- Не совсем, уважаемый комендант, - сказала Маргарет, - я хотела бы получить
ваше разрешение и попросить сеньора Бернальдеса прислать мне христианское платье.
Я не хочу предстать перед вашими судьями в одежде неверных. Да и мой отец и сеньор
Брум тоже присоединятся к моей просьбе.
Комендант рассмеялся, пообещал им все устроить и даже разрешил пого- ворить еще
пять минут, которые они использовали для того, чтобы обсу- дить, какую одежду нужно
принести. Затем комендант удалился вместе с сеньором Бернальдесом, оставив их одних.
Тут только они вспомнили, что не спросили у Бернальдеса, не слышал ли он что-либо
об Инессе, которой они дали его адрес. Но, поскольку он сам ничего не сказал о ней,
они решили, что Инесса еще не приехала в Се- вилью, и опять со страхом задумались
о том, что могло случиться после их отъезда из Гранады.
В эту ночь, к их огорчению и тревоге, на них обрушилась новая непри- ятность.
После ужина пришел комендант и объявил, что, согласно распоря- жению суда, перед
которым они должны предстать, сеньор Брум, обвиняемый в убийстве, должен быть помещен
отдельно от них. И, несмотря на все уго- воры и просьбы, Питера увели в отдельную
камеру. Маргарет провожала его со слезами.
ГЛАВА XIX БЕТТИ ПЛАТИТ СВОИ ДОЛГИ
Бетти Дин не была подвержена страхам и предчувствиям. Рожденная в хо- рошей,
но бедной семье, она в свои двадцать шесть лет сама прокладывала себе дорогу в этом
жестоком мире и умела использовать любые обстоя- тельства. Здоровая, сильная, упорная,
любящая, романтичная и по-своему честная, она была приспособлена к тому, чтобы встречать
взлеты и падения судьбы, бороться с трудностями в этот беспокойный век, и никогда
не ос- тавалась в долгу.
Однако те долгие часы, которые она провела одна в высокой башне, ожи- дая, пока
ее позовут, чтобы сыграть роль подложной невесты, были самыми тяжелыми часами в
ее жизни. Она понимала, что ее положение, по существу, позорно и может кончиться
трагически. Теперь, хладнокровно обдумывая все, она сама удивлялась, почему решила
выбрать этот путь. Она влюбилась в маркиза почти с первого взгляда, хотя нечто подобное
бывало с ней в отношении других мужчин. Он играл роль влюбленного, пока она, обманутая,
всерьез не отдала ему свое сердце, уверенная в своем ослеплении, что, несмотря на
разницу в их положении, он любит ее и хочет сделать своей женой.
Потом пришел мучительный день разочарования, когда она узнала, что была всего-навсего,
как сказала Инесса Кастеллу, простой приманкой, что- бы поймать белого лебедя -
ее кузину и хозяйку. Это случилось в тот день, когда она была обманута письмом,
которое она до сих пор прячет на груди, и когда, к ужасу, услышала, как ее в лицо
назвали дурой. Тогда она поклялась в душе, что отомстит Морелла за все. И вот теперь
пришел час выполнить свою клятву и отплатить ему обманом за обман.
Продолжала ли она любить этого человека? Она не могла ответить на этот вопрос.
Он нравился ей, как и раньше, а в таких случаях женщины прощают многое. Однако одно
можно было сказать наверняка: в эту ночь ею руководила не любовь. Была ли это жажда
мести? Может быть. Во всяком случае, она страстно хотела получить возможность бросить
ему в лицо: "Вот на какую хитрость способна обманутая дура!" И все-таки она не стала
бы делать это только во имя мести, или ско- рее, она отомстила бы каким-нибудь другим
способом. Нет, истинной причи- ной было ее желание заплатить долг Маргарет, Питеру
и Кастеллу. Ведь это она навлекла на них все несчастья, и именно она должна была
вызволить их хотя бы ценой своей жизни и женского достоинства. А может быть, ею
руко- водили и любовь к Морелла, если она еще сохранилась, и желание отомстить ему
и вырвать добычу у него из рук. В конце концов, она затеяла эту иг- ру, и она доведет
ее до конца, как бы ужасен он ни был.
Солнце село, и темнота обступила Бетти. Она подумала, придется ли ей еще когда-нибудь
увидеть рассвет. Ее храброе сердце дрогнуло, и она сжа- ла кинжал, спрятанный под
великолепным чужим платьем. Ей пришло в голо- ву, что, может быть, разумнее самой
вонзить его себе в грудь, а не ждать, пока обманутый безумец сделает это. Но нет,
кому суждено умереть, всегда успеет это сделать.
Раздался стук в дверь, и храбрость Бетти, почти утраченная, вернулась к ней.
О, она покажет этому испанцу, что англичанка, которую он заставил поверить, что
она его желанная возлюбленная, может оказаться его повели- тельницей! Во всяком
случае, прежде чем все это кончится, он услышит правду.
Бетти открыла дверь. Вошла Инесса с лампой в руках. Она спокойно и внимательно
осмотрела Бетти.
- Жених готов, - произнесла она медленно, чтобы Бетти могла разоб- рать, - и
прислал меня за вами. Вы не боитесь? - Нет, - ответила Бетти. - Скажите мне только,
как все это будет уст- роено.
- Маркиз ожидает вас в комнате перед залой, используемой в качестве капеллы.
Там я, как старшая здесь, подам вам обоим по чаше вина. Пейте обязательно из той,
которую я буду держать в левой руке, поднесите чашу ко рту под вуалью так, чтобы
не открывать лицо, и не произносите ни сло- ва, иначе он узнает ваш голос. Затем
мы пройдем в капеллу, где нас будет ждать отец Энрике и все домочадцы. Зала эта
большая, а лампы будут сла- бые, так что никто не узнает вас. К тому времени вино
с подмешанным в него наркотиком начнет действовать на Морелла. И тогда при условии,
что вы будете говорить очень тихо, вы спокойно можете сказать: "Я, Бетти, вступаю
в брак с тобою, Карлос", а не: "я, Маргарет... ". Когда с этим будет покончено,
он отведет вас в покои, приготовленные для вас, и там, если в моем вине есть какая-нибудь
сила, он будет крепко спать всю ночь.
А за это время священник передаст мне брачные документы, один экземпляр которых
я отдам вам, а второй спрячу. Ну, а потом... - Инесса пожала плечами.
- Что будет с вами? - спросила Бетти, внимательно выслушав Инессу.
- О, я вместе со святым отцом сегодня же ночью выеду в Севилью, где его ожидают
деньги. Это дурной компаньон для женщины, которая отныне со- бирается стать честной
и богатой, но лучше такой, чем никакого. Быть мо- жет, мы еще встретимся с вами,
а может, и нет. Во всяком случае, вы зна- ете, где искать меня и всех остальных:
в доме сеньора Бернальдеса. А те- перь пора. Готовы ли вы стать испанской маркизой?
- Конечно, - невозмутимо ответила Бетти.
И они направились к выходу. Они шли через пустые залы и коридоры. По- жалуй,
ни один восточный заговор, задуманный в этих стенах, не был таким смелым и отчаянным.
Наконец они добрались до комнаты перед залой и оста- новились так, чтобы свет от
висящей лампы не падал на них. Вскоре дверь раскрылась и вошел Морелла в сопровождении
двух секретарей. Как всегда, он был роскошно одет в платье из черного бархата, на
шее у него висела золотая цепь, украшенная драгоценными камнями, а на груди блистали
звез- ды и ордена, указывавшие на его звание. Никогда, во всяком случае так показалось
Бетти, Морелла не выглядел столь величественным и красивым.
Он был счастлив, готовясь испить чашу радости, которой он так добивался.
Да, его лицо говорило, что он счастлив, и Бетти, заметив это, почувство- вала,
как угрызения совести закрадываются в ее душу. Морелла низко пок- лонился ей, она
ответила ему глубоким реверансом. Ее высокая, изящная фигура склонилась так низко,
что колени почти коснулись пола. После это- го он подошел к ней и шепнул на ухо:
- Самая красивая, самая любимая! Я благодарю небеса, которые привели меня к этому
счастливому часу сквозь много жестоких и опасных дорог. До- рогая моя, я снова прошу
вас простить меня за причиненное вам горе. Ведь все это я делал только ради вас,
которую я обожаю. Я люблю вас так, как редко любят женщину, и вам, вам одной, я
буду верен до последнего дня своей жизни. О, не трепещите, я клянусь, что ни одна
женщина в Испании не будет иметь лучшего и более верного мужа! Вас одну я буду лелеять,
я буду бороться днем и ночью, чтобы вознести вас до самого высокого поло- жения
и удовлетворять каждое ваше желание. Много блаженных лет проживем мы вместе, пока
не настанет мирный конец и мы не ляжем рядом, чтобы ус- нуть ненадолго и проснуться
на небесах. Помня прошлое, я не прошу у вас многого, и все-таки, если вы хотите
сделать мне свадебный подарок, кото- рый для меня ценнее корон или царств, скажите,
что вы простили меня за все, что я сделал худого, и в знак этого поднимите свою
вуаль и поцелуй- те меня в губы.
Бетти с трепетом слушала эти слова, из которых она полностью поняла только конец.
Этого испытания она не предвидела. Однако нужно было прой- ти и через это, ибо произносить
что-либо она не смела. Собрав все свое мужество и помня, что свет не падает ей в
лицо, Бетти после небольшой паузы, как бы вызванной скромностью, приподняла свою
украшенную жемчугом вуаль и дала Морелла поцеловать себя в губы.
Вуаль упала опять, и Морелла ничего не заподозрил.
"Я хорошая актриса, - подумала про себя Инесса, - но эта женщина иг- рает лучше
деревянного Питера. Даже я вряд ли сумела бы сделать это так хорошо".
Однако в глазах ее сверкнула ревность и ненависть, которые она не могла скрыть,
- ведь она тоже любила этого человека. Инесса подняла при- готовленные золотые чаши
с вином и, выйдя вперед, прекрасная в своем вы- шитом восточном платье, опустилась
на колено и протянула чаши жениху и невесте. Морелла взял чашу, которую она держала
в правой руке, а Бетти взяла из левой. Опьяненный уже первым поцелуем любви, Морелла
не заметил злого выражения, промелькнувшего на лице его отвергнутой рабыни. Бетти,
приподняв вуаль, поднесла чашу ко рту, коснулась ее губами и вернула Инессе, а Морелла,
воскликнув: "Я пью за вас, дорогая моя невеста, самая красивая и самая обожаемая
из женщин!" - выпил чашу до дна и бросил ее в качестве подарка Инессе так, что капли
красного вина обрызгали ее белую одежду подобно каплям крови.
Инесса смиренно склонилась в поклоне, смиренно подняла с пола драго- ценный сосуд,
и, когда она выпрямилась, в глазах ее вместо ненависти сверкало торжество.
Морелла взял руку своей невесты и, сопровождаемый секретарями и Инес- сой, направился
в большую залу, где выстроилось множество домочадцев.
Величественная пара прошла между двумя кланяющимися шеренгами дальше к алтарю,
где их ожидал священник. Они опустились на колени на расшитые золотом подушки, и
церковный обряд начался. Кольцо было надето Бетти на палец, - казалось, что жених
с трудом нашел ее палец, - мужчина брал женщину в жены, женщина брала мужчину в
мужья. Голос Морелла звучал хрипло, голос Бетти тихо - из всей слушавшей толпы никто
не расслышал, какие имена были названы.
Все было кончено. Священник поклонился и благословил их. При свете свечей на
алтаре они подписали какие-то бумаги. Отец Энрике вписал туда имена и тоже подписался.
Затем он присыпал бумаги песком и вложил их в протянутую руку Инессы. Морелла, по-видимому,
не заметил, что она пере- дала одну бумагу невесте, а другие две спрятала у себя
на груди. Инесса и священник поцеловали руки у маркиза и его супруги и попросили
разреше- ния удалиться. Морелла кивнул головой, и через десять минут, если бы кто-нибудь
прислушался, то уловил бы топот двух коней, мчащихся по доро- ге на Севилью.
Новобрачные, сопровождаемые пажами и слугами, несущими светильники, миновали
величественные и мрачные залы. Невеста шла покрытая вуалью, с видом обреченной,
у жениха были такие глаза, как у человека, идущего во сне. Так они дошли до своей
комнаты, и резные двери закрылись за ними.
На следующее утро служанок, ожидавших в соседней со спальней комнате, вызвал
звук серебряного колокольчика. Когда две из них вошли туда, их встретила Бетти,
теперь уже без вуали, одетая в свободное платье, и ска- зала: - Мой муж маркиз еще
спит. Помогите мне одеться и приготовьте ему ванну и завтрак.
Служанки в удивлении раскрыли рты. Она смыла с лица краску, и они убедились,
что это сеньора Бетти, а вовсе не сеньора Маргарет, на кото- рой, как они слышали,
женится маркиз. Однако Бетти резко прикрикнула на них и, плохо произнося испанские
слова, приказала им быстрее поворачи- ваться, чтобы она была одета прежде, чем проснется
ее муж. Они повинова- лись, и, когда Бетти была готова, она вышла с ними в большую
залу, где собралось множество слуг, чтобы приветствовать новобрачных. Бетти поздо-
ровалась со всеми и, краснея и улыбаясь, сказала, что маркиз скоро вый- дет, и приказала
заниматься своими делами.
Бетти так хорошо сыграла свою роль, что хотя слуги были смущены, од- нако никому
не пришло в голову усомниться в ее положении или власти, тем более что они помнили,
что маркиз никому из них не говорил, на которой из двух английских леди он собирается
жениться. К тому же Бетти раздала им от имени своего мужа и себя денежные подарки,
а затем села завтракать в их присутствии, выпила немножко вина, выслушивая их поздравления
и добрые пожелания.
Затем, все так же улыбаясь, Бетти вернулась в спальню, закрыла за со- бой дверь,
уселась в кресло рядом с кроватью и стала ожидать главного сражения - сражения,
от которого зависела ее жизнь.
Но вот Морелла пошевелился. Он сел на кровати, осматриваясь и потирая лоб. Наконец
его глаза остановились на Бетти, которая, выпрямившись, си- дела в кресле. Она поднялась,
подошла к нему, поцеловала, назвав мужем, и он, полусонный, ответил на поцелуй.
Затем она опять уселась в кресло и стала наблюдать за его лицом.
Оно все изменялось и изменялось. Удивление, страх, изумление, замеша- тельство
сменялись на его лице, пока наконец он не обратился к ней по-английски: - Бетти,
где моя жена? - Здесь, - ответила Бетти.
Он непонимающе посмотрел на нее: - Нет, я имею в виду донну Маргарет, вашу кузину
и мою госпожу, с ко- торой я обвенчался прошлой ночью. И как вы сюда попали? Я был
уверен, что вы покинули Гранаду.
Бетти сделала удивленные глаза.
- Я не понимаю вас, - сказала она. - Это моя кузина Маргарет покинула Гранаду,
а я осталась здесь, чтобы стать вашей женой, как вы договори- лись со мной через
Инессу.
У Морелла глаза полезли на лоб.
- Договорился с вами через Инессу? Матерь божья! Что вы имеете в ви- ду? - Что
я имею в виду? - переспросила Бетти. - Я имею в виду то, что я сказала. Конечно,
- и она в негодовании встала, - если вы не упустили случая сыграть со мной какую-нибудь
новую шутку.
- Шутку? - пробормотал Морелла. - О чем говорит эта женщина? Что это, сон или
я сошел с ума? - Я думаю, что сон. Конечно, это сон: ведь я уверена, что человек,
с которым я обвенчалась вчера вечером, не был сумасшедшим. Смотрите! - И она развернула
перед ним брачный документ, подписанный священником, им и ею, в котором было записано,
что Карлос, маркиз Морелла, такого-то числа в Гранаде обвенчался с сеньорой Элизабет
Дин из Лондона, Англия.
