- Почему это я не смогу ответить? Я вот что скажу: "Если тебе уж так важно узнать,
какой главный город Португалии, то напиши прямо в Португалию,- португальцы с удовольствием
сообщат тебе, как называется их столица".
- И тебе не будет стыдно, что сама не смогла ответить?
- Возможно, будет, - сказала Пеппи.- И я долго не засну в тот вечер, буду все
лежать и вспоминать: ну а в самом деле, как же называется столица Португалии? Но
я скоро утешусь - тут Пеппи сделала стойку, прошлась на руках и добавила: - Потому,
что ведь я была в Лиссабоне с папой.
Тут в разговор вмешался первый полицейский и сказал, чтобы Пеппи не воображала,
что она может поступить, как хочет, - ей приказано отправляться в детский дом и
нечего больше болтать попусту. И он подошел к Пеппи и схватил ее за руку. Но Пеппи
тут же вырвалась и, слегка шлепнув полицейского по спине, крикнула:
- Я вас осалила! Вам водить!
И, прежде чем он успел опомниться, она вскочила на балюстраду террасы, а оттуда
быстро забралась на балкон второго этажа.
Полицейским вовсе не хотелось лезть наверх таким способом. Поэтому они оба кинулись
в дом и поднялись по лестнице. Но когда они очутились на балконе, Пеппи уже сидела
на крыше. Она карабкалась по черепице с ловкостью обезьяны. В одно мгновение она
оказалась на коньке крыши, а оттуда перескочила на трубу.
Полицейские сидели на балконе и в растерянности чесали затылки.
Томми и Анника с лужайки восторженно следили за Пеппи.
- До чего весело играть в салочки! - крикнула Пеппи полицейским.- Как мило с
вашей стороны, что вы пришли поиграть со мной. У меня сегодня счастливый день, это
точно!
Немного поразмыслив, полицейские сходили за лестницей, прислонили ее к стене
дома и друг за дружкой стали взбираться на крышу. Оскальзываясь на черепице и с
трудом балансируя, двинулись они к Пеппи, но вид у них был весьма перепуганный.
- Смелее! Смелее! - подбадривала их Пеппи.- Это совсем не страшно.
Но когда полицейские почти доползли до Пеппи, она, заливаясь веселым смехом,
и даже повизгивая от удовольствия, спрыгнула с трубы и перебралась на другой скат
крыши. С той стороны рядом с домом росло дерево.
- Глядите, я падаю! - крикнула Пеппи и, прыгнув с карниза, повисла на ветке,
покачиваясь на ней, а потом ловко соскользнула вниз по стволу. Очутившись на земле,
Пеппи обежала дом и отставила лестницу, по которой взбирались на крышу полицейские.
Полицейские перепугались, когда Пеппи прыгнула на дерево. Но они просто пришли в
ужас, увидев, что девочка унесла лестницу. Окончательно рассвирепев, они орали,
грозили Пеппи ужасными карами и требовали, чтобы Пеппи немедленно поставила лестницу
на место, не то они, мол, с ней не так поговорят.
- Чего вы сердитесь? - с упреком спросила их Пеппи.- Мы же играем в салочки,
к чему зря злиться?
Полицейские немного помолчали, и наконец один из них сказал смущенно:
- Послушай, девочка, будь добра, поставь назад лестницу, чтобы мы могли спуститься.
- С удовольствием, ответила Пеппи и тут же приставила лестницу. - А потом мы
можем, если хотите, выпить кофейку и вообще весело провести время вместе.
Но полицейские оказались коварными людьми. Едва ступив на землю, они кинулись
к Пеппи, схватили ее и закричали:
- Вот теперь ты попалась, скверная девчонка!
- Я с вами больше не играю. Я не вожусь с теми, кто жулит в игре, - ответила
Пеппи и, взяв обоих полицейских за пояса, выволокла их из сада на улицу. Там она
их отпустила, но они еще долго не могли прийти в себя.
- Одну минуточку! - крикнула им Пеппи и со всех ног бросилась на кухню. Вскоре
она снова появилась, держа в руках по булочке.
- Отведайте, пожалуйста! Правда, они немножко подгорели, но это неважно.
Затем Пеппи подошла к Томми и Аннике, которые стояли, рты раскрыв, и только диву
давались. А полицейские поспешили вернуться в город и сказали тем, кто их посылал,
что Пеппи не годится для детского дома. Полицейские, конечно, утаили, что сидели
на крыше. И взрослые решили: раз так, пусть эта девочка живет как хочет. Главное,
чтобы она ходила в школу, а в остальном она вольна сама собой распоряжаться.
Что до Пеппи, Томми и Анники, то они прекрасно провели остаток дня. Сперва они
допили кофе, и Пеппи, успешно справившись с четырнадцатью булочками, сказала:
- Все-таки были какие-то не настоящие полицейские - болтали что-то о детском
доме, о таблице уважения и о Лиссабоне...
Затем Пеппи вынесла лошадь в сад, и дети стали кататься верхом.
Правда, Анника поначалу боялась лошади. Но когда она увидела, как весело скачут
по саду Томми и Пеппи, она тоже решила попробовать. Пеппи ловко посадила ее, лошадь
затрусила рысцой по дороге, а Томми запел во все горло:
Мчатся шведы, грохоча.
Схватка будет горяча!
Вечером, когда Томми и Анника уже лежали в своих кроватках, Томми сказал:
- До чего здорово, что Пеппи приехала сюда жить. Верно, Анника?
- Ну конечно, здорово!
- Знаешь, я даже не помню, во что мы, собственно говоря, играли до нее.
- Мы играли в кегли, в крокет или просто в мяч. Но с Пеппи куда веселее!.. А
тут еще лошадь и обезьянка! Верно?
IV
Как Пеппи идет в школу
Конечно, и Томми и Анника ходили в школу. Каждое утро ровно в восемь они, взявшись
за руки, с учебниками в сумках, отправлялись в путь.
Как раз в этот час Пеппи больше всего любила ездить верхом на лошади, или наряжать
Нильсона, или делать зарядку, которая заключалась в том, что она сорок три раза
подряд, не сгибаясь, подскакивала на месте. Затем Пеппи устраивалась у кухонного
стола и в полном покое выпивала большую чашку кофе и съедала несколько бутербродов
с сыром.
Проходя мимо виллы "Курица", Томми и Анника с тоской глядели через ограду - уж
очень им хотелось свернуть сюда и весь день проиграть со своей новой подружкой.
Вот если бы Пеппи тоже ходила в школу, им было бы не так обидно тратить на учение
столько времени.
- До чего же весело бежать домой после школы, особенно если нам втроем, а, Пеппи?
- сказал как-то Томми, смутно надеясь ее соблазнить.
- И в школу мы бы тоже ходили вместе, а? - умоляюще добавила Анника.
Чем больше ребята думали о том, что Пеппи не ходит в школу, тем печальнее становилось
у них на душе. И в конце концов они решили во что бы то ни стало уговорить ее ходить
в школу вместе с ними.
- Ты даже представить себе не можешь, какая у нас замечательная учительница,
- сказал однажды Томми, лукаво взглянув на Пеппи. Он и Анника прибежали к ней, наспех
сделав уроки.
- Ты не знаешь, как интересно у нас в классе! - подхватила Анника.- Если бы меня
не пускали в школу, я бы просто с ума сошла от горя.
Пеппи, сидя на низенькой скамеечке, мыла ноги в огромном тазу. Она ничего не
сказала в ответ, только принялась так брызгаться, что расплескала почти всю воду.
- Да и сидеть там надо недолго, только до двух часов, - снова начал Томми.
- Понимаешь, только до двух, и оглянуться не успеешь, как звонок. А кроме того,
бывают каникулы. Рождественские, пасхальные, летние...- в тон ему продолжала Анника.
Пеппи задумалась, но по-прежнему молчала. Вдруг она с решительным видом выплеснула
остаток воды из таза прямо на пол, хотя там сидел господин Нильсон и играл зеркалом.
- Это несправедливо, - строго сказала Пеппи, не обращая ни малейшего внимания
ни на гнев господина Нильсона, ни на его мокрые штаны. Это ужасно несправедливо,
и я не стану с этим мириться!
- Что несправедливо? - удивился Томми.
- Через четыре месяца будет рождество и у вас начнутся рождественские каникулы.
А у меня что начнется? - В голосе Пеппи звучали слезы. У меня не будет никаких рождественских
каникул, даже самых коротеньких, - продолжала она жалобно. - Это надо изменить.
Завтра же я отправляюсь в школу.
От радости Томми и Анника захлопали в ладоши.
- Ура! Ура! Так мы тебя будем ждать завтра ровно, в восемь у наших ворот.
- Нет, - сказала Пеппи.- Это для меня слишком рано. А кроме того, я поеду в школу
верхом.
Сказано - сделано. В десять часов Пеппи вынесла свою лошадь в сад и отправилась
в путь.
А через несколько минут все жители городка кинулись к окнам, с ужасом провожая
взглядом маленькую девочку, которую понесла взбесившаяся лошадь. На самом же деле
ничего ужасного не происходило. Просто Пеппи торопилась в школу. Она галопом влетела
во двор, спрыгнула на землю и привязала лошадь к дереву. Подойдя к двери класса,
она с таким грохотом распахнула ее, что все ребята от неожиданности подскочили на
своих местах, и, помахав своей широкополой шляпой, что есть мочи крикнула:
- Привет! Надеюсь, я не опоздала на таблицу уважения?
Томми и Анника предупредили учительницу, что в класс должна прийти новая девочка,
которую зовут Пеппи Длинныйчулок. Учительница и без того уже слышала о Пеппи - в
маленьком городке, где все про всех знают, о ней шло немало толков. А так как учительница
была милой и доброй, то она решила сделать все, чтобы Пеппи в школе понравилось.
Не дожидаясь приглашения, Пеппи уселась за пустую парту. Но учительница не сделала
ей никакого замечания. Наоборот, она сказала очень приветливо:
- Добро пожаловать к нам в школу, милая Пеппи. Надеюсь, тебе у нас понравится
и ты здесь многому научишься.
- А я надеюсь, что у меня скоро будут рождественские каникулы, - ответила Пеппи.-
Для этого я и пришла сюда. Справедливость прежде всего.
- Скажи мне, пожалуйста, твое полное имя. Я запишу тебя в список учеников.
- Меня зовут Пеппилотта- Виктуалина- Рольгардина, дочь капитана Эфроима Длинныйчулок,
прежде Грозы Морей, а теперь негритянского короля. Вообще-то говоря, Пеппи - это
мое уменьшительное имя. Папа считал, что Пеппилотту произносить слишком долго.
- Ясно, - сказала учительница.- Тогда мы тоже будем звать тебя Пеппи. А теперь
давай посмотрим, что ты знаешь. Ты уже большая девочка и, наверное, многое умеешь.
Начнем с арифметики. Скажи, пожалуйста, Пеппи, сколько будет, если к семи прибавить
пять?
Пеппи взглянула на учительницу с недоумением и недовольством.
- Если ты, такая большая, сама это не знаешь, то неужели думаешь, что я стану
считать за тебя? - ответила она учительнице.
У всех учеников глаза на лоб полезли от удивления. А учительница терпеливо объяснила,
что так в школе не отвечают, что учительнице говорят "вы" и, обращаясь к ней, называют
ее "фрекен".
- Простите, пожалуйста, - сказала Пеппи смутившись.- Я этого не знала и больше
так делать не буду.
- Надеюсь, - сказала учительница. - Вот ты не хотела считать за меня, а я охотно
сосчитаю за тебя: если к семи прибавить пять, получится двенадцать.
- Подумать только! - воскликнула Пеппи. Оказывается, ты сама можешь это сосчитать.
Зачем же ты тогда у меня спрашивала?.. Ой, я опять сказала "ты" - простите, пожалуйста.
И в наказание Пеппи сама себя больно ущипнула за ухо.
Учительница решила не обращать на это никакого внимания и задала следующий вопрос:
- Ладно, Пеппи, а теперь скажи, сколько будет восемь и четыре?
- Думаю, шестьдесят семь, - ответила Пеппи.
- Неверно, - сказала учительница, - восемь и четыре будет двенадцать.
- Ну, старушка, это уж слишком! Ты же сама только что сказала, что пять и семь
будет двенадцать. Какой-то порядок нужен и в школе! А если уж тебе так хочется заниматься
всеми этими подсчетами, то стала бы в уголок да считала себе на здоровье, а мы тем
временем пошли бы во двор играть в салочки... Ой, я, кажется, снова говорю "ты"!
Простите меня в последний раз. Я постараюсь вести себя лучше.
Учительница сказала, что готова и на этот раз простить Пеппи, но, видно, пока
не стоит задавать ей вопросы по арифметике, лучше вызвать других детей.
- Томми, реши, пожалуйста, такую задачу: у Лизи было семь яблок, а у Акселя -
девять. Сколько яблок было у них вместе?
- Да, сосчитай-ка это, Томми,- вмешалась вдруг Пеппи,- и, кроме того, скажи:
почему у Акселя живот болел больше, чем у Лизи, и в чьем саду они нарвали яблок?
Фрекен снова сделала вид, что ничего не слышала, и сказала, обращаясь к Аннике:
- Ну, Анника, теперь ты сосчитай. Густав пошел со своими товарищами на экскурсию.
Ему дали с собой одну крону, а вернулся он с семью эре. Сколько денег потратил Густав?
- А я хочу знать, - сказала Пеппи,- почему этот мальчишка так сорил деньгами?
И что он купил на них: лимонаду или что-нибудь еще? И хорошо ли он вымыл уши, когда
собирался на экскурсию?
Учительница решила сегодня больше не заниматься арифметикой. Она подумала, что,
быть может, чтение у Пеппи пойдет лучше. Поэтому она вынула из шкафа картонку, на
которой был нарисован ежик. Под рисунком стояла большая буква "П".
- Ну, Пеппи, сейчас я покажу тебе интересную вещь. Это П-е-е-жик. А буква, которая
изображена вот тут, называется "П".
- Ну да? А я всегда думала, что е - это большая палочка с тремя маленькими поперек
и двумя мушиными крапинками наверху. Скажите мне, пожалуйста, что общего имеет ежик
с мушиными крапинками?
Учительница не ответила на вопрос Пеппи, а вынула другую картонку, на которой
была нарисована змея, и сказала, что буква под картинкой называется "З".
- Когда говорят о змеях, я всегда вспоминаю, как я дралась с гигантской змеей
в Индии. Вы даже представить себе не можете, какая это была страшная змея: четырнадцать
метров длиной и злая, как оса. Каждый день она пожирала не меньше пяти взрослых
индийцев, а на закуску лакомилась двумя маленькими детьми. И вот однажды она решила
полакомиться мною. Она обвилась вокруг меня, но я не растерялась и изо всех сил
стукнула ее по голове. Бах! Тут она как зашипит: ф-ф-ф! А я ее еще раз - бац! И
тогда она - ух! Да, да, вот точно так это было. Очень страшная история!..
Пеппи перевела дух, а учительница, которая к этому времени окончательно поняла,
что Пеппи трудный ребенок, предложила всему классу нарисовать что-нибудь. "Наверное,
рисование увлечет Пеппи и она хоть немного посидит спокойно", - подумала фрекен
и раздала ребятам бумагу и цветные карандаши.
- Вы можете рисовать все, что хотите, - сказала она и, сев за свой столик, принялась
проверять тетради. Через минуту она подняла глаза, чтобы посмотреть, как дети рисуют,
и обнаружила, что никто не рисовал, а все смотрели на Пеппи, которая, лежа ничком,
рисовала прямо на полу.
- Послушай, Пеппи,- с раздражением сказала учительница, - почему ты не рисуешь
на бумаге?
