-- Немедленно отправляйся домой, слышишь! Как тебя звать-то?
-- Карлсон! -- ответил Карлсон.
-- Это я знаю, -- сердито сказала фрекен Бок. -- Но у тебя, кроме фамилии, надо
думать, и имя есть?
-- Меня зовут Карлсон, и все!
-- Ой, не зли меня, не то я совсем рассержусь, я и так уже на последнем пределе,
-- буркнула фрекен Бок. -- Имя -- это то, как тебя зовут дома, понимаешь? Ну, как
тебя кличет папа, когда пора идти спать?
-- Хулиган, -- ответил Карлсон с улыбкой.
Фрекен Бок с удовлетворением кивнула:
-- Точно сказано! Лучше и не придумать!
Карлсон с ней согласился:
-- Да, да, в детстве мы все ужасно хулиганили. Но это было так давно, а теперь
я самый послушный в мире!
Но фрекен Бок больше не слушала его. Она сидела молча, глубоко задумавшись, и,
видимо, начинала постепенно успокаиваться.
-- Да, -- сказала она наконец, -- один человек будет от всего этого на седьмом
небе.
-- Кто? -- спросил Малыш.
-- Фрида, -- горько ответила фрекен Бок.
Потом, глубоко вздохнув, она направилась на кухню, чтобы вытереть пол и унести
таз.
Карлсон и Малыш были рады, что остались одни.
-- И чего это люди волнуются по пустякам? -- сказал Карлсон и пожал плечами.
-- Я ведь ей ничего плохого не сделал.
-- Ну да, -- неуверенно согласился Малыш. -- Только понизводил ее немножко. Зато
теперь мы станем самыми послушными.
Карлсон тоже так думал.
-- Конечно, станем. Но я хочу немного позабавиться, а то не буду играть!
Малыш напряженно выдумывал какое-нибудь забавное занятие для Карлсона. Но он
зря старался, потому что Карлсон все придумал сам и вдруг, ни с того ни с сего,
кинулся к шкафу Малыша.
-- Погоди! -- крикнул он. -- Когда я был привидением, я видел там одну толковую
штуку!
Он вернулся с маленькой мышеловкой. Малыш нашел ее в деревне у бабушки и привез
в город.
"Я хочу поймать мышку и приручить ее, чтобы она у меня осталась жить", -- объяснил
Малыш маме. Но мама сказала, что в городских квартирах мыши, к счастью, не водятся,
у них, во всяком случае, мышей точно нет.
Малыш пересказал все это Карлсону, но Карлсон возразил:
-- Мыши заводятся незаметно. Твоя мама только обрадуется, если вдруг, откуда
ни возьмись, в доме появится маленькая нежданная мышка.
Он объяснил Малышу, как было бы хорошо, если бы они поймали эту нежданную мышку.
Ведь Карлсон мог бы держать ее у себя наверху, а когда у нее народятся мышата, можно
будет устроить настоящую мышиную ферму.
-- И тогда я помещу в газете объявление, -- заключил Карлсон. -- "Кому нужны
мыши, обращайтесь в мышиную ферму Карлсона".
-- Ага! И тогда можно будет расплодить мышей во всех городских домах! -- радостно
подхватил Малыш и объяснил Карлсону, как заряжают мышеловку. -- Только в нее надо
обязательно положить кусочек сыру или шкурку от свиного сала, а то мышь не придет.
Карлсон полез в карман и вытащил оттуда маленький огрызок шпика.
-- Как хорошо, что я его сберег. После обеда я все собирался кинуть его в помойное
ведро.
Он зарядил мышеловку и поставил ее под кровать Малыша.
-- Теперь мышь может прийти когда захочет.
Они совсем забыли про фрекен Бок. Но вдруг услышали какой-то шум на кухне.
-- Похоже, что она готовит еду, -- сказал Карлсон. -- Она грохочет сковородками.
Так оно и было, потому что из кухни донесся слабый, но чарующий запах жарящихся
тефтелей.
-- Она обжаривает тефтели, оставшиеся от обеда, -- объяснил Малыш. -- Ой, до
чего же есть хочется!
Карлсон со всех ног кинулся к двери.
-- Вперед, на кухню! -- крикнул он.
Малыш подумал, что Карлсон и в самом деле храбрец, если он отважился на такой
шаг. Быть трусом Малышу не хотелось, и он тоже нерешительно поплелся на кухню.
-- Гей, гей, мы, я вижу, пришли как раз кстати. Нас ждет скромный ужин, -- сказал
Карлсон.
Фрекен Бок стояла у плиты и переворачивала тефтели, но, увидев Карлсона, она
бросила сковородку и двинулась на него. Вид у нее был угрожающий.
-- Убирайся! -- крикнула она. -- Убирайся отсюда немедленно!
У Карлсона дрогнули губы, и он надулся.
-- Так я не играю! Так я не играю! Так себя не ведут! Я тоже хочу съесть несколько
тефтелек. Разве ты не понимаешь, что, когда целый вечер играешь в привидение, просыпается
зверский аппетит?
Он сделал шаг к плите и взял со сковородки одну тефтельку. Вот этого ему не следовало
делать. Фрекен Бок взревела от бешенства и кинулась на Карлсона, схватила его за
шиворот и вытолкнула за дверь.
-- Убирайся! -- кричала она. -- Убирайся домой и носа сюда больше не показывай!
Малыш был просто в отчаянии.
-- Ну, чего вы, фрекен Бок, так злитесь? -- сказал он со слезами в голосе. --
Карлсон мой товарищ, разве можно его прогонять?
Больше он ничего не успел сказать, потому что дверь кухни распахнулась и ворвался
Карлсон, тоже злой как черт.
-- Так я не играю! -- кричал он. -- Нет, так я не играю! Выставлять меня с черного
хода!.. Не выйдет!
Он подлетел к фрекен Бок и топнул ногой об пол.
-- Подумать только, с черного хода!.. Я хочу. чтобы меня выставили с парадного,
как приличного человека!
Фрекен Бок снова схватила Карлсона за шиворот.
-- С парадного? Охотно! -- воскликнула она, потащила Карлсона через всю квартиру
и вытолкнула его через парадный ход, не обращая никакого внимания на слезы и гневные
вопли бегущего за ней Малыша. Так Карлсон добился своего.
-- Ну вот, теперь с тобой обошлись достаточно благородно? -- осведомилась фрекен
Бок.
-- Достаточно, -- подтвердил Карлсон, и тогда фрекен Бок захлопнула за ним дверь
с таким грохотом что было слышно во всем доме.
-- Ну наконец-то, -- сказала она и пошла на кухню.
Малыш бежал за ней, он очень сердился:
-- Ой! До чего вы, фрекен Бок, злая и несправедливая! Карлсон имеет право быть
на кухне!
Он там и был! Он стоял у плиты и ел тефтели
-- Да, да, меня надо было выставить через парадную дверь, чтобы я смог вернуться
с черного ход и съесть несколько превосходных тефтелей, -- объяснил он.
Тогда фрекен Бок схватила Карлсона за шиворот в третий раз вытолкнула за дверь,
теперь опять с черного хода.
-- Просто удивительно, -- возмущалась она, -- никакого с ним сладу нет!.. Но
я сейчас запру дверь и он все же останется с носом.
-- Это мы еще посмотрим, -- спокойно сказал Карлсон.
Фрекен Бок захлопнула дверь и проверила, защелкнулся ли замок.
-- Тьфу, до чего же вы злая, фрекен Бок, -- не унимался Малыш.
Но она не обращала никакого внимания на его слова. Она быстро подошла к плите,
на которой так аппетитно румянились тефтели.
-- Может, и мне наконец-то удастся съесть хоть одну тефтельку после всего того,
что пришлось пережить в этот вечер, -- сказала она.
Но тут из открытого окна раздался голос:
-- Эй! Хозяева дома? Не найдется ли у вас двух-трех тефтелек?
На подоконнике сидел довольный Карлсон и широко улыбался. Увидев его, Малыш не
смог удержаться от смеха.
-- Ты прилетел сюда с балкончика?
Карлсон кивнул:
-- Точно. И вот я опять с вами! Вы, конечно, мне рады... особенно ты, женщина,
стоящая у плиты!
Фрекен Бок держала в руке тефтельку -- она как раз собиралась сунуть ее в рот,
но при виде Карлсона застыла, уставившись на него.
-- Никогда в жизни не видел такой прожорливой особы, -- сказал Карлсон и, сделав
большой круг над плитой, схватил на лету несколько тефтелей и быстро сунул их в
рот. Потом он стремительно взмыл к самому потолку.
Но тут фрекен Бок как с цепи сорвалась. Она заорала не своим голосом, схватила
выбивалку для ковров и, размахивая ею, погналась за Карлсоном:
-- Ах ты озорник! Да что же это такое! Неужели мне так и не удастся тебя выгнать?
Карлсон, ликуя, кружил вокруг лампы.
-- Гей, гей, вот теперь-то мы позабавимся на славу! -- крикнул он. -- Так весело
мне не было с тех пор, как папочка гнался за мной с мухобойкой! Я тогда был маленький,
но помню, тогда мы тоже здорово позабавились!
Карлсон метнулся в большую комнату, и снова началась бешеная погоня по всей квартире.
Впереди летел Карлсон -- он кудахтал и визжал от удовольствия, за ним мчалась фрекен
Бок с выбивалкой для ковров, за ней еле поспевал Малыш, а позади всех скакал Бимбо,
бешено тявкая.
-- Гей, гей! -- кричал Карлсон.
Фрекен Бок не отставала от него, но всякий раз, когда она уже готова была его
схватить, Карлсон взмывал вверх, под самый потолок. А когда фрекен Бок начинала
размахивать выбивалкой, ему всегда удавалось пролететь мимо, едва ее не коснувшись.
-- Эй, эй, чур, не бить по ногам, так я не играю! -- кричал Карлсон.
Фрекен Бок запыхалась, но продолжала подпрыгивать, и ее большие босые ноги шлепали
по паркету. Она, бедняжка, так и не успела еще обуться -- ведь весь вечер ей пришлось
гонять по квартире. Она очень устала, но сдаваться не собиралась.
-- Ты у меня дождешься! -- кричала она, продолжая погоню за Карлсоном.
Время от времени она подпрыгивала, чтобы стукнуть его выбивалкой, но он только
смеялся и набирал высоту. Малыш тоже хохотал до слез и никак не мог остановиться.
От смеха у него даже заболел живот, и, когда все они в третий раз очутились в его
комнате, он кинулся на кровать, чтобы хоть немножко передохнуть. Смеяться у него
уже не было сил. но он все же стонал от смеха, глядя, как фрекен Бок мечется вдоль
стен, пытаясь поймать Карлсона.
-- Гей, гей! -- подбадривал ее Карлсон.
-- Я тебе всыплю за это "гей, гей"! -- кричала, едва переводя дыхание, фрекен
Бок. Она с остервенением размахивала выбивалкой, и в конце концов ей удалось загнать
Карлсона в угол, где стояла кровать Малыша.
-- Ну вот, -- воскликнула она с торжеством, -- попался, голубчик!
Но вдруг она издала такой вопль, что у Малыша загудело в ушах. Он перестал хохотать.
"Эх, Карлсон попался", -- подумал он.
Но попался не Карлсон. Попалась фрекен Бок; большой палец ее правой ноги угодил
в мышеловку.
-- Ой, ой, ой! -- стонала фрекен Бок. -- Ой, ой, ой!
Она подняла ногу и в ужасе уставилась на странную вещь, вцепившуюся в ее большой
палец.
-- Ой, ой, ой! -- завопил уже Малыш. -- Подождите, я сейчас ее раскрою... Простите,
я этого не хотел...
-- Ой, ой, ой! -- продолжала вопить фрекен Бок, когда Малыш помог ей высвободить
палец и к ней вернулся дар речи. -- Почему у тебя мышеловка под кроватью?
Малышу было очень жаль мышеловки, и он сказал, запинаясь:
-- Потому что... потому что... мы хотели поймать нежданную мышку.
-- Но, конечно, не такую большую, -- объяснил Карлсон. -- Маленькую мышку с длинным
хвостиком.
Фрекен Бок покосилась на Карлсона и застонала:
-- Опять ты... Когда же ты уберешься отсюда в конце концов?
И она снова погналась за ним с выбивалкой.
-- Гей, гей! -- закричал Карлсон.
Он вылетел в переднюю, а оттуда в большую комнату, а потом из нее в комнату Малыша,
и снова началась погоня по всей квартире: в кухню и из кухни, в спальню и из спальни...
-- Гей, гей! -- кричал Карлсон.
-- Ты у меня сейчас получишь "гей, гей"! -- погрозила фрекен Бок, задыхаясь от
быстрого бега.
Она замахнулась выбивалкой и прыгнула что было сил, но, забыв в азарте погони,
что сдвинула всю мебель к дверям спальни, споткнулась о книжную полку, стукнулась
обо что-то головой и с грохотом рухнула на пол.
-- Все! Теперь в Нурланде снова будет землетрясение, -- сказал Карлсон.
Но Малыш в испуге кинулся к фрекен Бок.
-- Ой, вы не расшиблись? -- спросил он. -- Бедная, бедная фрекен Бок...
-- Помоги мне добраться до кровати... Будь добр... -- прошептала фрекен Бок.
И Малыш это сделал, вернее, попытался сделать. Но фрекен Бок была такая грузная,
а Малыш такой маленький, что у него ничего не вышло. Но тут к ним подлетел Карлсон.
-- Один и не пытайся, -- сказал он Малышу. -- Я тоже хочу помочь ее тащить. Ведь
самый послушный в мире я, а вовсе не ты!
Карлсон и Малыш собрались с силами и в конце концов доволокли фрекен Бок до кровати.
-- Бедная фрекен Бок! -- вздохнул Малыш. -- Как вы себя чувствуете? Вам больно?
Фрекен Бок ответила не сразу, словно собираясь с мыслями.
-- Мне кажется, у меня во всем теле нет ни одной целой косточки, -- сказала она
наконец. -- Но болеть, пожалуй, ничего не болит... Вот только, когда смеюсь...
И она так захохотала, что кровать под ней затряслась.
Малыш с испугом глядел на нее -- что это с ней такое?
-- Как хотите, молодые люди, но такая тренировка, как нынче вечером, не часто
выдается, -- сказала она. -- И, боже праведный, до чего же это взбадривает! -- Она
энергично кивнула: -- Мы с Фридой занимаемся гимнастикой по программе "упражнения
для домашних хозяек". Теперь Фрида узнает, что значит бегать. Подождите-ка...
-- Гей, гей! -- завопил Карлсон. -- Ты прихвати с собой эту выбивалку и тогда
сможешь гонять Фриду по всему гимнастическому залу и так взбодрить ее, что она своих
не узнает!
Фрекен Бок вытаращила на него глаза.
-- Ты еще со мной разговариваешь? Ты бы лучше помолчал да пошел бы на кухню и
принес мне несколько тефтелек!
Малыш радостно засмеялся.
-- Да, после таких прыжков появляется зверский аппетит, -- сказала она.
-- Угадай, кто лучший в мире подносчик тефтелей? -- сказал Карлсон, убегая на
кухню.
Потом Карлсон, Малыш и фрекен Бок, сидя на кровати, уплетали прекрасный ужин
с таким аппетитом, что за ушами трещало. Карлсон принес из кухни полный поднос еды.
-- Я обнаружил яблочную запеканку с ванильным соусом. Кроме того, я прихватил
ветчины, сыра, колбасы, соленых огурчиков, несколько сардин и кусочек печеночного
паштета. Но, сказки на милость, куда ты засунула торт со взбитыми сливками? Его
я не нашел...
-- У нас торта нет, -- ответила фрекен Бок.
У Карлсона дрогнули губы.
-- И ты полагаешь, что можно наесться тефтелями, яблочной запеканкой с ванильным
соусом, ветчиной, сыром, колбасой, солеными огурцами да двумя жалкими крохотными
сардинками?
Фрекен Бок поглядела на него в упор.
-- Нет, -- сказала она подчеркнуто спокойным тоном. -- Но ведь есть еще и печеночный
паштет.
Никогда еще Малышу не было так вкусно. Малыш, и Карлсон, и фрекен Бок сидели
рядком на кровати и жевали, глотали, и им было так уютно втроем! Но вдруг фрекен
Бок вскрикнула:
