-- Домомучительница хочет залезть в такую, маленькую коробочку?! Такая громадина!
Да ее пришлось бы сложить вчетверо!
Малыш вздохнул. Карлсон явно ничего не понял. Малыш начал объяснять все сначала.
Особым успехом эта попытка не увенчалась, но в конце концов ему все же удалось втолковать
Карлсону, как удивительно действует эта штуковина.
-- Чтобы попасть в телевизор, фрекен Бок вовсе не надо самой лезть в ящик, она
может преспокойно сидеть себе в нескольких милях от него, и все же она будет видна
на экране как живая, -- объяснил Малыш.
-- Домомучительница... как живая... вот ужас! -- воскликнул Карлсон. -- Лучше
разбей этот ящик либо сменяй его на другой, полный плюшек, они нам пригодятся.
Как раз в этот момент на экране появилось личико хорошенькой дикторши. Она так
приветливо улыбалась, что Карлсон широко открыл глаза.
-- Пожалуй, надо еще подумать, -- сказал он. -- Во всяком случае, уж если менять,
то только на очень свежие плюшки. Потому что я вижу, этот ящик ценней, чем сперва
кажется.
Дикторша продолжала улыбаться Карлсону, и он улыбался ей в ответ. Потом он оттолкнул
Малыша в сторону:
-- Погляди только на нее! Я ей нравлюсь, да-да, она ведь видит, что я красивый,
умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил.
Вдруг дикторша исчезла. Вместо нее на экране возникли два серьезных полных господина,
которые все болтали и болтали. Карлсону это пришлось не по душе. Он начал нажимать
на все кнопки и вертеть все ручки.
-- Не крути, этого нельзя делать, -- сказал Малыш.
-- Как так -- нельзя? Я хочу выкрутить обратно ту милую девушку, -- сказал Карлсон.
Он крутил ручки во все стороны, но дикторша не появлялась. Добился он только
того, что полные господа стали на глазах еще больше полнеть, ноги у них сделались
короткими-прекороткими, а лбы нелепо вытянулись. Эти изменения очень развеселили
Карлсона -- он довольно долго забавлялся такой игрой с телевизором.
-- Старики во всем слушаются моей команды, -- сказал он с довольным видом.
А господа на экране, меняя облик, продолжали без умолку болтать, пока Карлсон
им не помешал.
-- Я лично считаю... -- начал один из них.
-- А какое мне дело, что ты считаешь? -- перебил его Карлсон. -- Отправляйся-ка
лучше домой и ложись спать!
Он с треском выключил аппарат и радостно засмеялся.
-- Вот он, наверно, разозлился! Так я и не дал ему сказать, что он лично считает!
Телевизор явно надоел Карлсону, он уже жаждал новых развлечений.
-- Где домомучительница? Позови ее, я ее разыграю.
-- Разыграешь... это как? -- с тревогой спросил Малыш.
-- Существуют три способа укрощать домомучительниц, -- объяснил Карлсон. -- Их
можно низводить, дразнить и разыгрывать. Собственно говоря, все это одно и то же,
но разыгрывать -- самый прямой путь борьбы с ними.
Малыш встревожился еще больше. Если Карлсон вступит в прямую борьбу с фрекен
Бок, она его непременно увидит, а именно этого не должно случиться. Пока папа и
мама в отъезде, Малыш, как бы ему ни было трудно, обязан помешать этой встрече.
Надо как-то напугать Карлсона, чтобы он сам старался не попадаться на глаза фрекен
Бок. Малыш подумал, а потом сказал не без лукавства:
-- Карлсон, ты, видно, хочешь попасть в телевизор?
Карлсон энергично замотал головой.
-- В этот вот ящик? Я? Ни за что на свете! Пока буду в силах защищаться, меня
туда не затащат. -- Но он тут же задумался и добавил: -- Хотя, может быть. Если
я там оказался бы рядом с этой милой девчонкой...
Малыш стал уверять его, что на это надеяться нечего. Напротив, если он попадет
в телевизор, то не иначе, как с домомучительницей.
Карлсон вздрогнул.
-- Домомучительница и я в такой маленькой коробке?.. Ой, ой! Вот тут-то и произойдет
землетрясение в Нурланде! Как только тебе в голову взбрела такая дурацкая мысль?
Тогда Малыш рассказал ему о намерениях фрекен Бок сделать для телевидения передачу
о привидениях да еще такую, чтобы Фрида со стула упала.
-- Разве домомучительница видела у вас привидения? -- удивился Карлсон.
-- Нет, видеть не видела, -- сказал Малыш, -- но слышала, как оно мычало перед
окном. Понимаешь она решила, что ты -- привидение.
И Малыш стал объяснять, какая связь между Фридой, домомучительницей и Карлсоном,
но он жестоко ошибся в своих расчетах.
Карлсон опустился на колени и немножко повыл от удовольствия, а кончив выть,
хлопнул Малыша по спине:
-- Береги домомучительницу! Она самая ценная мебель в вашем доме. Береги как
зеницу ока! Потому что теперь мы и в самом деле сумеем позабавиться.
-- А как? -- с испугом спросил Малыш.
-- О! -- вопил Карлсон. -- Не одна только Фрида упадет со стула. Все телевизионные
старики и вообще все на свете бледнеет перед тем, что вы увидите!
Малыш встревожился еще больше.
-- Что же мы увидим?
-- Маленькое привидение из Вазастана! -- провозгласил Карлсон и загорланил: --
Гоп, гоп, ура!
И тут Малыш сдался. Он предостерег Карлсона, он честно пытался поступить так,
как хотели папа и мама. Но теперь пусть будет так, как хочет Карлсон. Все равно
в конце концов всегда все получается по его. Пусть Карлсон выкидывает любые штуки,
изображает привидение и разыгрывает фрекен Бок сколько ему будет угодно. Малыш больше
не собирается его останавливать. А приняв это решение, он подумал, что они и в самом
деле смогут позабавиться на славу. Он вспомнил, как однажды Карлсон уже изображал
привидение и прогнал воров, которые хотели украсть мамины деньги на хозяйство и
все столовое серебро. Карлсон тоже не забыл этого случая.
-- Помнишь, как нам тогда было весело? -- спросил он. -- Да, кстати, где же мой
привиденческий костюм?
Малышу пришлось сказать, что его взяла мама. Она очень сердилась тогда из-за
испорченной простыни. Но потом она поставила заплатки и снова превратила привиденческий
костюм в простыню.
Карлсон фыркнул от возмущения:
-- Меня просто бесит эта любовь к порядку! В вашем доме ничего нельзя оставить.
-- Он сел на стул и надулся. -- Нет, так дело не пойдет, так я не играю. Можешь
сам стать привидением, если хочешь.
Но он тут же вскочил со стула, подбежал к бельевому шкафу и распахнул дверцы:
-- Здесь наверняка найдется еще какая-нибудь простынка.
И он вытащил было одну из лучших маминых льняных простыней, но Малыш остановил
его:
-- О нет, эту не надо! Положи ее... Вот тут есть и старые, чиненые.
Карлсон скорчил недовольную мину:
-- Старые, чиненые простыни! Я думал, маленькое привидение из Вазастана должно
щеголять в нарядных воскресных одеждах. Впрочем... раз уж у вас такой дом... давай
сюда эти лохмотья.
Малыш вынул две старенькие простыни и дал их Карлсону:
-- Если ты их сошьешь, то вполне может получиться одежда для привидения. Карлсон
угрюмо стоял с простынями в руках.
-- Если я их сошью? Ты хочешь сказать, если ты их сошьешь... Давай полетим ко
мне, чтобы домомучительница не застала нас врасплох!
Около часа Малыш сидел у Карлсона и шил костюм для привидения. В школе на уроках
труда он научился шить разными стежками, но никто никогда не учил его, как из двух
стареньких простыней сшить приличный костюм для привидения. Это ему пришлось продумать
самому.
Он, правда, попытался было обратиться за помощью к Карлсону.
-- Ты бы хоть скроил, -- попросил Малыш.
Но Карлсон покачал головой.
-- Уж если что кроить, то я охотнее всего раскроил бы твою маму! Да, да! Зачем
это ей понадобилось загубить мой привиденческий костюм? Теперь ты должен сшить мне
новый. Это только справедливо. Ну, живей за дело и, пожалуйста, не ной!
Для пущей убедительности Карлсон добавил, что ему и некогда шить, потому что
он намерен срочно нарисовать картину.
-- Всегда надо все бросать, если тебя посетило вдохновение, понимаешь, а меня
оно сейчас посетило. "Ла, ла, ла", -- поет что-то во мне, и я знаю, что это вдохновение.
Малыш не знал, что это за штука такая -- вдохновение. Но Карлсон объяснил ему,
что вдохновение охватывает всех художников, и тогда им хочется только рисовать,
рисовать и рисовать, вместо того чтобы шить одежды для привидения.
И Малышу ничего не оставалось, как сесть на верстак, согнув спину и поджав ноги,
словно заправский портной, и шить, в то время как Карлсон, забившись в угол, рисовал
свою картину.
Уже совсем стемнело, но в комнате Карлсона было светло, тепло и уютно -- горела
керосиновая лампа, а в камине пылал огонь.
-- Надеюсь, ты в школе не ленился на уроках труда, -- сказал Карлсон. -- Потому
что я хочу получить красивый костюм для привидения. Учти это. Вокруг шеи можно бы
сделать небольшой воротничок или даже оборки.
Малыш ничего не ответил. Он усердно шил, огонь в камине потрескивал, а Карлсон
рисовал.
-- А что ты, собственно говоря, рисуешь? -- спросил Малыш, нарушая воцарившуюся
тишину.
-- Увидишь, когда все будет готово, -- ответил Карлсон.
Наконец Малыш смастерил какую-то одежду.
"Пожалуй, для привидения сойдет", -- подумал он. Карлсон померил и остался очень
доволен. Он сделал несколько кругов по комнате, чтобы Малыш мог как следует оценить
его костюм.
Малыш содрогнулся. Ему показалось, что Карлсон выглядит на редкость таинственно
-- совсем по-привиденчески.
Бедная фрекен Бок, она увидит такое привидение, которое хоть кого испугает!
-- Домомучительница может тут же посылать за дяденьками из телевизора, -- заявил
Карлсон. -- Потому что сейчас внизу появится малютка привидение из Вазастана --
моторизованное, дикое, прекрасное и ужасно, ужасно опасное.
Карлсон снова облетел комнату и даже закудахтал от удовольствия. О своей картине
он и думать забыл. Малыш подошел к камину поглядеть, что же Карлсон нарисовал. Внизу
было написано неровными буквами: "Портрет моего кролика". Но Карлсон нарисовал маленького
красного зверька, скорее напоминающего лисицу.
-- Разве это не лисица? -- спросил Малыш.
Карлсон спланировал на пол и стал рядом с ним. Склонив голову набок, любовался
он своей картиной.
-- Да, конечно, это лисица. Без всякого сомнения это лисица, да к тому же сделанная
лучшим в мире рисовальщиком лисиц.
-- Да, но... Ведь здесь написано: "Портрет моего кролика"... Так где ж он, этот
кролик?
-- Она его съела, -- сказал Карлсон.
ЗВОНОК КАРЛСОНА
На следующее утро Боссе и Бетан проснулись с какой-то странной сыпью по всему
телу.
-- Скарлатина, -- сказала фрекен Бок.
То же самое сказал доктор, которого она вызвала.
-- Скарлатина! Их надо немедленно отправить в больницу!
Потом доктор показал на Малыша:
-- А его придется пока изолировать.
Услышав это, Малыш заплакал. Он вовсе не хотел, чтобы его изолировали. Правда,
он не знал, что это такое, но самое слово звучало отвратительно.
-- Балда, -- сказал Боссе, -- ведь это значит только. что ты пока не будешь ходить
в школу и встречаться с другими детьми. Чтобы никого не заразить, понятно?
Бетан лежала и тоже плакала.
-- Бедный Малыш, -- сказала она, глотая слезы. -- Как тебе будет тоскливо! Может,
позвонить маме?
Но фрекен Бок и слушать об этом не хотела.
-- Ни в коем случае, -- заявила она. -- Фру Свантесон нуждается в покое и отдыхе.
Не забывайте, что она тоже больна. Уж как-нибудь я с ним сама справлюсь.
При этом она кивнула зареванному Малышу, который стоял у кровати Бетан.
Но толком поговорить они так и не успели, потому что приехала машина "Скорой
помощи". Малыш плакал. Конечно, он иногда сердился на брата и сестру, но ведь он
их так любил! И ему было очень грустно оттого, что Боссе и Бетан увозят в больницу.
-- Привет, Малыш, -- сказал Боссе, когда санитары понесли его вниз.
-- До свиданья, дорогой братик, не горюй! Ведь мы скоро вернемся, -- сказала
Бетан.
Малыш разрыдался.
-- Ты только так говоришь! А вдруг вы умрете?
Фрекен Бок накинулась на него. Как можно быть таким глупым! Да разве от скарлатины
умирают!
Когда "Скорая помощь" уехала, Малыш пошел к себе в комнату. Ведь там был Бимбо.
И Малыш взял щенка на руки.
-- Теперь у меня остался только ты, -- сказал Малыш и крепко прижал Бимбо к себе.
-- Ну, и конечно, Карлсон.
Бимбо прекрасно понял, что Малыш чем-то огорчен. Он лизнул его в нос, словно
хотел сказать: "Да, я у тебя есть. Это точно. И Карлсон тоже!"
Малыш сидел и думал о том, как чудесно, что у него есть Бимбо. И все же он так
скучал по маме. И тут он вспомнил, что обещал ей написать письмо. И решил, не откладывая,
сразу же за это взяться.
Дорогая мама, -- начал он. -- Похоже, что нашей семье пришел конец Боссе и Бетан
больны какой-то тиной и их увезли в больницу а меня езолировали это совсем не болно
но я конечно заболею этой тиной а папа в Лондоне жив ли он теперь не знаю хотя пока
не слышно что он заболел но наверно болен раз все наши больны я скучаю по тебе как
ты себя чувствуешь ты очень больна или не очень разговаривать я могу толко с Карлсоном
но я стараюс говорить поменьше потому что ты будеш волноваться а тебе надо покой
говорит домомучительница она не болна и Карлсон тоже но и они скоро заболеют прощай
мамочка будь здорова.
-- Подробно я писать не буду, -- объяснил Малыш Бимбо, -- потому что не хочу
ее пугать.
Он подошел к окну и позвонил Карлсону. Да, да, он в самом деле позвонил. Дело
в том, что накануне вечером Карлсон сделал одну очень замысловатую штуку: он провел
звонок между своим домиком на крыше и комнатой Малыша.
-- Привидение не должно появляться с бухты-барахты, -- сказал Карлсон. -- Но
теперь Карлсон подарил тебе лучший в мире звонок, и ты всегда сможешь позвонить
и заказать привидение как раз в тот момент, когда домомучительница сидит в засаде
и высматривает, не видно ли в темноте чего-нибудь ужасного. Вроде меня, например.
Звонок был устроен таким образом: под карнизом своего домика Карлсон прибил колокольчик
-- из тех, что подвязывают коровам, -- а шнур от него протянул к окну Малыша.
-- Ты дергаешь за шнур, -- объяснил Карлсон, -- у меня наверху звякает колокольчик,
и тут же к вам прилетает малютка привидение из Вазастана, и домомучительница падает
в обморок. Колоссально, да?
Конечно, это было колоссально, Малыш тоже так думал. И не только из-за игры в
привидение. Раньше ему подолгу приходилось ждать, пока не появится Карлсон. А теперь
достаточно было дернуть за шнурок, и он тут как тут.
