В МИРИ ЗКАЗОК ТОЖИ
ЛЮБИ БУЛОЧКЫ
ГНУМ
Фрекен Бок прочла записку и мрачно нахмурила брови.
-- Никогда не поверю, -- сказала она, -- что гном может украсть булочки, даже
если он действительно существует. Он слишком умен и добр, чтобы позволять себе такие
выходки. Нет, меня не проведешь, я знаю, кто это сделал.
-- Кто же? -- спросил Малыш.
-- Тот невоспитанный, толстый мальчишка, который к тебе ходит, Карлсон или как
его там зовут? Погляди, дверь в кухню открыта! Он стоял здесь, притаившись, и подслушивал,
а когда мы выходили в переднюю, пробрался сюда. Она сердито потрясла головой: --
Гном! Вину сваливает на других, а сам едва умеет писать.
Малыш не был склонен поддерживать разговор о Карлсоне, поэтому в ответ он только
сказал:
-- Я все же думаю, что это гном. Пошли, Бимбо!
Каждое утро Малыш гулял с Бимбо в парке Вазы, и Бимбо считал, что это самый веселый
час за весь день, потому что в парке он встречал много других симпатичных собак,
которых можно было обнюхать и с которыми было весело поболтать.
Малыш обычно играл там с Кристером и Гуниллой, но сегодня он их так и не нашел.
"Может быть, они уже уехали на каникулы", -- подумал Малыш. Ну что ж, пусть, ему
на это наплевать, пока у него есть Карлсон. Ну и Бимбо, конечно.
Тут к Бимбо подбежала какая-то большая собака с явным намерением напасть на него;
Бимбо хотел было смело ринуться в бой, чтобы показать этой глупой псине, что он
о ней думает, но Малыш удержал его.
-- Назад! -- скомандовал он. -- Ты еще мал, чтобы мериться силой с таким теленком.
Он сгреб Бимбо в охапку и поискал глазами скамейку, чтобы посидеть, пока Бимбо
успокоится. Но все было занято -- люди грелись на солнышке. В поисках свободного
местечка Малыш забрел в дальний конец парка. Там он обнаружил скамейку, на которой
расположились всего двое парней, причем каждый держал в руке бутылку пива. Малыш
их тут же узнал: это были Филле и Рулле. Малыш испугался и хотел было пройти дальше,
но вместе с тем что-то притягивало его именно к этой скамейке. Ему ведь надо узнать,
продолжают ли Филле и Рулле охотиться за Карлсоном. Возможно, они будут об этом
говорить. И чего ему, собственно говоря, бояться? Филле и Рулле никогда его не видели
и, следовательно, его не знают. Вот и прекрасно! Значит, он может сидеть с ними
рядом сколько ему захочется. Так ведь поступают сыщики в детективных романах, когда
выслеживают преступников, -- сидят себе молча рядом и слушают чужой разговор.
Итак, Малыш сел на скамейку и весь превратился в слух, но в то же время он иногда
обращался к Бимбо, чтобы Филле и Рулле не думали, что он ими интересуется.
Однако было похоже, что ему ничего не удастся выведать. Филле и Рулле молча пили
пиво. Наконец пиво было выпито, но они все продолжали молчать. И вдруг Филле сказал:
-- Конечно, мы сумеем его поймать, мы ведь знаем, где он живет. Я много раз видел,
как он летел домой.
Малыш так испугался, что едва смог дух перевести. Он был просто в отчаянии. Теперь
Карлсону придется сматывать удочки. Филле и Рулле заметили его маленький домик на
крыше! Да, теперь всему наступит конец!
Малыш сжал кулаки, пытаясь сдержать слезы, и в тот самый момент, когда это перестало
ему удаваться, хотя он старался изо всех сил, он услышал, как Рулле сказал:
-- Да, я тоже много раз видел, как он влетает в окно, это ведь та самая квартира,
куда мы как-то залезли тем летом, сечешь? На четвертом этаже, там на дверях табличка
медная и фамилию помню -- Свантесон.
У Малыша глаза округлились от удивления. Может, он ослышался? Неужели Филле и
Рулле в самом деле думают, что Карлсон живет у Свантесонов? Какое счастье! Это ведь
значит, что Карлсон всегда может спрятаться у себя дома и быть там в полной безопасности.
Филле и Рулле его не выследили! Да это и не так легко. Ведь никто, кроме трубочиста,
не лазает по крышам.
Итак, Филле и Рулле не пронюхали про домик на крыше, и тем не менее все это ужасно.
Бедняга Карлсон, каково ему придется, если всерьез начнется за ним охота! Этот дурачок
никогда не умел прятаться.
Филле и Рулле снова долго молчали, а потом Рулле сказал шепотом (Малыш едва расслышал):
-- Давай сегодня ночью.
Вот тут-то Филле и спохватился, что они сидят не одни на скамейке. Он поглядел
на Малыша и сказал очень громко:
-- Да, так давай сегодня ночью отправимся копать червей!
Но так легко Малыша не проведешь. Он прекрасно понимал, что именно Филле и Рулле
собирались делать сегодня ночью: они попытаются поймать Карлсона, когда он, как
они думают, лежит в постели у Свантесонов и мирно спит.
"Надо поговорить об этом с Карлсоном, и как можно скорее!" -- решил про себя
Малыш.
Но Карлсон появился только к обеду. На этот раз он не влетел в окно, а бешено
затрезвонил во входную дверь. Малыш побежал открывать.
-- Ой, как здорово, что ты пришел! -- начал Малыш, но Карлсон не стал его слушать.
Он двинулся, прямым ходом на кухню к фрекен Бок.
-- Что ты стряпаешь? -- спросил он. -- Такое же жесткое мясо, как обычно? Или
ты учитываешь вставные челюсти?
Фрекен Бок стояла у плиты и пекла блины, чтобы подать дяде Юлиусу что-нибудь
более легкое, чем цыпленок, а когда она услышала голос Карлсона за спиной, то так
резко обернулась, что выплеснула на плиту целый половник жидкого теста.
-- Послушай, ты! -- в гневе закричала она. -- Как тебе только не стыдно! Как
это у тебя хватает совести приходить сюда! Как ты можешь глядеть мне в лицо, бессовестный
булочный воришка!
Карлсон прикрыл лицо двумя пухленькими ручками и лукаво поглядел на нее в щелочку
между пальцами.
-- Нет, ничего, глядеть можно, но только осторожно, -- сказал он. -- Конечно,
ты не первая в мире красавица, но ведь ко всему можно привыкнуть, так что ничего,
сойдет, могу и поглядеть! Ведь главное, что ты милая... Дай мне блинка!
Фрекен Бок окинула Карлсона безумным взглядом, а потом обратилась к Малышу: --
Разве твоя мама предупредила меня, что этот мальчик будет у нас обедать? Неужели
она так распорядилась?
Малыш постарался ответить как можно более уклончиво, но дружелюбно:
-- Во всяком случае, мама считает... что Карлсон...
-- Отвечай, да или нет, -- прервала его фрекен Бок. -- Твоя мама сказала, что
Карлсон должен у нас обедать?
-- Во всяком случае, она хотела... -- снова попытался уйти от прямого ответа
Малыш, но фрекен Бок прервала его жестким окриком:
-- Я сказала, отвечай -- да или нет! На простой вопрос всегда можно ответить
"да" или "нет", по-моему, это не трудно.
-- Представь себе, трудно, -- вмешался Карлсон. -- Я сейчас задам тебе простой
вопрос, и ты сама в этом убедишься. Вот, слушай! Ты перестала пить коньяк по утрам,
отвечай -- да или нет?
У фрекен Бок перехватило дыхание, казалось, она вот-вот упадет без чувств. Она
хотела что-то сказать, но не могла вымолвить ни слова.
-- Ну вот вам, -- сказал Карлсон с торжеством. -- Повторяю свой вопрос: ты перестала
пить коньяк по утрам?
-- Да, да, конечно, -- убежденно заверил Малыш, которому так хотелось помочь
фрекен Бок.
Но тут она совсем озверела.
-- Нет! -- закричала она, совсем потеряв голову.
Малыш покраснел и подхватил, чтобы ее поддержать:
-- Нет, нет, не перестала!
-- Жаль, жаль, -- сказал Карлсон. -- Пьянство к добру не приводит.
Силы окончательно покинули фрекен Бок, и она в изнеможении опустилась на стул.
Но Малыш нашел наконец нужный ответ.
-- Она не перестала пить, потому что никогда не начинала, понимаешь? -- сказал
он, обращаясь к Карлсону.
-- Я-то понимаю, -- сказал Карлсон и добавил, повернувшись к фрекен Бок: -- Глупая
ты, теперь сама убедилась, что не всегда можно ответить "да" или "нет"... Дай мне
блинка!
Но меньше всего на свете фрекен Бок была расположена дать Карлсону блинов. Она
с диким воплем вскочила со стула и широко распахнула дверь кухни.
-- Вон! -- закричала она. -- Вон!
И Карлсон пошел к двери. Пошел с высоко поднятой головой.
-- Ухожу, -- заявил он. -- Ухожу с радостью. Не ты одна умеешь печь блины!
После ухода Карлсона фрекен Бок несколько минут сидела молча. Но когда немного
отошла, она с тревогой поглядела на часы.
-- А твоего дяди Юлиуса все нет и нет! -- вздохнула она. -- Подумай, как давно
он ушел! Боюсь, не случилось ли чего. Ведь он, наверное, плохо знает Стокгольм.
Малышу передалась ее тревога.
-- Да, он, может, заблудился...
Тут как раз раздался телефонный звонок.
-- Наверное, это дядя Юлиус! -- воскликнул Малыш. -- Звонит, чтобы сказать, что
не знает, как попасть домой.
Фрекен Бок метнулась в прихожую, где был телефон, Малыш -- за ней.
Но звонил не дядя Юлиус -- это Малыш понял, как только услышал, что фрекен Бок
говорит обычным ворчливым тоном:
-- Да, да! Это ты, Фрида? Ну, как поживаешь? Еще не бросила свои глупости?
Малыш не хотел слушать чужие разговоры, поэтому он пошел к себе в комнату и взял
книгу, чтобы почитать, но до него доносилось бормотание из прихожей, и конца этому
не было.
Малыш был голоден. Он догадывался, что рано или поздно это раздражающее его бормотание
прекратится, и дядя Юлиус придет домой, и они смогут наконец сесть за стол. Но он
хотел обедать немедленно, никого не дожидаясь. И как только фрекен Бок положила
трубку, он выскочил в прихожую, чтобы ей это сказать.
-- Что ж, могу тебя накормить, -- сказала она милостиво и повела его на кухню.
Но у дверей она остановилась как вкопанная. Ее дородная фигура занимала весь проем
двери, поэтому Малыш ничего не увидел. Он услышал только ее гневный вопль, а когда
он все же высунул голову из-за ее юбки, потому что ему не терпелось узнать, в чем
дело, то увидел Карлсона.
Карлсон сидел за столом и преспокойно ел один блин за другим.
Малыш испугался, что фрекен Бок захочет убить Карлсона -- во всяком случае, вид
у нее был такой. Но она только ринулась вперед и схватила тарелку с блинами.
-- Ты... ты... ты ужасный мальчишка! -- кричала она.
Тогда Карлсон стукнул ее легонько по пальцам и сказал:
-- Не трогай мои блины! Я их честно купил у Линдбергов за пять эре.
Он широко распахнул свою пасть и отправил туда сразу кипу блинов.
-- Я же сказал, что не только ты одна умеешь печь блины. Найти блины очень просто:
где чад, там и блины.
Малыш снова пожалел фрекен Бок, потому что она никак не могла прийти в себя.
-- А где... где... где же тогда мои блины? -- простонала она и поглядела на плиту.
Там стояло ее блюдо из-под блинов, но оно было совершенно пустым. И домомучительница
снова пришла в ярость. -- Противный мальчишка! -- завопила она. -- Ты их тоже съел!
-- Вовсе нет! -- сказал Карлсон возмущенно. -- Поблагодари меня, что я этого
не сделал. А ты только и умеешь, что меня обвинять.
В эту минуту на лестнице послышались шаги. Наконец-то идет дядя Юлиус. Малыш
был рад, что дядя Юлиус не заблудился в лабиринте улиц. А кроме того, его приход
положит конец перебранке.
-- Прекрасно! -- сказал Малыш. -- Он, значит, нашел дорогу домой.
-- Это я позаботился о том, чтобы он мог идти по следу, иначе он никогда бы не
дошел, -- сказал Карлсон.
-- По какому такому следу? -- удивился Малыш. -- А по такому, какой я оставил,
-- сказал Карлсон. -- Потому что я самый заботливый в мире!
Но тут раздался звонок, фрекен Бок торопливо пошла открывать дверь, и Малыш тоже
побежал встречать дядю Юлиуса.
-- Добро пожаловать домой, -- торжественно сказала фрекен Бок.
-- Мы уже думали, что ты заблудился, -- сказал Малыш.
Но дядя Юлиус не ответил ни фрекен Бок, ни Малышу, а строго спросил:
-- Объясните мне, почему во всем доме на каждой дверной ручке висят блины?
И он с подозрением поглядел на Малыша, а Малыш пробормотал в испуге:
-- Может, это гном?
И побежал на кухню спросить Карлсона, что он по этому поводу думает.
Но Карлсона в кухне уже не было. Там стояли два пустых.блюда, а на клеенке темнела
одинокая лужица варенья.
Дяде Юлиусу, Малышу и фрекен Бок пришлось удовольствоваться пудингом. И он оказался
совсем недурен.
Малыш сбегал за ним в молочную. Он не возражал, когда его послали, потому что
ему хотелось посмотреть, как выглядят дверные ручки, когда на них висят блины.
Но на дверных ручках никаких блинов уже не было. Он обежал все лестницы и нигде
не увидел ни одного блина. Он уже решил, что дядя Юлиус все это выдумал, но вдруг
понял, в чем дело... На последней ступеньке сидел Карлсон. Он ел блины.
-- Хороши блиночки, но службу свою они уже сослужили, -- сказал он. -- А дядя
Юлиус больше не заблудится, он теперь знает дорогу. Набив рот, он фыркнул от возмущения.
-- Какая она все же несправедливая, ваша домомучительница! Сказала, что я съел ее
блины, а я был невинен как младенец. Из-за нее приходится теперь лопать и вот эти!
Малыш не мог не рассмеяться.
-- Ты лучший в мире поедатель блинов, Карлсон, -- сказал он, но вдруг что-то
вспомнил и сразу стал серьезным. -- Вероятно, они попытаются сегодня ночью поймать
тебя. Понимаешь ли ты, что это значит?
Карлсон облизал свои жирные пальцы и издал тихое радостное урчание.
-- Это значит, что мы проведем веселый вечер, -- сказал он. -- Гей-гоп! Гей-гоп!
КАРЛСОН -- ЛУЧШИЙ В МИРЕ СПЕЦИАЛИСТ ПО ХРАПУ
Медленно сгущались сумерки. Весь день Карлсон отсутствовал. Видно, он хотел,
чтобы домомучительница как следует отошла после "курощения блинами".
Малыш пошел с дядей Юлиусом в железнодорожный музей. Дядя Юлиус очень любил этот
музей, и Малыш тоже. А потом они вернулись домой и поужинали вместе с фрекен Бок.
Все шло чин чином -- Карлсон не показывался. Но когда Малыш отправился в свою комнату,
его там ждал Карлсон.
По правде говоря, Малыш ему даже не обрадовался.
-- Ой, до чего же ты неосторожный! -- сказал он. -- Зачем ты сегодня прилетел?
-- Как ты можешь задавать такие глупые вопросы? -- удивился Карлсон. -- Да потому,
что я собираюсь у тебя ночевать, разве это не понятно?
Малыш вздохнул. Весь день он ломал себе голову, как уберечь Карлсона от Филле
и Рулле. Может, надо позвонить в полицию? Нет, это не годится, потому что тогда
обязательно придется объяснять, почему Филле и Рулле хотят поймать Карлсона, а это
просто опасно.
А вот Карлсон не ломал себе голову и не боялся. Он стоял у окна и с невозмутимым
спокойствием выкапывал персиковую косточку, чтобы очередной раз выяснить, насколько
она проросла за сутки. Но Малыш был в самом деле очень напуган.
