- Держись покрепче, не то плюхнешься в воду, - предостерегала его Пеппи, с азартом
следя за ним.
И все-таки Джим плюхнулся. Бук, стоя на берегу, кричал и ругался. Джим тоже закричал,
потому что заметил, что две акулы плывут прямо на него. Когда они были уже на расстоянии
метра, Пеппи метнула в одну из акул большой кокосовый орех, да так метко, что угодила
ей прямо в голову. Обе акулы так испугались, что Джим сумел кое-как доплыть до скального
выступа и взобраться на него. Вода струйками стекала с его одежды, и вообще вид
у него был весьма жалкий. Бук ругал его на чем свет стоит.
- Полезай-ка сам, тогда увидишь, каково это, - огрызнулся Джим.
- Уж я-то тебе покажу, как надо лазить по скалам, - хвастливо заявил Бук и схватился
за выступ. Дети не сводили с него глаз. Анника даже немного испугалась, потому что
с каждой минутой он неумолимо приближался.
- Ой, ой, туда не становись, оттуда ты наверняка свалишься! - вдруг крикнула
ему Пеппи.
- Куда? - испуганно спросил Бук.
- Вон туда, - ответила Пеппи и показала на камень.
Бук посмотрел вниз, себе под ноги, и тут же сорвался.
- Если дело так пойдет дальше, мы в два счета израсходуем наши запасы кокосовых
орехов, - сокрушенно заметила Пеппи, бросая очередной орех в подплывшую акулу, чтобы
помешать ей съесть Бука, который, обезумев от ужаса, барахтался в воде.
Когда он выбрался, наконец, на берег, он был злой как черт и вид у него был не
менее жалкий, чем у Джима. И все же он снова стал карабкаться по скалам, потому
что твердо решил не отступать перед трудностями, во что бы то ни стало добраться
до пещеры и отобрать у детей весь жемчуг.
На этот раз дело у него пошло куда лучше. Когда он дополз уже почти до самого
входа в пещеру, он торжествующе завопил:
- Попались, детки! Теперь вы мне за все заплатите!
Тогда Пеппи высунула из пещеры руку и указательным пальцем ткнула Бука в живот.
Раздался всплеск - Бук снова отчаянно барахтался в воде.
- Прихватил бы с собой хоть два ореха, когда лез к нам, а то просто жалко их
изводить на тебя! - крикнула ему Пеппи, оглушая очередную акулу.
А тут, как назло, подплыло еще несколько акул, и ей пришлось кидать орех за орехом.
Один из них угодил Буку по голове.
- Ой, прости, пожалуйста, я думала, это голова акулы, - вежливо извинилась Пеппи,
когда Бук взвыл от боли. Орех этот оказался на редкость большим и тяжелым.
Джим и Бук решили больше не рисковать жизнью, а подождать, пока ребята сами выйдут
из пещеры.
- Ведь рано или поздно они проголодаются, и им волей-неволей придется выбраться
из своего убежища, - угрюмо сказал Бук, - вот тогда-то они запоют по-другому.
Он крикнул детям:
- Я за вас очень волнуюсь: вы же подохнете с голоду, если решите долго отсиживаться
в пещере.
- У тебя доброе сердце, это сразу видно, - ответила Пеппи. - Только зря ты себе
кровь портишь, на ближайшие две недели у нас здесь еды за глаза хватит. Потом, правда,
уже придется выдавать каждому порцию на день.
И для пущей убедительности Пеппи тут же разбила большой кокосовый орех, выпила
кокосовое молоко и стала с аппетитом уплетать его дивную сердцевину.
Джим и Бук в бешенстве выкрикивали всевозможные ругательства, чтобы хоть как-то
облегчить себе душу. Солнце уже клонилось к закату, и друзьям явно предстояло провести
ночь на берегу. Они боялись отправиться ночевать на свой пароходик, потому что дети
могли бы за это время выбраться из пещеры и спрятать где-нибудь жемчуг. Им ничего
не оставалось, как улечься на скалистом берегу в мокрых штанах, но приятного в этом
было мало. А тем временем дети в пещере ели кокосовые орехи и плоды хлебного дерева.
Глаза у них сияли - все это было так захватывающе интересно. Иногда кто-нибудь высовывал
голову из отверстия пещеры. Ухе совсем стемнело, и силуэты Джима и Бука с трудом
можно было различить на берегу, зато до детей отчетливо доносились их голоса - бандиты
продолжали ругаться.
Вдруг, буквально за несколько минут, налетела гроза, да такая, какая бывает только
в тропиках:
казалось, небо разверзлось, дождь хлестал как из ведра. Пеппи высунула из пещеры
кончик носа.
- До чего же вам везет, сразу видно, вы родились в сорочке! - крикнула она Джиму
и Буку.
- Что ты хочешь этим сказать? - с надеждой в голосе спросил Бук.
Он решил, что дети раскаялись и готовы теперь отдать им весь жемчуг.
- Почему ты считаешь, что нам везет?
- А то как же, конечно, везет! Вы могли бы сейчас промокнуть до нитки, но, к
счастью, вы успели до этого искупаться прямо в одежде. И этот ливень вам нипочем.
В ответ послышалась грубая брань, но дети не поняли, кто ругался - Джим или Бук.
- Спокойной вам ночи, приятного сна! - крикнула Пеппи. - И нам тоже пора спать.
Все дети улеглись в пещере. Томми и Анника расположились рядом с Пеппи и держали
ее за руки - на всякий случай. Как там было уютно, тепло, сухо, и убаюкивал шум
дождя.
Х
Как Пеппи проучила бандитов
Дети прекрасно спали всю ночь. Но этого нельзя сказать о Джиме и Буке. До полуночи
бандиты кляли ливень, а когда дождь кончился, стали ругаться, выясняя, по чьей вине
они не смогли украсть жемчуг и кому пришел в голову дурацкий план отправиться на
этот остров. Но когда взошло солнце и высушило их промокшую одежду, а из отверстия
пещеры выглянуло веселое личико Пеппи - она пожелала им доброго утра, - бандиты
твердо решили не останавливаться ни перед чем, любой ценой раздобыть жемчуг и покинуть
остров только с этим сокровищем. Но они еще не знали, как им удастся осуществить
свой план.
Тем временем лошадь Пеппи начала беспокоиться, куда пропали Пеппи, Томми и Анника.
Господин Нильсон, вернувшись из джунглей после встречи со своими родичами, тоже
удивлялся исчезновению ребят. К тому же ему хотелось узнать, что скажет Пеппи, когда
обнаружит, что он потерял в джунглях свою соломенную шляпу.
Лошадь и обезьяна решили отправиться на поиски Пеппи. Господин Нильсон вскочил
на лошадь и ухватился за ее хвост. Вскоре они прискакали на южную часть острова
и тут же увидели Пеппи, которая как раз выглянула из пещеры. Лошадь радостно заржала.
- Гляди, Пеппи, вон твоя лошадь! - крикнул Томми.
- А господин Нильсон вцепился ей в хвост! - подхватила Анника.
Джим и Бук услышали голоса детей. Так они узнали, что лошадь, которая рысью бежала
вдоль берега, принадлежала Пеппи, этому рыжему чертенку, засевшему в пещере.
Бук побежал за лошадью и схватил ее за гриву.
- Эй ты, колдунья, - крикнул он Пеппи, - я сейчас убью твою лошадь?
- Ты хочешь убить лошадь, которую я так люблю, - ужаснулась Пеппи, - такую милую,
чудную, добрую лошадь?! Нет,, ты этого никогда не сделаешь!
- Еще как- сделаю! Ты же сама к этому вынуждаешь, - заявил Бук, - я ее убью,
если ты не принесешь нам весь жемчуг. Ну, поживей! Спускайся> не то через несколько
минут лошадь будет зарезана.
Пеппи с серьезным видом поглядела на Бука.
- Милый человек, - сказала она, - я прошу тебя, прошу от всего сердца: не убивай
мою лошадь и оставь детям жемчуг.
- Ты слышала, что я тебе сказал? Я не люблю повторять одно и то же. Немедленно
спускайся с жемчугом, а не то...
И Бук добавил тихо, обращаясь к Джиму:
- Пусть она только спустится с жемчугом. Ух я ее разделаю под орех в благодарность
за эту ужасную ночь, которую мы провели здесь. А лошадь мы увезем с собой и высадим
на каком-нибудь другом острове... А ну поторапливайся, девчонка, мне надоело ждать!
- Иду, - ответила Пеппи, но только не забудь, что ты сам просил меня об этом.
По узким скалистым уступам Пеппи так легко сбежала вниз, словно это была ровная
садовая дорожка, а потом прыгнула с высокой скалы и в одно мгновение очутилась на
том плато, где стояли Бук и Джим, держа лошадь за гриву. Она встала перед Буком,
маленькая и тоненькая, в одной набедренной повязке, рыжие косички смешно торчали
в разные стороны, а глаза горели каким-то странным огнем.
- Где жемчуг, давай скорей! - крикнул Бук.
- Сегодня я его не взяла с собой, потому что мы решили играть в чехарду, - ответила
Пеппи.
Услышав этот ответ, Бук заревел от бешенства, да так дико, что Анника наверху
в пещере задрожала.
- Я вижу, мне придется прикончить не только лошадь, но и тебя! - завопил он и
кинулся к Пеппи.
- Полегче на поворотах, дружок! - сказала Пеппи и, обхватив руками бандита, подкинула
его метра на три над головой. Когда он упал, он больно ударился о скалу. Тут настал
черед Джима. Только он размахнулся, чтобы стукнуть Пеппи, как она ловко увернулась,
схватила Джима и тоже зашвырнула его на скалу, а когда он упал, тоже больно ударился.
Джим и Бук сидели теперь на скале и громко стонали, а Пеппи ходила вокруг и отчитывала
их:
- Это просто позор так себя вести! Вы слишком пристрастились к игре в шарики.
Куда это годится! Вы должны научиться отказываться от любых игр и от всяких развлечений.
Главное в человеке - чувство меры, - закончила она назидательно.
Потом Пеппи схватила Джима и Бука за шиворот, стащила их в лодку и оттолкнула
ее от берега.
- Поезжайте-ка поскорее домой и попросите вашу маму, чтобы она дала вам каждому
по пять эре, тогда вы сможете купить себе пластмассовые шарики и наиграетесь всласть,
- напутствовала их Пеппи, - уверяю вас, пластмассовыми шариками играть не хуже,
чем жемчужными.
Несколько минут спустя пароход бандитов полным ходом удалялся от острова Веселия.
И с тех пор они ни разу больше не появлялись в этих краях.
Пеппи погладила лошадь. Господин Нильсон прыгнул Пеппи на плечо. А тут как раз
из-за дальнего мыса показался длинный ряд лодок. Это капитан и островитяне возвращались
с охоты. Пеппи закричала от радости и стала им махать, а они приветствовали детей,
подняв вверх весла.
Пеппи быстро приладила канат, чтобы Томми, Анника и все остальные ребята могли
спуститься вниз. Когда лодки через несколько минут вошли в бухту, где на волнах
покачивалась "Попрыгунья", все дети стояли на берегу.
Капитан Длинныйчулок хлопнул Пеппи по плечу.
- Все было спокойно? - спросил он.
- Ага, - ответила Пеппи.
- Ну, Пеппи, что ты говоришь, - сказала Анника, - здесь чуть-чуть не случилось
несчастье.
- Верно, а я забыла! - воскликнула Пеппи. - Но ничего особенного не случилось,
папа Эфроим. Знаешь, все-таки когда тебя нет, у нас обязательно что-нибудь случается.
- Ну скажи мне скорей, детка, что здесь произошло? - с тревогой в голосе спросил
капитан Длинныйчулок.
- Я же говорю, ничего особенного. Просто господин Нильсон потерял в джунглях
свою соломенную шляпу.
XI
Как Пеппи покидает страну Веселию
Дни быстро шли. Удивительные дни в этом удивительном теплом краю, где всегда
сияло солнце, сверкала синяя вода и благоухали цветы.
Томми и Анника так загорели, что их почти нельзя было отличить от веселят. А
веснушки Пеппи стали чуть не с блин величиной.
- Наше путешествие заменило мне посещение института красоты, - радостно говорила
Пеппи. - Никогда еще я не была такой веснушчатой и красивой. Если так пойдет дальше,
я стану просто неотразима.
Собственно говоря, Момо, и Моана, и все другие дети считали, что Пеппи и так
совершенно неотразима. Никогда еще им не было так весело, как теперь, и они полюбили
Пеппи не меньше, чем ее любили Томми и Анника. Томми и Аннику они, конечно, тоже
полюбили, а Пеппи, Томми и Анника, в свою очередь, всем сердцем привязались к местным
ребятам. Поэтому им и было так весело всем вместе, и они играли целые дни напролет
и никак не могли наиграться. Часто они проводили по нескольку дней в пещере. Пеппи
отнесла туда одеяла, и теперь они могли там ночевать с большими удобствами, чем
в первую ночь. Она сплела веревочную лестницу, которую спустила с отвесной скалы
прямо в море, и все ребята с легкостью лазили вверх и вниз и купались, сколько им
вздумается. Да, теперь они могли плескаться в воде без всякой опаски, потому что
Пеппи оградила под пещерой довольно большое пространство крепкой сеткой, которую
не могла прокусить ни одна акула. Как интересно было заплывать в нижние пещеры,
заполненные водой! Со временем Томми и Анника тоже научились нырять и доставать
со дна жемчужные раковины. Первая жемчужина, которую достала Анника, была на редкость
красивая и крупная. Она решила взять ее с собой и сделать кольцо с жемчужиной на
память о стране Веселии.
Иногда они играли в бандитов. Пеппи изображала Бука, который хочет пробраться
в пещеру, чтобы похитить весь жемчуг. Томми скатывал веревочную лестницу, к Пеппи
приходилось карабкаться по уступам скал. Все дети кричали:
"Бук идет, Бук идет!** Когда Пеппи, наконец, влезала в пещеру, они по очереди
толкали ее пальцем в живот, она падала в воду, ныряла и потом долго барахталась,
смешно болтая ногами. А все ребята так хохотали, что сами едва не падали вслед за
ней из пещеры.
Когда им надоедало играть в пещере, они уходили в свой бамбуковый дом: за это
время Пеппи вместе с ребятами построила настоящий бамбуковый дом - большой, четырехугольный,
сложенный из толстых бамбуковых стволов, и взбираться на крышу дома, карабкаясь
по стене, было на редкость увлекательно. Возле дома стояла высоченная кокосовая
пальма. Пеппи вырубила на ней ступеньки, так что можно было влезать на самую верхушку,
откуда открывался замечательный вид. Между двумя другими пальмами Пеппи повесила
канат, который сплела из лиан. Это было особое удовольствие. Если сильно раскачаться,
а потом выпустить из рук канат, то можно нырнуть прямо в воду. Пеппи раскачивалась
так сильно и так долго летела, прежде чем падала в воду, что говорила: "В один прекрасный
день я долечу, наверное, до Австралии; пожалуй, не позавидуешь тому, кому я сяду
на голову".
Дети совершали также экскурсии в джунгли. Там были довольно высокая гора и водопад,
который падал с обрыва. Пеппи задумала прокатиться по этому водопаду в бочке и тут
же принялась осуществлять свои замыслы. Она достала на "Попрыгунье" пустую бочку,
влезла туда и попросила Момо и Томми забить ее, докатить до водопада и столкнуть
в воду. Мощный водоворот тут же подхватил и закрутил бочку, и в конце концов дети
потеряли ее из виду - ее поглотил могучий поток бурлящей и пенящейся воды. Когда
на глазах у детей бочка с Пеппи исчезла в бурном потоке, они до смерти перепугались,
решив, что никогда больше ее не увидят. Но вскоре бочку прибило к берегу, из нее
выскочила веселая Пеппи и заявила:
