Был очень труден путь".
- Присядьте, - Плотник отвечал, -
Поспеем как-нибудь.
- Нам нужен хлеб, - промолвил Морж, -
И зелень на гарнир.
А также уксус и лимон,
И непременно сыр,
И если вы не против, то
Начнем наш скромный пир.
- Ах, неужели мы для вас
Не больше, чем еда,
Хотя вы были так добры,
Нас пригласив сюда!
А Морж ответил: "Как блестит
Вечерняя звезда!
Я очень рад, что вы пришли
В пустынный этот край.
Вы так под уксусом нежны -
Любую выбирай".
А Плотник молвил: "Поскорей
Горчицу мне подай!"
- Мой друг, их заставлять спешить
Отнюдь мы не должны.
Проделав столь тяжелый путь,
Они утомлены.
- С лимоном. - Плотник отвечал. -
Не так они вкусны.
- Мне так вас жаль, - заплакал Морж
И вытащил платок, -
Что я не в силах удержать
Горючих слез поток.
И две тяжелые слезы
Скатились на песок.
А Плотник молвил: "Хорошо
Прошлись мы в час ночной.
Наверно, Устрицы хотят
Пойти к себе домой?"
Но те молчали, так как их
Всех съели до одной (*31).
- Мне больше нравится Морж, - сказала Алиса. - Ему по крайней мере было хоть
_капельку_ жалко бедных устриц.
- Но съел он больше, чем Плотник, - возразил Траляля. - Просто он прикрывался
платком, так что Плотник не мог сосчитать, сколько устриц он съел. Не мог! Задом
наперед, совсем наоборот!
- Какой жадный! - вскричала Алиса. - Тогда мне больше нравится Плотник! Он съел
меньше, чем Морж!
- Просто ему не досталось больше, - сказал Траляля.
Алиса растерялась (*32). Помолчав, она проговорила:
- Ну, тогда, значит, _оба_ они хороши!
Тут она замолчала и в страхе прислушалась: в лесу неподалеку кто-то громко пыхтел,
словно огромный паровоз. "Уж не дикий ли это зверь?" - мелькнуло у нее в голове.
- А в вашем лесу много тигров и львов? - робко спросила она.
- Это всего-навсего Черный Король, - сказал Траляля. - Расхрапелся немножко!
- Пойдем, посмотрим на него! - закричали братья, взяли Алису за руки и подвели
к спящему неподалеку Королю.
- _Милый_, правда? - спросил Траляля.
Алисе трудно было с ним согласиться. На Короле был красный ночной колпак с кисточкой
и старый грязный халат, а лежал он под кустом и храпел с такой силой, что все деревья
сотрясались.
- Так можно себе и голову отхрапеть! - заметил Труляля.
- Как бы он не простудился, - забеспокоилась Алиса, которая была очень заботливой
девочкой. - Ведь он лежит на сырой траве!
- Ему снится сон! - сказал Траляля. - И как по-твоему, кто ему снится?
- Не знаю, - ответила Алиса. - Этого никто сказать не может.
- Ему снишься _ты_! - закричал Траляля и радостно захлопал в ладоши. - Если б
он не видел тебя во сне, где бы, интересно, ты была?
- Там, где я и есть, конечно, - сказала Алиса.
- А вот и ошибаешься! - возразил с презрением Траляля. - Тебя бы тогда вообще
нигде не было! Ты просто снишься ему во сне (*33).
- Если этот вот Король вдруг проснется, - подтвердил Труляля, - ты сразу же -
фьють! - потухнешь, как свеча!
- Ну, нет, - вознегодовала Алиса. - И вовсе я не потухну! К тому же если я только
_сон_, то кто же тогда вы, хотела бы я знать?
- То же самое, - сказал Труляля.
- Самое, самое, - подтвердил Траляля.
Он так громко прокричал эти слова, что Алиса испугалась.
- Ш-ш-ш, - прошептала она. - Не кричите, а то вы его разбудите!
- _Тебе_-то что об этом думать? - сказал Труляля. - Все равно ты ему только снишься.
Ты ведь не настоящая!
- Нет, _настоящая_! - крикнула Алиса и залилась слезами.
- Слезами делу не поможешь, - заметил Траляля. - О чем тут плакать?
- Если бы я была не настоящая, я бы не плакала, - сказала Алиса, улыбаясь сквозь
слезы: все это было так глупо.
- Надеюсь, ты не думаешь, что это _настоящие_ слезы? - спросил Труляля с презрением.
- Я знаю, что все это вздор, - подумала Алиса. - Глупо от этого плакать!
Она вытерла слезы и постаралась принять веселый вид.
- Во всяком случае, мне надо поскорей выбраться из лесу. Уж очень что-то темнеет.
Как, по-вашему, это не дождь там собирается?
Труляля быстро раскрыл огромный зонтик и спрятался под ним вместе с братом. А
потом задрал голову и произнес:
- Никакого дождя не будет... по крайней мере _здесь_! Ни в коем разе!
- А _снаружи_?
- Пусть себе идет, если ему так хочется. Мы не возражаем! И даже задом наперед,
совсем наоборот!
- Только о себе и думают, - рассердилась Алиса и совсем уже собралась с ними
распрощаться, как вдруг Труляля выскочил из-под зонта и схватил ее за руку.
- _Видала_? - спросил он, задыхаясь от гнева.
Глаза его округлились и пожелтели, дрожащим пальцем он показывал на какую-то
белую вещицу, которая валялась под деревом.
- Это всего-навсего погремушка, - сказала Алиса, всмотревшись. - Погремушка,
а не _гремучая змея_, - поторопилась она добавить, думая, что он испугался. - Старая
погремушка... Старая, никуда не годная погремушка!
- Так я и знал! - завопил Труляля, топая в бешенстве ногами, и принялся рвать
на себе волосы. - Поломана, конечно!
Он глянул на Траляля, который тотчас повалился на землю и постарался спрятаться
под зонтом.
Алиса положила руку на плечо Труляля.
- Не стоит так сердиться из-за старой погремушки! - сказала она примирительно.
- И вовсе она _не старая_! - закричал Труляля, разъяряясь пуще прежнего. - Она
_совсем новая_! Я только вчера ее купил! Хорошая моя... новая моя... ПОГРЕМУШЕЧКА!
И он зарыдал во весь голос.
А Траляля меж тем пытался спрятаться в зонтик, закрывая его вместе с собой. Это
было так странно, что, засмотревшись, Алиса совсем забыла про его разгневанного
братца. Правда, зонтик у Траляля никак не закрывался; кончилось все тем, что он
совсем запутался и покатился в зонтике по земле - наружу торчала одна голова. Так
он и лежал, ловя воздух ртом и широко раскрыв глаза.
- Ужасно похож на рыбу! - подумала Алиса.
- Что ж, вздуем друг дружку? - спросил Труляля, внезапно успокаиваясь.
- Пожалуй, - угрюмо отвечал Траляля, вылезая из зонтика. - Только пусть _она_
поможет нам одеться.
Братья взялись за руки и отправились в лес, а через минуту вернулись с грудой
всяких вещей: были тут и диванные валики и каминные коврики, и одеяла, и скатерти,
и крышки от кастрюль, и совки для угля.
- Надеюсь, завязывать и закалывать ты умеешь? - спросил Труляля. - Все это нужно
на нас надеть и как-то закрепить!
Позже Алиса рассказывала, что в жизни не видела такой суеты. Как они хлопотали!
А сколько всего на себя понадевали! И все нужно было как-то прикрепить и пристегнуть.
- Если они все на себя натянут, - подумала Алиса, - они будут совсем как узлы
со старым тряпьем!
В эту минуту она как раз прилаживала Траляля на шею диванный валик.
- Привяжи покрепче, а то отрежет мне ненароком голову, - сказал Траляля. И, подумав,
мрачно прибавил: - Знаешь, одна из самых серьезных потерь в битве - это потеря головы.
Алиса фыркнула и тут же закашлялась, чтобы прикрыть свой смех. Она боялась его
обидеть.
- Я очень бледный? - спросил Труляля, подходя к Алисе, чтобы она привязала ему
шлем к голове. (Труляля _называл_ его шлемом, хотя шлем этот, по правде говоря,
походил больше на сковородку.)
- Пожалуй... _бледноват_, - осторожно ответила Алиса.
- Вообще-то я очень храбрый, - сказал Труляля, понизив голос. - Только сегодня
у меня голова болит!
Но Траляля его услышал.
- А у меня болит _зуб_! - закричал он. - Мне больнее, чем тебе!
- Тогда не деритесь сегодня, - обрадовалась Алиса. Ей так хотелось их примирить.
- Слегка подраться все же нам _придется_, - сказал Труляля. - Но я не настаиваю
на долгой драке. Который теперь час?
Траляля взглянул на свои часы и сказал:
- Половина пятого.
- Подеремся часов до шести, а потом пообедаем, - предложил Труляля.
- Что ж, - отвечал со вздохом Траляля, - решено. А _она_ пусть смотрит!
И, повернувшись к Алисе, прибавил:
- Только _очень_ близко не подходи! Я, когда разойдусь, сокрушаю все, что попадет
мне под руку!
- А я сокрушаю все, что попадет мне под ногу! - закричал Труляля. Алиса засмеялась.
- Вот, верно, достается от вас _деревьям_! - сказала она.
Труляля огляделся с довольной улыбкой.
- К тому времени, когда драка будет закончена, - сказал он, - вокруг не останется
ни одного дерева! Ни одного во всем лесу!
- И все из-за погремушки! - сказала она, все еще надеясь, что они хоть немного
устыдятся.
- Я бы ему ни слова не сказал, - ответил Труляля. - Но она была совсем новая!
- Хоть бы уж этот страшный ворон прилетал поскорее! - подумала Алиса.
- Знаешь, - сказал Труляля брату, - у нас всего одна шпага. Но _ты_ можешь драться
зонтом. Он острый, не хуже шпаги! Что же, надо торопиться! Скоро будет темно, как
в бочке!
- И даже еще темнее, - прибавил Траляля.
Тут все вокруг так почернело, что Алиса решила: приближается гроза.
- Какая огромная туча! - сказала она. - Как быстро она приближается! Ой, у нее,
по-моему, крылья!
- Это ворон! - пронзительно вскрикнул Труляля.
Братья бросились бежать и через минуту скрылись из виду.
Алиса нырнула в лес и спряталась под большим деревом.
- _Здесь_ ему до меня не добраться, - подумала она. - Он такой огромный, что
между деревьев ему не пролезть! Как он машет крыльями! От них в лесу прямо буря
поднялась! Вон летит чья-то шаль! Видно, ее сорвало ветром...
5. ВОДА И ВЯЗАНИЕ
С этими словами она поймала шаль и стала смотреть, кому бы ее отдать. Не прошло
и минуты, как из чащи стремительно выбежала Белая Королева, широко раскинув руки,
словно в полете (*34). Алиса с улыбкой пошла ей навстречу с шалью в руках.
- Я так рада, что перехватила ее, - сказала Алиса и накинула шаль Королеве на
плечи.
Белая Королева только взглянула на нее испуганно и растерянно и тихонько что-то
пробормотала. Похоже было, что она твердит:
- Бутерброд! Бутерброд!
Впрочем, разобрать слова было невозможно. Одно было ясно: если ей хочется побеседовать
с Королевой, начинать придется самой. Помолчав, Алиса робко промолвила:
- Я уже отчаялась...
Но Королева не дала ей договорить.
- От_чая_лась? - повторила она. - Разве ты пьешь чай, а не молоко? Не знаю, как
это можно пить чай! Да еще утром!
Алисе не хотелось начинать знакомство спором. Она улыбнулась и сказала:
- Если Ваше Величество скажет мне, когда нужно пить чай, я постараюсь всегда
следовать вашему совету.
- Детям чай пить совсем не надо! - сказала Королева. - Пусть пьют молоко! Другое
дело - взрослые... Я вот сейчас, к примеру, битых два часа отчаивалась... с вареньем
и сладкими булочками.
Пожалуй, было бы лучше (так по крайней мере показалось Алисе), если б она не
отчаивалась так долго, а немного причесалась.
- Все на ней вкривь и вкось! - подумала Алиса, глядя на Королеву. - Всюду булавки!
- Разрешите, я поправлю вам шаль, - сказала она вслух. - Она съехала набок...
- Не пойму, что с ней такое, - грустно проговорила Королева. - Должно быть, она
не в духе. Я ее где только могла приколола, но ей никак не угодишь!
- _Немудрено_, - сказала Алиса, осторожно поправив шаль. - Ведь вы ее прикололи
всю на один бок! А волосы! В каком они виде!
- Щетка в них запуталась, - сказала Королева со вздохом. - А гребень я вчера
потеряла...
Алиса осторожно вытащила щетку и, как могла, причесала Королеву.
- Ну, вот, теперь, пожалуй, лучше, - сказала она, переколов чуть не все булавки.
- Но, знаете, вам нужна горничная.
- _Тебя_ я взяла бы с удовольствием, - откликнулась Королева. - Два пенса в неделю
и варенье на завтра!
Алиса рассмеялась.
- Нет, _я_ в горничные не пойду, - сказала она. - К тому же варенье я не люблю!
- Варенье отличное, - настаивала Королева.
- Спасибо, но _сегодня_ мне, право, не хочется!
- Сегодня ты бы его все равно _не получила_, даже если б очень захотела, - ответила
Королева. - Правило у меня твердое: варенье на завтра! И _только_ на завтра!
- Но ведь завтра когда-нибудь будет _сегодня_!
- Нет, никогда! Завтра _никогда_ не бывает сегодня! Разве можно проснуться поутру
и сказать: "Ну, вот, сейчас, наконец, завтра"?
- Ничего не понимаю, - протянула Алиса. - Все это так запутано!
- Просто ты не привыкла жить в обратную сторону (*35), - добродушно объяснила
Королева. - Поначалу у всех немного кружится голова...
- В обратную сторону! - повторила Алиса в изумлении. - Никогда такого не слыхала!
- Одно хорошо, - продолжала Королева. - Помнишь при этом и прошлое и будущее!
- У _меня_ память не такая, - сказала Алиса. - Я не могу вспомнить то, что еще
не случилось.
- Значит, у тебя память неважная, - заявила Королева.
- А _вы_ что помните лучше всего? - спросила Алиса, набравшись храбрости.
- То, что случится через две недели, - небрежно сказала Королева, вынимая из
кармана пластырь и заклеивая им палец. - Возьмем, к примеру, Королевского Гонца
(*36). Он сейчас в тюрьме, отбывает наказание, а суд начнется только в будущую среду.
Ну, а про преступление он еще и не думал!
- А если он не совершит преступления? - спросила Алиса.
- Тем лучше, - сказала Королева и обвязала пластырь на пальце ленточкой. - Не
правда ли?
_Возражать_ было нечего.
- Конечно, - согласилась Алиса. - Только за что же его тогда наказывать?
